<<
>>

«Этический социализм» как основа для обновленной советской этики.

С марксистских позиций решались следующие проблемы: природа, сущность и специфика морали, предмет и система этики, содержание категорий этики, важнейших моральных принципов и норм, социальная и классовая природа нравственности, сущность и методы коммунистического воспитания, мотивация и критерий нравственного поведения, и многие- многие другие.
Характерно для марксистско-ленинской этической мысли было включить в себя ряд разделов философии морали (историю этических учений, теорию сущности морали, нормативную этику, а также теорию нравственного воспитания) и непосредственно сравнение с буржуазной этикой и ее критикой. Особое внимание уделялось раскрытию социальной сущности морали, она истолковывалась как специфический регулятор взаимоотношений людей и социальных групп или как форма духовнопрактического освоения мира. С одной стороны, она рассматривалась как отражающая социально-экономические отношения, а с другой — идеологически обосновывающая их. «Распространение "нового политического мышления", признание приоритета общечеловеческих ценностей в свою очередь вызвали поворот марксистов от жесткой конфронтации и осуждения к конструктивному диалогу и обмену идеями с иными философскими течениями - как неомарксистскими (например, Франкфуртской школой), так и немарксистскими. Официальная принадлежность к "классическому" марксизму (а тем более к его превращенной форме - "советскому марксизму") для многих ученых нового поколения становилась все более формальной. Процесс их дистанцирования от марксистской ортодоксии, носивший поначалу подспудный характер, приобретал открытую и в какой-то мере естественную форму. Марксизм в целом терял свою монополию на истину, претензию на роль аккумулятора духовных достижений человечества, становился все более плюралистичным. Вместе с тем именно благодаря усилиям творчески мыслящих философов советского времени были созданы определенные предпосылки для дальнейшего развития отечественной философской мысли»268. В советский период этика как часть философского знания начала формироваться в качестве самостоятельной области знания только в 60-е годы ХХ века. Такая «задержка» в становлении теоретического этического знания в советской философии было во многом обусловлена достаточно специфическим отношением к «статусу» морали в «классическом» марксизме, которая понималась как форма классовой идеологии, и как любая идеология должна была отмереть в ходе исторического процесса. Существенную роль в отрицании этического содержания в марксизме сыграла и известная фраза В.И. Ленина: «Нельзя не признать поэтому справедливости утверждения Зомбарта, что «в самом марксизме от начала до конца нет ни грана этики»: в отношении теоретическом - "этическую точку зрения" он подчиняет "принципу причинности"; в отношении практическом - он сводит ее к классовой борьбе»269. Не останавливаясь подробно на теории К. Маркса, следует отметить, что способ мышления, использованный не столько им самим, сколько поборниками «советского» варианта марксизма, исключает не только моральный долг, основанный на нравственных законах человеческой природы, но и моральную добродетель как чисто личностное качество. Нравственность в диалектическом материализме является просто когнитивной формой, которая служит для выражения соответствующего ей уровня развития социальных противоречий.
В связи с этим, ставилась под сомнение и такая моральная критика общественных отношений (в том числе и буржуазных), которая не была представлена как критика, основанная на научном познании, в противном случае она объявлялась «пустым и абстрактным морализаторством». В связи с этим одним из существенных в концепции О.Г. Дробницкого оказывался вопрос относительно возможности моральной критики общественных отношений, даже если под критикой понимать «марксистский анализ». Для К. Маркса использование юридических, моральных и философских понятий суть формы сознательного выражения господствующих идеологий, характерных для исторически определенных способов производства материальной жизни общества. В этом смысле морально-критический анализ был бы возможен, только если бы существовал критерий, «превосходящий» существующую социальную действительность. По мнению некоторых исследователей философии советского периода, в области моральной философии заслуга поиска это критерия приписывается именно О.Г. Дробницкому. В данном контексте особую актуальность приобретает специфический ракурс проблемы сущего - должного. В самом деле, как быть с антитезой должного и сущего, если логика материалистического взгляда на общество требует должное выводить из сущего? Как объяснить универсальность моральных форм, если логика классового подхода к общественным противоречиям требует видеть в любой разновидности всеобщности проявление иллюзии обыденного или классового сознания? Как совместить автономию морали с приматом материальных, то есть экономических, отношений? Наконец, как объяснить свободу человека наряду с его статуснофункциональной определенностью как социального индивида? Концептуально (правда, в специфическом отношении и терминологии) разработал эту проблему Кант (не забывая, что методологически сама проблема была сформулирована Д. Юмом, а ее корни уходят в аристотелевское разделение созерцательной (теоретической) и практической (моральной) философии), что выразилось в его тезисе о том, что сущность морали состоит не в содержании, не в материи поступка, то есть не в том, что собственно человек совершает и к каким целям стремится, а в том, как, какой нормой руководствуется при совершении поступка, то есть в его форме. В этическом ракурсе этот вопрос специально и в различных контекстах рассматривал О.