1. с царями

Заключение Римом мирного договора с царем Филиппом V в 196 г. открыло для Афин столетие мира. Оно, по существу, не было прервано войнами римлян против Антиоха и Персея, затронувшими Афины лишь мимоходом, и закончилось только в 88 г., когда город выступил на стороне интересов Митридата Понтийского, состоявшего в войне с Римом.
С началом этого мирного времени началась и новая фаза оживленных контактов с другими государствами, разительно отличающаяся от изоляционистского курса братьев Эвриклида и Микиона конца Ш в. Приобретение Делоса и Лемноса после войны с Персеем открыло к тому же период возраставшего процветания. Что касается прежде всего монархий, то Афины поддерживали в Ш в. теснейшие отношения с домом Птолемеев, который, не в пример соперничавшему с ним македонскому дому Антигонидов, неоднократно, с переменным успехом сыграл роль протектора города494. Вынуждаемые ситуацией 200 г., афиняне через посольство Кефисо- дора обратились с очередной просьбой о военной помощи к Александрийскому двору, однако тот сам увяз в этот момент в тяжелой войне против Антиоха Ш, в ходе которой были потеряны Южная Сирия и Палестина. К тому же царь Птолемей V Эпифан был еще ребенком, за которого распоряжались быстро сменявшие друг друга опекуны, ведшие государственные дела как канцлеры. Поэтому Египет не был в состоянии оказать Афинам действенную помощь, и тогда другие державы — Аттал Пергамский, Родос и прежде всего Рим помогли городу в этом тяжелом кризисе и наладили с ним тесные связи. Тем не менее отношение к Египту осталось дружественным. От 80-х годов П в. уже на сегодняшний день имеется не менее трех афинских декретов в честь высокопоставленных личностей на служ бе Птолемея V495. Они позволяют выяснить, что между этими державами поддерживались оживленные сношения — особенно много афинян, преимущественно, конечно, закупщиков хлеба и других торговцев, приезжали в Египет. То же относится и к стоявшему под контролем птолемеевского губернатора острову Кипр, как показывают два афинских декрета, изданные около 180 г. до н. эЛ Можно считать надежно установленным, что афинские священные послы раз в четыре года представляли город на справлявшихся в Александрии празднествах в память Птолемея I, и наоборот, Александрийский двор был представлен на наиболее важных общественных праздниках Афин, таких как Великие Панафинеи, Элевсинские мистерии и, разумеется, на Птолемеях в честь Птолемея Ш. Кроме того, цари обладали почетным гражданством Афин, будучи приписаны к филе Птолемаиде. В одно и то же время в 169 г. — в период Шестой Сирийской войны между Птолемеем VI и Антиохом IV, понятно, не слишком благоприятствовавшей дипломатическим сношениям, — в Египте все же находилось не менее трех афинских посольств, из них одно по поводу Панафиней, другое по делам Мистерий496. Однако ничто столь ярко не освещает интенсивность и сердечность этих отношений, как тот факт, что между 182 и 158 гг. до н. э. члены царской семьи и высокие сановники короны часто становились победителями на Пана- финеях: царь Птолемей V, его сын и наследник Птолемей VI еще как царевич и дважды как царь, супруга последнего Клеопатра П, министр Поликрат (сестра которого Поликратия была матерью македонского царя Персея), его супруга Зевксо из Кирены, три его дочери, а также жрицы династического культа Эйрене и Агафоклия, обе из самых высоких фамилий497.
