>>

ВВЕДЕНИЕ

Снова пришло время философии истории. Ретроспективный взгляд на социальную теЬрию показывает, что необходимость философско-исторических исследований возникает на крутых поворотах истории, когда происходят качественные изменения в общественных процессах и феноменах.

Вспомним начало зарождения буржуазных общественных отношений, когда ломались старые представления об обществе и людях,, когда, вместо религиозного миропонимания нужны были совершенно новые взгляды на окружающую социальную и природную действительность, именно философско-исторические концепции могли помочь новому зарождающемуся обществу, обрести, так, сказать, уверенность в будущем и смело прокладывать себе дорогу. Нельзя не вспомнить в этой связи итальянского мыслителя Джамбаттисту Вико, создавшего целостную философско-историческую концепцию и оказавшего огромное влияние на последующих исследователей. А фундаментальная работа Гердера «И еще одна философия истории для воспитания человечества», по словам ее автора, очень быстро разошлась.

В XIX веке философско-историческая концепция Гегеля овладевает умами многих философов. Восхваление Разума Гегелем, рационализм начинают доминировать в первой половине прошлого века.

Маркс — величайший мыслитель и революционер — продолжает рационалистические и диалектические традиции Гегеля. Но его философия истории коренным образом отличается от философии истории Гегеля. Он совершает научную революцию в обществознании, в том числе в философии истории. В отличие от Гегеля он дает материалистическое объяснение исторических процессов и явлений. Маркс создает материалистическое понимание истории и вместе с тем выступает сторонником оптимистических философско-исторических воззрений на общество.. Он считает, что прогресс человечества приведет к такому социальному строю, в котором свободное развитие каждого будет условием свободного развития всех. «Проекты философии истории XVIII в. и эволюционные теории общества XIX в. можно определить как

попытки решить проблему идентичности посредством I соответствующего требования к научности толкования I всеобщей истории. Такая функция объясняет двойную рефлексивность философии истории. Она воплощает именно новый тип теории, раскрывающей условия, при которых только и становится возможной саморефлексия человеческой истории, а значит, и она сама. Одновременно философия истории называет и адресата, который с помощью теории о самом себе и о своей потенциально освободительной роли в процессе может просветить себя. Уже в теориях XVII в. закладывается то, что позже формулируется в историческом материализме: размышляя о своем возникновении и своем возможном применении, теория определяет себя как необходимый катализирую- j щий момент той самой общественной жизни, которую она анализирует»1.

Но в XIX веке одновременно с рационалистическими и оптимистическими концепциями начинают возникать иррационалистические и нигилистические взгляды на исторический процесс. Здесь пальма первенства принадлежит Ф.Ницше. Он заявил, что философия не должна заниматься истиной, что философ не должен приносить себя в жертву истине. «Мученичество философа, его «принесение себя в жертву истине» обнаруживает to, что было в нем скрыто агитаторского и актерского...»2 Таким образом, Ницше уже «освободил» философов от поисков истины и тем самым он превратил философию в философствование, когда можно рассуждать о чем угодно и как угодно, но не пытаться установить те или иные истины. {

В XX веке многие философы стали решительно отвергать оптимистические философско-исторические воззрения на общество.

Они заявили, что эти воззрения носят линеарный характер, поскольку якобы не учитывают сложность и многообразие всего исторического процесса. Наиболее рельефно эта точка зрения была высказана О.Шпенглером. «Вместо безрадостной картины, — писал

Шпенглер, — линеарной всемирной истории, поддерживать которую можно лишь закрывая глаза на подавляющую груду фактов, я вижу настоящий спектакль множества мощных культур, с первозданной силой расцветающих из лона материнского ландшафта, к которому каждая из них строго привязана всем ходом своего существования, чеканящих каждая на своем материале —человечестве — собственную форму и имеющих каждая собственную идею; собственные страсти, собственную жизнь, ведения, чувствования, собственную смерть»3. Немецкий философ истории в цивилизации видит гибель культуры, поскольку он считает, что цивилизация как продукт города уничтожает культурные ценности.