Г. Дробницкий, в том числе и в плане возможности морально-критического отношения к социальной действительности. Правда, по оценке исследователей творчества философа, его оценку индивидуальной самостоятельности не следует абсолютизировать. В русле общей тенденции советской историко-материалистической «парадигмы», даже будучи индивидуально самостоятельным моральным субъектом, человек по- прежнему рассматривался им в качестве члена определенного социума. Акцент на самостоятельности, «активной жизненной позиции» человека характерен не только для этики, но и для остальных областей советской философии начиная с 60-х годов ХХ века: «Выделенные признаки морали как системы требований встречаются в описаниях, предлагаемых разными авторами по отношению к науке и научному знанию, к художественному творчеству, вообще индивидуально-неподражательному образу жизни. Строго говоря, нельзя провести четкой границы между «человеком творчества» и «человеком морали», по тем критериям, которые были выделены Дробницким. Антитеза должного и сущего характеризует бытие человека в культуре, как и любую идеал-полагающую деятельность. Автономия, самодетерминация, свобода - свойства личности, взятые в понимании Дробницкого, как члена гражданского общества (проблема внутренней свободы в этом описании отступила на второй план). «Идеальность отличает санкцию в морали от санкций, присущих регулятивам иного рода, но если обратиться к столь разным феноменам общественной жизни, как искусство, идеология, общественное мнение, мы увидим здесь тот же самый идеальный характер воздействия на индивида»270. Предпринятый О.Г. Дробницким синтез существенно ослабил, по крайне мере на уровне теории, тезис о безусловном классовом характере морали и поместил этот тезис в определенный этико-философский контекст. Подводя некий итог, хочется сказать, что хотя этические социалисты и так называемые представители «этического концептуализма» исходили немного из разных позиций, с точки зрения общих результатов они оказались во многом схожи. Этические социалисты разрабатывали свою социальную и этическую теорию на базе кантианства, критикуя с этой точки зрения некоторые положения марксисткой философии, а этический концептуализм исходил из «предзаданности» марксизма, но в итоге во многом «вернулся» к кантианству (по крайней мере, в философии О.Г. Дробницкого). Оба эти направления искали обоснование для свободы личности в социальной действительности, которую «надо» менять, или, исходя из идеи превосходства советского социалистического строя, обосновывать необходимые изменения и совершенствования. В «этическом социализме» человек, следуя идеям Канта и упрощенной формуле категорического императива, «является целью самой по себе», в марксизме, вернее в радикальной форме советского «ортодоксального» марксизма, человек теряет свои позиции, размываясь в понятиях цели истории, всеобщей цели общества, в том, что «экономическая составляющая» определяет социальное бытие и так далее. В «этическом концептуализме» О.Г. Дробницкого в ходе попыток изучения нравственности высказывается мысль о том, что, несмотря на важность роли общества в «нравственном развитии» индивида, признается самостоятельность индивида и его возможность критического отношения к социальной действительности. В этом плане, так же как и в «этическом социализме», даже научно обоснованная историческая необходимость должна «пройти проверку нравственностью». Было бы неправильно утверждать, что советские этики, в том числе и О.Г. Дробницкий, пришли к такому радикальному выводу, но их обращение к этическому содержанию марксизма демонстрирует движение в этом направлении. Обращение к исторической практике продемонстрировало, что никакие диктатуры, исторически «оправданный» террор, «усиление классовой борьбы по мере продвижения к социализму» не могут привести к истинной эмансипации человека, поскольку он в рамках этих идей рассматривается исключительно как средство без всякой попытки отношения к нему как цели самой по себе. “Диаматчики” и “истматчики” ссылаются на то, что Маркс распространил материализм на понимание истории. И это действительно так. Но распространить материализм на понимание истории - вовсе не значит распространить материалистическое понимание природы на понимание истории. Это значило бы понимание низшей формы распространить на понимание высшей. И это как раз и был бы редукционизм. «Анатомия человека - ключ к анатомии обезьяны»271, как показал Маркс, а не наоборот. Распространять материалистическое понимание природы на историю — это