<<
>>

РАЗДЕЛ 14 Гладкость

Следующее качество, постоянно наблюдаемое в таких предметах,— гладкость (smoothness) *. Это качество настолько важно для красоты, что я не могу теперь вспомнить ничего прекрасного, что не было бы гладким.
Гладкие листья деревьев и цветов красивы; гладкие склоны насыпей в парках; гладкая поверхность воды на местности; гладкое оперение птиц и гладкий шерстяной покров зверей — красивых представителей животного мира; гладкая кожа красивых женщин; гладкая и полированная поверхность разного вида декоративной мебели. Очень значительная часть воздействия красоты объясняется этим качеством — пожалуй, самая значительная часть. Ибо если взять какой-либо красивый предмет и придать ему неровную и ломаную поверхность, то, как бы ни были хороши его формы в других отношениях, он уже больше не доставляет удовольствия. Если же предмет достаточно гладкий, то пусть у него недостает сколько угодно других составных частей красоты, он становится более приятным, чем почти все остальные предметы, не обладающие гладкостью. Это мне представляется столь очевидным, что я очень удивлен тем, что никто, изучавший этот предмет, ни разу не упомянул гладкость при перечислении тех качеств, которые входят составной частью в красоту. Ибо в действительности любая шероховатость, любой неожиданный выступ, любой острый угол в высшей степени противоречат этой идее.

РАЗДЕЛ 15 Постепенные переходы Но так же как совершенно красивые тела не состоят из угловатых частей, их части никогда не простираются на большое расстояние по одной и той же прямой *. Они каждый миг меняют свое направление и сами меняются на глазах, постоянно сохраняя это отклонение, но вам будет трудно точно установить точку его начала или конца. Вид красивой птицы проиллюстрирует это замечание. Здесь мы видим, как ее головка незаметно увеличивается к середине, откуда она постепенно уменьшается, пока окончательно не сливается с шеей; шея теряется в более крупном утолщении, которое продолжается до середины тела, где затем все тело опять уменьшается до хвоста; хвост принимает новое направление; но он вскоре меняет свой новый курс; он снова сливается с другими частями тела; и линия тела постоянно меняется, вверху, внизу, с каждой стороны. В этом описании я держал перед мысленным взором идею голубки; она очень хорошо соответствует большей части условий красоты. Она гладка и мягка; части ее тела незаметно переходят (используем это выражение) одна в другую; во всем теле вам не бросается в глаза ни один внезапный выступ, и тем не менее все тело постоянно меняется. Обратите также внимание на ту часть тела красивой женщины, которая, возможно, является у нее самой прекрасной,— на шею и грудь: гладкость, мягкость, постепенное и незаметное возвышение, разнообразие поверхности, которая никогда, даже на самом малейшем пространстве, не остается одной и той же, обманчивый лабиринт, по которому блуждает неуверенный взор, ничего не ведая и не зная, на чем остановиться и куда его влечет. Разве это не является примером того изменения поверхности, постоянного и однако же едва ли заметного в какой-либо точке, которое составляет одну из величайших составных частей красоты? Мне доставляет немалое удовольствие заявить, что свою теорию по этому вопросу я могу подкрепить мнением чрезвычайно остроумного г-на Хогар- та; его идею линии красоты я вообще считаю совершенно правильной14. Но идея изменения привела его к тому, что он считает красивыми и угловатые фигуры, и это потому, что он не столь внимательно отнесся к вопросу о том, каким образом происходит изменение; правда, угловатые фигуры очень сильно меняются, но меняются они внезапно и при этом как бы ломаются; и я не нахожу ни одного естественного предмета, который был бы угловатым и одновременно красивым.

В действительности полностью угловатых предметов в природе мало. Но я думаю, что те, которые ближе всех к ним подходят, самые безобразные. Я должен добавить также, что, хотя меняющая свое направление линия — единственная, в которой можно обнаружить совершенную красоту, тем не менее, насколько я мог заметить, в природе не существует какой-либо одной особой линии, которую всегда обнаруживают в самых совершенных прекрасных предметах и которая в силу этого красива по сравнению со всеми другими линиями15. По крайней мере я никогда не мог ее заметить.

РАЗДЕЛ 16

Слабость

Вид крепкого здоровья и силы противопоказан красоте. Почти совершенно необходима для нее внешность, свидетельствующая об утонченности (delicacy) и даже хрупкости. Кто изучает растительный или животный мир, может обнаружить, что это замечание имеет обоснование в природе. Мы считаем прекрасными не дуб, не ясень, не вяз, не еще какие-либо иные мощные деревья в лесу (они величественны, они внушают своего рода благоговение и почтение) , а изящный мирт, апельсиновое дерево, миндаль, жасмин, виноградную лозу, на которые мы смотрим как на красавиц растительного царства. Именно цветы, столь отличающиеся своей нежностью и скоротечностью существования, дают нам самую сильную идею красоты и изящества. Среди животных борзая красивее английского дога, а хрупкость испанской лошадки, берберийского коня или арабского скакуна гораздо более приятна, чем сила и внушительность некоторых боевых коней и тягловых лошадей. Мне не нужно здесь много говорить о прекрасном поле, полагаю, что в отношении его все легко признают правильность моего суждения. Красота женщин очень многим обязана их слабости или нежности и еще более подчеркивается их робостью — качеством души, соответствующим слабости.

И 2 Я бы не хотел, чтобы здесь меня поняли таким образом, будто я сказал, что слабость, являющаяся следствием очень плохого здоровья, в какой-то степени тоже прекрасна; но в данном случае она производит неблагоприятное впечатление не потому, что она слабость, а потому, что плохое состояние здоровья, результатом которого она является, изменяет другие проявления красоты: тело в таком случае очень слабеет; яркий румянец, lumen purpureum juventae16, исчезает; а прекрасное разнообразие черт лица теряется в морщинах, неожиданных провалах и жестких линиях.

<< | >>
Источник: ЭДМУНД БЁРК. ФИЛОСОФСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ О ПРОИСХОЖДЕНИИ НАШИХ ИДЕЙ ВОЗВЫШЕННОГО И ПРЕКРАСНОГО / МОСКВА «ИСКУССТВО». 1979

Еще по теме РАЗДЕЛ 14 Гладкость:

  1. РАЗДЕЛ 20 Почему прекрасна Гладкость
  2. Раздел II
  3. РАЗДЕЛ 1
  4. РАЗДЕЛ 1
  5. РАЗДЕЛ 2
  6. РАЗДЕЛ 3
  7. Раздел 2
  8. РАЗДЕЛ 17 Прекрасное в цвете
  9. Раздел III
  10. РАЗДЕЛ ВТОРОЙ.
  11. РАЗДЕЛ ПЕРВЫЙ
  12. РАЗДЕЛ 2 МИКРОЭКОНОМИКА
  13. Раздел З МАКРОЭКОНОМИКА