Вслед за Шпенглером в западной философской литературе все больше и больше стали писать о кризисе и гибели культуры. Ортега-и-Гасет заговорил о дегуманизации искусства. Голосом пессимиста запел и П.Сорокин: «Все важнейшие аспекты жизни, — писал он, — уклада и культуры западного общества переживают серьезный кризис... Больны плоть и дух западного общества, и едва ли на его теле найдется хотя бы одно здоровое место или нормально функционирующая нервная ткань... Мы как бы находимся между двумя эпохами: умирающей чувственной культурой нашего лучезарного вчера и грядущей идвациональной культурой создаваемого завтра. Мы живем, мыслим, действуем в конце сияющего чувственного дня, длившегося шесть веков... Свет медленно угасает, и в сгущающейся тьме нам все труднее различать это величие и искать надежные ориентиры в наступающих сумерках. Ночь этой переходной эпохи начинает опускаться на нас, с ее кошмарами, пугающими тенями, душераздирающими ужасами»4.

Эти строки П.Сорокин писал в конце 30-х годов. Под кризисом он тогда подразумевал духовный кризис западного общества. Причем выражал надежду, что этот кризис будет в конце концов преодолен. Однако сегодня, в конце XX столетия, мы наблюдаем не только духовный кризис западного общества, но и глобальный кризис, охвативший все сферы общественной жизни — экономическую, политическую, социальную и духовную. Начнем с анализа экономической сферы. В отличие от прошлых веков сегодня налицо единое международное экономическое пространство. Все государства мира так или иначе сотрудничают в области производства материальных ценностей. Мы можем говорить о мировых производственных отношениях и мировых производительных силах, поскольку все народы действительно вступают в определенные, независящие от их воли отношения. Ни один народ сейчас не может ту или иную продукцию производить в одиночку, так как он должен использовать для этого соответствующие орудия производства, станки, машины, приборы и т.д., которые производятся другими государствами.'Но анализ структуры мировых производственных отношений показывает, что народы и государства занимают совершенно различное положение. Так, экономически сильно развитые государства играют доминирующую роль в отношении менее развитых. Они используют сырьевые ресурсы слабых государств, дают им под большие проценты кредиты, которые не всегда применяются по назначению. Это приводит к тому, что растет долг слаборазвитых государств. Они не в состоянии развивать национальную экономику, поднимать жизненный уровень своего народа. Миллионы людей не удовлетворяют элементарных потребностей, сотни тысяч умирают от голода. Отсюда неизбежные противоречия между слаборазвитыми и развитыми государствами (или между Севером и Югом).

Но сами развитые государства тоже переживают время от времени экономические кризисы, о чем свидетельствуют многие факты из» современной жизни. Десятки миллионов граждан этих государств не удовлетворяют общественно необходимые потребности, то есть потребности, которые порождены современным уровнем производства. Миллионы оказались в маргиналах. Они фактически исключены из жизни общества. В самом незавидном положении находится молодежь — будущее любого общества. Растет неуверенность в завтрашнем дне. Увеличивается число и нервных заболеваний, нередко приводящих к суицидам. & Наблюдается кризис и в социальной сфере. Много пишут о том, что якобы в современных развитых странах роль стабилизирующего фактора играет средний класс. Причем главным критерием отнесения того или иного индивида к такому классу объявляется уровень доходов. Но этот показатель не может быть главным критерием по той простой причине, что он не учитывает сложившиеся стандарты жизни, традиции, обычаи, профессию и т.д. и т.п. Возьмем, например, профессора и мелкого служащего, имеющих одинаковые доходы. Можно ли на этом основании отнести их к одному и тому же среднему классу? Нет, конечно. Дело в том, что профессор кроме удовлетворения материальных потребностей должен по определению обязательно удовлетворять и свои духовные потребности. В противном случае он перестанет быть профессором. Поэтому ему требуется более высокий уровень доходов, чем мелкому служащему. Далее. Потребности людей постоянно меняются. А уровень доходов нередко остается одним и тем же. Следовательно, меняется и положение представителя среднего класса. Конечно, в целом в развитых странах жизненный уровень улучшается, но тем не менее факты свидетельствуют о том, что миллионы людей вынуждены влачить жалкое существование. Одни все больше и больше богатеют, а другие все больше и больше беднеют.

Казалось бы, в современную эпоху, когда мировая цивилизация достигла огромных успехов, всякого рода национальные конфликты должны были уйти в прошлое. Но этого не случилось. Напротив, межэтнические противоречия во многих странах нередко приводят к военным действиям. Такое положение наблюдается не только на территории бывшего СССР, но и в других регионах мира, в том числе в развитых государствах. Это говорит о том, что причины межнациональных распрей следует искать нё только в экономических, но и в других явлениях. Иначе говоря, снова встают проблемы философско-исто- рического характера, решение которых имеет важное теоретическое и практическое значение.