значит опускать человека до обезьяны272. «В провале марксизма-ленинизма при разработке основ личной свободы, а так же применимой в международной политике универсалистской этики как раз и заключается, согласно Соловьеву причина сегодняшней актуальности Канта. По его мнению, Кант искал общую для всех форм цивилизаций «моральную грамматику» на которой могли быть построены универсалистская этика и политика, и Канту это удалось: «Кант действительно нашел категорический язык, наиболее подходящий для выражения общечеловеческих простейших запретов, норм и ценностей. При таком остром подчеркивании общезначимости кантовской философии, естественно, возникает необходимость занять позицию против соответствующего марксистско-ленинского формационного редукционизма, который подчеркивает классовое ценной общечеловеческого»273. Дробницкого можно считать не только «кантианским», но и «экзистенциальным марксистом». В книге «Критика современных буржуазных концепций» философ весьма скрупулезно описывает и пытается дополнить экзистенциальную позицию марксистскими взглядами на социальность. Экзистенциализм, по сути дела, также делится на разные течения: часть представителей придерживается марксисткой точки зрения (Жан Поль Сартр), часть - противятся ей (Хайдеггер, Камю, Ясперс). Сартр пытается найти «синтез» экзистенциализма и марксизма, «дополнить» теорию Маркса о законах развития общества и классовой борьбе своей концепцией личности. Дробницкий в свою очередь, шел от позиций ортодоксального исторического материализма к экзистенциализму. С историкоматериалистических позиций мораль рассматривается: как общественное явление, определяемое объективными (и при этом не трансцендентными) условиями жизни; как форма общественного сознания, диалектически связанного с индивидуальным; как вид социальных отношений, в которые индивид включен и которыми специфицирован как личность. Философ отмечал, что во всех определениях морали следует избегать логического круга, «когда нравственность в целом определяется посредством входящих в нее нормативно-оценочных понятий морального сознания, которые в свою очередь могут быть определены только через понятие морали в целом»274. Подобный логический круг представляется неизбежным, когда отвергают абсолютный план человеческого бытия и морали. В этом случае смысл жизни определяется как цель, которую, по историческому старшинству, устанавливает общество и которая должна быть добровольно признана и принята индивидом. Это либо "творческий труд на благо общества”, либо "субъективное отражение в сознании индивида целей и задач, которые ставит эпоха, класс, членом которого он является", либо осваиваемое индивидом "объективное общественное значение цели жизни". Мы хотели бы привлечь внимание к сквозной, узловой теме всех вариантов экзистенциализма - к вопросу «личность в ситуации». Нам представляется, что именно эта локализация проблемы позволяет рассмотреть экзистенциалистское учение в действии и проследить, как оно выдержало экзамен эпохи. Таким образом, метафизика (как подход) движется к сущности, постулируя ее изначальное бытие; экзистенциализм исходит из существования и, хотя отрицает сущность как данность, фактически субстанциализирует экзистенцию как то, что трансцендирует. На этот момент обратил внимание О.Г. Дробницкий: человек в экзистенциализме лишен сущности, "но поскольку он вместе с тем есть нечто уникальное, отличное от мира и вполне самостоятельное, противостоящее миру, он должен обладать какой-то сущностью”1. По сути дела, марксистский экзистенциалист Сартр говорит о свободе выбора, и его философия сродни кантианской. Такие же параллели можно проследить и у Дробницкого, который замечает, что человек может пойти и вопреки царящей идеологии и быть правым, и поступать по канонам царящей идеологии и быть неправым. Моральный выбор человека, в конце концов, исходит от него, а не от общества, партии, идеологии. Хотя в идеале человек должен поступать по канонам общества. А экзистенциальный выбор стоял в советском обществе постоянно, пойти против своих моральных убеждений, вопреки обществу, зачастую означало собственное физическое уничтожение. И «истинные» философы с большой буквой постоянно стояли перед этим выбором. Философия «должна» была пропагандировать то, что индивидуальная экзистенциальная составная часть не является важной. О.Г. Дробницкий все же со своей стороны не противопоставляет общество и индивида - они дополняют друг друга. Он, можно сказать, возвращается к единичности и экзистенции, к тому, что, в конечном счёте, моральный выбор остается за индивидом, и ни власть, ни коммунистический кодекс не в состоянии принудить человека сделать моральный выбор в каждом отдельном случае. Говоря словами Дробницкого субстанция морали рождается в диалектическом процессе, в напряжении между должным и сущим, когда историческое развитие требует изменений, ее рождение находится на стыке противоборствующей друг другу моралей различных систем, также как индивидуальной и коллективной и др. антагонизмов. Стремясь обновлению консервативной, лишь в этом бесконечном процессе можно осознать и увидеть, что есть мораль и ее сущность.