И ясно, что это попавшее к нам досье представляет всего лишь фрагмент когда-то более полной картины. Вопреки высказанной Фергюсоном и поддержанной другими учеными тезе, за пятьдесят лет, последовавших за смертью Птолемея VI в 145 г., ни разу не произошло ни разрыва дипломатических связей Афин с двором Птолемеев, ни похолодания в сердечности их отношений498. Впрочем, Птолемеи около середины П в. приступили к сворачиванию своих опорных пунктов в Эгеиде. Вслед за этим они едва ли были в состоянии выступать протектором Афин, хотя на самом деле они уже давно утратили эту роль, уступив ее Риму. С двором Селевкидов Афины имели на протяжении 1П в. лишь спорадические контакты. Установлению более тесных связей препятствовало наряду с географическими условиями то обстоятельство, что Селевкиды и Птолемеи из-за конкурентных притязаний на Южную Сирию постоянно находились во вражде друг с другом, почему Афины, поддерживай они более оживленные связи с Антиохийским двором, навлекли бы на себя недоверие своего египетского протектора. Однако в конце Ш в. царь Антиох Ш Великий, возвратясь в Малую Азию из достославного анабазиса на восток своего царства, постарался добиться благорасположения греческих государств, в том числе и Афин499. В науке дискутируется вопрос, он ли посвятил на Акрополе эгиду из позолоченной бронзы с головой Медузы или его сын Антиох IV500. Однако зарегистрированные под 181ДЮ г. в одном из афинских святилищ вотивные дары царицы по имени Лаодика принадлежали скорее всего его супруге501. Далее, афинский декрет 184/3 г. показывает, что в годы перед началом Антиоховой войны, то есть до 192 г., афинские послы и феоры регулярно посещали царскую резиденцию в Антиохии на Оронте502. В любом случае, дипломатические связи города с царем тогда имели место и были по своему настрою дружественными, хотя, видимо, и с оттенком дипломатической рутины. Но с началом войны, как уже было показано (с. 206), в Афинах нашлись граждане, которые охотнее вовлеклись бы в войну на стороне царя, чем против него на стороне римлян. После окончания войны прошло немного времени, Антиоха сменил на престоле его сын Селевк IV, а вскоре восстановились и добрые отношения держав друг к другу. Это случилось самое позднее весной 186 г., когда один царский посол получил почести в Афинах". Примерно в то же время постановление рода Кериков свидетельствует о дипломатических контактах Афин с царским двором503. Вслед за тем Антиох, младший брат Селевка, наследовал ему на троне в конце 175 г. как царь Антиох IV Эпифан, став величайшим благодетелем Афин и явным любимцем афинян. При заключении его отцом мира с римлянами в 188 г. он как заложник прибыл в Рим и позже был сменен там сыном Селевка Деметрием, но не в 175 г. — незадолго перед смертью (или убийством) Селевка, как это принято считать, — а самое позднее летом 178 г., поскольку уже осенью того же года одним недавно опубликованным постановлением Афин в честь Антиоха засвидетельствовано его пребывание в этом городе504. Тем самым, вместо того чтобы вернуться в царство своего брата и своих предков, он провел несколько лет своей юности в Афинах. После смерти брата он отбыл оттуда, дабы заполучить трон, на который опекуны поставили совсем малолетнего сына Селевка. В этом он нашел полную поддержку бывшего противника их дома, царя Эвме на II Пергамского и его братьев, с их помощью вскоре добился успеха. Афинские граждане так ликовали по этому поводу, что выразили благодарность братьям из Пергама изданием безмерно восторженного декрета, обнаруженного в том же Пергаме505. К тому времени в Афинах уже стояли, как позволяет судить текст, статуи царя, которые скорее всего были воздвигнуты во время его пребывания в городе и стали тем самым выражением симпатии, какую афиняне уже тогда испытывали к еще не коронованному царевичу. Став царем, Антиох по-царски воздал за все то, что сделали для него афиняне. Он продолжил начатую еще в VI в., но потом приостановленную постройку грандиозного, великолепного по стилю храма Зевса Олимпийского, вверив эту работу — что примечательно— римскому зодчему по имени Косситий. Эго сооружение, хотя и во время Антиоха не было еще завершено, тут же было причислено к самым знаменитым храмам греческого мира506. В