Переживает острейший кризис и политическая сфера общественной жизни. Прежде всего следует подчеркнуть, что демократические- формы, правления, которые вот уже несколько веков играли доминирующую роль В; политической жизни буржуазных стран и которые, несомненно, способствовали раскрепощению человека, проявлению его инициативы и воли, укрепляли формы и принципы правовых взаимоотношений людей, личности и общества, личности и государства, сегодня уже не отвечают требованиям времени. Конечно, они никогда не-считались идеальными, но в современную эпоху настолько деформированы и настолько уже не отвечают новым; реалиям, что общество к ним относится с недоверием. Так, выборы в различные органы политического управления превратились фактически в фарс. Деньги, обман, подкуп, отчуждение граждан от власти — вот далеко не полный перечень негативных черт современной демократии. А чем ее заменить? Пока неизвестно. Но заменить ее обязательно надо. Во всяком случае, она не есть панацея от всех бед. Кроме того, она нужна не каждому народу и не каждому обществу.

Возьмем теперь духовную сферу. Здесь глобальный кризис проявляется так же глубоко, как и в экономике. На первый взгляд может показаться такое утверждение парадоксальным. Действительно, человечество на современном этапе своего развития достигло огромных успехов. По сравнению с предыдущими эпохами миллиарды людей, можно сказать, стали образованными. Они успешно используют достижения современной научно- технической революции как в общественной, так и в частной жизни. Радио, телевидение, видеотехника, компьютеры, калькуляторы и другие виды техники дают возможность человеку обогащать свой субъективный мир, осваивать все новые и новые пласты культуры.

Однако в конце XX века сложилась трагическая ситуация. Мы являемся свидетелями деинтеллектуализации общества. Прежние духовные ценности либо уничтожаются, либо игнорируются. Добродетельный человек, которым гордились и которого ценили высоко, считается неудачником. Теперь главное не моральные принципы и нормы, а полезность. Человек человеку нужен постольку, поскольку он полезен в данных конкретных обстоятельствах. В развитых странах все меньше и меньше читают классическую литературу, -объявляя ее ненужной и даже вредней. В школах главное внимание обращается не на духовное обогащение, а на полезность. Полезны, например, знания в области секса. Поэтому вводится курс сексологии. Взаимоотношения разных полов сводятся к чисто сексуальным отношениям. Любовь как возвышенное чувство уступает место удовлетворению животных инстинктов. Насильственно стираются различия между мужчиной и женщиной. Обоим полам навязываются одинаковые правила поведения: агрессивность, отказ от чувства стыда как комплекса «неполноценности», утверждается биологическое равенство, хотя известно, что такое равенство немыслимо. Под видом соблюдения прав человека проповедуется гомосексуализм, противоречащий природным законам. Ведь природа создала мужчину и женщину для продолжения человеческого рода, а не только для удовлетворения СВОИХ!половых потребностей.

Средства массовой информации (СМИ) главную свою задачу видят не в формировании духовно богатых и высоконравственных, людей» а в том, чтобы развлекать их, особенна молодежь» прививать им псевдоценности. Главное для. СМИ — полезность, доходность, стремление к обогащению. Иными словами, СМИ, вместо того чтобы способствовать интеллектуализации общества, деинтеллек- туализируют его. Великое достижение человечества — компьютерная техника — используется для 'Удовлетворения" своих сексуальных потребностей. Вместо подлинной реальности, наполненной живыми людьми со своими проблемами и чувствами появилась виртуальная реальность. Жесты, мимика, выражение лица, обычное человеческое общение заменяются голым компьютерным общением. Люди не нужны друг другу. Нужна только полезность и полезность. Технотронная эра дегуманизирует общество. Глубокий кризис переживают гуманитарные науки. Это особенно касается философии. Сегодня ее даже критиковать невозможно, ибо она стоит ниже всякой критики. Ведь философия возникла в античную эпоху, когда человек задался вопросом: кто он и что собой представляет окружающая природная и социальная действительность. Платон писал, что начало философии есть удивление. А Аристотель подчеркивал: «Ибо и теперь и прежде удивление побуждает людей философствовать, причем вначале они удивлялись тому, что непосредственно вызывало недоумение, а затем, мало-помалу продвигаясь таким образом далее, они задавались вопросом о более значительном, например о смене положения Луны, Солнца и звезд, а также о происхождении Вселенной. Но недоумевающий и удивляющийся считает себя незнающим (поэтому и тот, кто любит мифы, есть в некотором смысле философ, ибо миф создается на основе удивительного). Если, таким образом, начали философствовать, чтобы избавиться от незнания, то, очевидно, к знанию стали стремиться ради понимания, а не ради какой- нибудь пользы»5.