<< | >>
Источник: КУРХИНЕН Павел. Проблема сущности морали в этической концепции Олега Григорьевича Дробницкого. Диссертация на соискание ученой степени кандидата философских наук.. 2015

Еще по теме «Этический социализм» как основа для обновленной советской этики.:

  1. Обновление храмов рукотворенных должно напоминать нам об обновлении храма души нашей
  2. ЗАКЛЮЧЕНИЕ: ЗНАЧЕНИЕ ОБНОВЛЕННОГО ГУССЕРЛЕВСКОГО ПОНИМАНИЯ МИРА ДЛЯ ФИЛОСОФИИ
  3. § 2. Кризис советской модели социализма в странах Центральной и Юго-Восточной Европы
  4. ИЗУЧЕНИЕ ТРУДОВЫХ ТРАДИЦИЙ СОВЕТСКОГО НАРОДА, РОЖДЕННЫХ В БОРЬБЕ ЗА ПОСТРОЕНИЕ СОЦИАЛИЗМА,— ФАКТОР НРАВСТВЕННОГО ВОСПИТАНИЯ
  5. ТЕМА 2. ВАЖНЕЙШИЕ МОРАЛЬНЫЕ И ЭТИЧЕСКИЕ УЧЕНИЯ. ФИЛОСОФСКО-ЭТИЧЕСКИЕ УЧИТЕЛЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА.
  6. ТЕМА 1. Введение. ПРЕДМЕТ, СПЕЦИФИКА, СОДЕРЖАНИЕ И ЗАДАЧИ КУРСА ЭТИКИ КАК НАУЧНОЙ ДИСЦИПЛИНЫ.
  7. Понятие «суфий» как нормативное этическое представление
  8. ЭТИЧЕСКОГО УЧЕНИЯ О МЕТОДЕ РАЗДЕЛ ПЕРВЫЙ ЭТИЧЕСКАЯ ДИДАКТИКА § 49
  9. Советская помощь. — Содействие Коминтерна. — Сталин колеблется. — Визит Тореза в Москву. — Создание Интернациональной бригады. — Путешествие в Альбасете. — Мар ти, Лонго и их штаб. — Клебер. — Советские грузовые суда. — Другие тревоги. — Геринг требует персонал для работы в Испании.
  10. Кризис модели индустриального социализма как форма проявления всеобщего кризиса индустриализма
  11. § 3 Метафизико-этический диалог совести и ответственности как феномен смысла жизни человека
  12. ОСНОВЫ ДЛЯ СОЗДАНИЯ ОБЩЕГО ЯЗЫКА
  13. 2 Объединение советских республик для борьбы с внешней и внутренней контрреволюцией
  14. Процесс обновления
  15. М.П. Фролов, Е.Н. Литвинов, А.Т. Смирнов, С.В. Петров,Ю.Ю. Корнейчук, Б.И. Мишин, Н.П. Красииская. Основы безопасности жизнедеятельности : 8-й кл. : учеб. для общеобразоват. учреждений, 2008
  16. М. П. Фролов, Е. Н. Литвинов, А. Т. Смирнов и др. Основы безопасности жизнедеятельности: 11-й кл.: учеб, для общеобразоват. учреждений, 2008
  17. ОБЩЕСТВО: ОСНОВЫ ФИЛОСОФСКОГО АНАЛИЗА Вопросы для изучения
  18. Т.Ф. КИСЕЛЕВА. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ КОНСЕРВИРОВАНИЯ Учебное пособие Для студентов вузов, 2008
  19. ОТ ПЛАТОНА - К ОБНОВЛЕННОМУ ИДЕАЛИЗМУ
  20. "ПУТЬ ДУХОВНОГО ОБНОВЛЕНИЯ"