эти годы, предположительно в 173/2 г., в Афинах получает почести и начальник царской гвардии Арридей507. В 169 г. афинские послы беседовали с самим царем в Египте. Они были отправлены ко двору Птолемеев, однако там, как и послов других греческих государств, их попросили выступить за заключение мира в лагере Антиоха. Тот изложил им, почему он вел войну, и убедил будто бы своих слушателей в правоте своего дела508. Весть о его смерти где-то в конце 164 г. была встречена в Афинах как печальная новость. Хотя царь совершил столько добра именно для этого города, смерть его произвела впечатление даже на далеких и бунтовавших против него иудеев Палестины — след этого сохранила еще П книга Маккавеев509. Насколько можно судить, дары династов Пергама афинским философским школам Академии и Перипатоса, соответственно их главам, были первыми точками соприкосновения Атталидов с Афинами1'. При Аттале I (241 — 197), принявшем царский титул после победы над малоазийскими галатами, в общественной сфере эти контакты расширились и приняли политический характер. Это стало неизбежным уже потому, что царь ближе к концу Ш в. благодаря приобретению в Первой Македонской войне острова Эгины стал соседом Афин. Именно он подвиг афинян в 200 г. вступить в войну против Филиппа V и поддержал их во время войны солдатами, деньгами и хлебом. По всей видимости, он вступился также за пленных афинян, то есть скорее всего содействовал их выкупу на волю510. Большая часть ученых полагает, что именно Аттал незадолго до или вскоре после 200 г. до н. э. отправил афинянам вотивный дар так называемых Малых галатов, желая тем самым напомнить о своей победе над этим племенем и представить себя протагонистом эллинст- ва и эллинской цивилизации. Напротив, многие другие исследователи видят в этой группе посвящение его сына Аттала II, который не только как царевич принял в 189 г. участие в походе римского консула Манлия Вульсона против галатов, но и совместно со своим братом царем Эвменом в 166 г. подавил крупное восстание галатов, ввергшее династию в тяжелый кризис. Как бы ни звучал правильный ответ на этот вопрос511, вполне очевидно, что с 200 г. ни один другой царский дом, в том числе и Птолемеев, не установил более тесные и более сердечные отношения с Афинами. Уже в начале Второй Македонской войны Аттал имел право напомнить об оказанных городу благодеяниях, и уже тогда афиняне, упразднив культ Антигонидов, учредили культ Аттала, появившийся у них по той же причине, что и упраздненный, а также культ Птолемея Ш. Как союзники Рима и афинян Аттал I и после него его сын Эвмен (197 — 158) во время войн с Филиппом V, Антиохом Ш и Персеем неоднократно навещали Афины и, соответственно, Пирей. А в годы Антиоховой войны по меньшей мере три мужа, состоявшие на службе у Эвмена, были награждены афинянами тремя отдельными постановлениями: его личный врач Менандр, Теофил из Пергама и Павсимах512. Со своей стороны, афинские послы вскоре после победы над Антиохом побывали при Пергамском дворе. А Эвмен с братьями — как и члены Птолемеева царского дома по мужской линии — стали почетными гражданами Афин, внесенными в списки нареченной по их отцу филы Атталиды. С этим добавочным указанием все четверо появляются в каталоге Великих Панафиней как победители 178 г.513. В том же году афиняне отметили почестями остановившегося в Афинах селевкидского царевича Антиоха, которого Эвмен с братьями несколько лет спустя посадили на трон, — по закону он должен был бы отойти его содержавшемуся в Риме племяннику Деметрию. Именно эта поддержка послужила афинянам поводом повторно почтить членов Пергамского царского дома. Добавим сюда еще и персональный декрет 174 г. в честь третьего брата — Филетера, чью статую как одного из своих благодетелей афиняне посвятили и в Олимпии514. Немного позже, приблизительно во время войны с Персеем, афиняне составили декреты в честь Гикесия из Эфеса, царского губернатора в Эгине, и Фильтеса из Кизика, также состоявшего на службе у царя. Летом 167 г. на специально созванном в последний день года заседании экклесии они почтили некоего Диодора, именуемого «другом» царя и его братьев515. Воздвигнутые Атгалидами в Афинах монументы лишь немногим уступали храму Зевса Олимпийского, завершение