С момента своего возникновения философия играла решающую роль в формировании мировоззрения людей. Она боролась за свое место в духовной жизни общества. Ей пришлось очень тяжело, коїда в средние века теология подчинила ее себе. В Новое время философия вырвалась из оков христианства и снова заняла важное место в обществе. Причем рациональная философия оттеснила на обочину остальные философские течения и направления. Она помогала людям правильно ориентироваться в сложной сета общественной жизни, находить пути выхода из тупиковых ситуаций. Она по-прежнему выполняла важные мировоззренческие функции. Что же мы видим сегодня? На смену рационализму пришли разного рода иррационалистические концепции и течения, ликвидировавшие, по существу, философию как самостоятельную научную дисциплину. И здесь особая «заслуга» принадлежит постмодернистским и постструктуралистским течениям. Все превращается в «пост», то есть в «после»: постфилософия, постнаука, постискусство, постлитература. Не будучи философским направлением, постмодернизм претендует на то, чтобы играть роль методов социального познания. Его сторонники выступают против философии Просвещения и против рациональных средств освоения объективной действительности. Вот что пишет один из виднейших американских постмодернистов Р.Рорти во «Введении» к своей книге «Философия и Зеркало Природы»: «Эта книга представляет собой обзор развития последних философских исследований, особенно в области аналитической философии, с точки зрения антикартезианской и антикантианской революции... Цель книги заключается в том, чтобы подорвать доверие читателя к «уму» как к чему-то такому, по поводу чего нужно иметь «философский» взгляд, к «познанию» "как к чему-то такому, о чем должна быть «теория» и что имеет «основания», а также к «философии» как она воспринималась со времен Канта»6. Постмодернисты лишают философию социального смысла и сводят ее к анализу текстов, не имеющих социального содержания. Они против того, чтобы философия, как и раньше, играла важную мировоззренческую роль. Для постмодернистов нет-никакой разницы между научным знанием и знанием, связанным с обычным жизненным опытом. Фактически они отвергают науку как высшую форму познания объективной действительности. Они проповедуют иррационализм в нашу эпоху, эпоху атомной энергии и глобальных проблем. И если человечество в XXI век войдет с постмодернистскими и постструктуралистскими идеями, то оно не может рассчитывать на то, что сможет решить проблемы, оставленные ему XX веком. Но будем надеяться, что различного рода постмодернистские концепции останутся в XX веке и снова возьмет верх Разум, благодаря которому человечество развивается и совершенствуется.

Философию истории можно излагать по-разному. Одни исследователи дают широкую панораму всего исторического процесса. Другие главное внимание обращают на теоретическое наследие крупнейших философов истории. Я предпочитаю проблемное изложение материала. Думаю, что такой подход дает возможность охватить наиболее фундаментальные проблемы философии истории, дать их комплексный и всесторонний анализ.

| >>
Источник: Гобозов И.А.. Введение в философию истории. — Изд. 2-е, переработанное и дополненное. — М.: ТЕИС». — 363 с.. 1999

Еще по теме ВВЕДЕНИЕ:

  1. ВВЕДЕНИЕ
  2. .ВВЕДЕНИЕ
  3. I. ВВЕДЕНИЕ
  4. ВВЕДЕНИЕ
  5. ВВЕДЕНИЕ
  6. Введение
  7. ВВЕДЕНИЕ
  8. ВВЕДЕНИЕ
  9. ВВЕДЕНИЕ
  10. ВВЕДЕНИЕ
  11. ВВЕДЕНИЕ
  12. ВВЕДЕНИЕ
  13. ВВЕДЕНИЕ
  14. ВВЕДЕНИЕ
  15. ВВЕДЕНИЕ