которого приблизил их друг Антиох IV. Это была стоя Эвмена длиной в 163 м на южном склоне Акрополя, предлагавшая посетителям театра Диониса укрытие от дождя, и двухэтажная стоя длиной в 116 м на восточной стороне Агоры, воздвигнутая Атталом, после того как он в 158 г. наследовал своему брату на царстве516. Как благодетелей города Эвмена П и Аттала П афиняне почтили воздвижением колоссальных статуй, стоявших на Акрополе над театром; их базы с надписями были потом заменены другими, которые вместо имен царей несли имя римского триумвира Марка Антония, ставшего хозяином Афин с 42 по 31 г.517. В начале П в. Афины поддерживали также дружеские отношения с соседом и соперником Пергамской династии царем Фарнаком I Понтийским. Хотя его выразительный портрет на серебряных монетах хорошо известен, во всем остальном, однако, Фарнак являет собой весьма загадочную фигуру: о нем на сегодняшний день известно ненамного более того, что уже сто лет тому назад знал Эдуард Майер, создавая свою «Geschichte des Kdnigreichs Pontos» (1879). Точное время его правления все еще не установлено, хотя и вероятно, что он умер в 171/70 г., так как Полибий под этим годом посвящает ему такую ремарку, которая едва ли может быть истолкована иначе как отклик на его смерть518. Фарнак попал в луч света истории вдруг, когда он в 183 г. завоевал город Синопу на Черном море, долгое время остававшийся независимым и прежде при поддержке Родоса боровшийся с агрессией отца Фарнака. Засим последовала многолетняя война против Эвмена Пергамского и других союзных с ним государств. По миру 179 г. Фарнак был обязан вернуть свои завоевания, прежде всего, видимо, в Галатии, однако сохранил Синопу, ставшую тогда столицей его царства519. Народное собрание Афин в честь его и только что повенчанной с ним супруги Нисы из Селевкидского царского дома издало в год архонта Тихандра пространное постановление, выставленное на Делосе, где и обнаружено*. До недавнего времени считалось установленным, что Тихандр исполнял должность в 160/59 г. (почему и были вынуждены истолковывать заметку Полибия от 171/70 г. иначе чем часть некролога Фарнаку). Однако теперь Стефен Треси показал, что годом его эпонимата был скорее 196/5 и что афинский декрет в честь Фарнака относится к марту — апрелю 195 г.520. В его фрагментарном зачине говорится, что уже предки царя были друзьями города, и Фарнак, хотя и не став еще полновластным хозяином, также сделал афинянам определенные обещания, об отсрочке выполнения которых просил афинских послов. Царь и царица восхваляются за их доброе расположение, а далее сообщается, что статуи их должны быть выставлены на Делосе. Для личного вручения декрета избирается один из граждан, которому по этому случаю следовало тактично попросить царя перечислять ежегодную долю обещанного городу дара, если это для него окажется как-то выполнимым. Этот декрет — единственное надежное свидетельство об отношениях города и царя; многие другие, видимо, утрачены. Ог этого времени нет никаких свидетельств о контактах Афин с царями Вифи или на Северо-Западе Малой Азии — ни с Прусием I (до 183 г.), ни с его сыном и преемником Прусием П (183 — 149 гг. до н. э.). Предстоящий нам обзор иностранных связей Афин среди прочего показал, что во II в. в Афинах велась крупномасштабная строительная деятельность, однако она более не предпринималась городом на собственные средства — как в свое время при Ликурге, — а устраивалась пергамскими и сирийскими царями за их счет. Большим престижем Афин было побудить этих монархов покрасоваться там своими представительными постройками.
<< | >>
Источник: Христиан Хабихт. АФИНЫ История города в эллинистическую эпоху. 1999

Еще по теме 1. с царями:

  1. РАЗРУШЕНИЕ ИМПЕРИИ МАУРЬЕВ
  2. ПРАВА ИНОСТРАНЦЕВ
  3. ПРОКОПИЙ Кесарийский (Procopius) (между 490 и 507 —?), выдающийся византийский историк.
  4. II. КОНЕЦКЕЛЬТСКОГО МИРА.
  5. ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПЕРЕПИСКА
  6. ВАВИЛОНИЯ В X - VU ВВ. до н. э.
  7. ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СТРОЙ
  8. ЗАВОЕВАНИЕ ВАВИЛОНА ПЕРСАМИ
  9. ОБРАЗОВАНИЕ ГОСУДАРСТВА
  10. Тем, кто относится к Сталину с отвращением, с ненавистью
  11. КУШАНЫ В ИНДИИ
  12. 8 февраля 1640 г.
  13. ПИТЕР ЭДБЕРИ