2.1.5. Специфика социально, і реальности

На протяжении всей истории человечества совместное существование людей являлось предметом познания, результаты которого прямо или косвенно сказывались на характере деятельности человека, от ношениях между людьми, формах самоорганизации и регуляции жизни социума.
С возникновением философии представления об обществе стали неотъемлемым компонентом фило- софскогознания, оставаясь, однако, длительное время на периферии внимания профессиональных философов. Вплоть до середины XIX столетия социальная философия (как, впрочем, и философия истории, во многом способствовавшая ее становлению) находилась в процессе перманентного самоопределения, связанного с поиском собственного предметного ареала в рамках как общефилософского знания, так и комплекса формирующихся социально-гуманитарных наук, Произошедшая в XIX веке институционализация этих наук, приведшая к созданию социологии, политологии, культурологии, социальной психологии и др., способствовала кристаллизации предмета, структуры, проблемного поля и социокультурных функций социальной философии, ставшей в XX столетии одним из основных компонентов философского знания.

Специфика социальной философии как формы познания общества и его феноменов определяется наличием у нее (как и у философии в целом) двух интенций, подмеченных еще в древности: эпистемной, выражающейся в стремлении к достижению истинного знания, и софийной, воплощающейся в ценностно-императивных и оценочных суждениях о сущности и значении происходящего в мире. Существованием этих ориентаций определяется своеобразие философского знания одновременно и как специфически научного, и как мировоззренческого, выходящего за рамки установленных дисциплинарных канонов,, следование которым является обязательным .для социально-гуманитарных наук. Применительно к социальной философии отметим: в отличие от последних для нее естественно и позитивно сосуществование различных (зачастую, казалось бы, несовместимых) парадигм, исследовательских программ и теоретических моделей общества.

Потребностью в решении двух основных задач социальной философии и определяется ее место в системе обществознания. Напомним, что к Аристотелю и комментатору его сочинений Андронику Родосскому восходит традиция выделения «физического» познания (основанного на регистрации, описании, обобщении явлений, воспринимаемых непосредственно) и «метафизического», предполагающего выход за пределы эмпирическо] конкретики и обращение к сущности происходящего в мире — к предельным основаниям бытия.

В изучении общества первыт путь, представляющий собол путь познания общественных событий («события» людей), явлений, их индивидуализации или генерализации, доходящей до открытия эмпирических закономерностей, выступает прерогативой социально-гуманитарных наук и создаваемых ими концептуальных моделей отдельных сфер и феноменов общественной жизни. Речь идет о различных политологических, культурологических, экономических и других дисциплинарных концепциях. Второ.'і путь заключается в познании общественного бытия как такового и составляет предмет социальной метафизики. Она ориентирована на раскрытие глубинных закономерностей и ценностных параметров общественной жизни — того, что скрыто под напластованиями социально-исторических собьітиі , что стоит за видимой хаотичностью или размеренностью, за ставшей привычнон и буднично? чередо" социальных явлений.

Эти знания метафизического, или метатеоретического, уровня составляют первую принципиальную особенность социальной философии как учения об обществе. Именно метафизическое осмысление позволяет раскрыть сущность общества как реальности особого типа, объективно-субъективной по своему характеру: с одной стороны, в обществе действуют люди и функционируют социальные институты, реализующие осознанные интересы и цели, с другой — между ними складываются определенные отношения, приобрет- шиє объективированный, а потому нормативны! характер, влияющие на деятельность людей.

Социальная философия обращается к метафизическому осмыслению общества не как к самоцели (история выявила: редукция философии к метафизике и придание последнее самодовлеющего характера оказали негативное влияние и на саму философию, и на конкретно-научное знание), а как к средству более глубокого и конкретного понимания общественной жизни. Последнее предполагает принципиальное единство и взаимосвязь философии и обществоведения и на теоретико-содержательном, и на методологическом уровнях. Поэтому вторая фундаментальная особенность социальной философии заключается в гармонизации отношени і между «метафизическим» и «физическим» знанием об обществе, представленным в фактическом материале, эмпирических обобщениях и дисциплинарных (историографических, политико-экономических и др ) социально-гуманитарных концепциях — т.н. теориях среднего уровня, через которые социально-метафизические проекты обретают конкретное содержание, коррелируя с реалиями общественно-исторической практики. От характера указанных отношений, таким образом, зависит предметность и эвристичность социально-философских конструкций, а также метатеоретическая осмысленность концептуальных построений конкретных социально-гуманитарных наук.

Эта особенность социальной философии отчетливо проявляется в интерпретации общества как системы и выработке (совместно с конкретными социально-гуманитарными науками) теоретических моделей социума.

В литературе существуют разнообразные определения общества. В частности, общество определяется как

выделившаяся из природы и взаимодействующая с ней реальность, характеризующаяся системной организацией и спецификой объективных законов развития;

система («мир») человеческой деятельности, а также ее объективное условие и результат;

система взаимодействий между людьми, обеспеченная их коллективным образом жизни и способствующая координации усилий в достижении поставленных целей;

система социальных коммуникаций между людьми, реализующими свои интересы на основе существующих общих ценностей культуры;

система отношений между социальными группами с характерными для них корпоративными интересами;

система отношений между большими (макросоциальными) группами — классами, этносоциальными общностями — и выражающими их коренные интересы учреждениями;

система функционирующих социальных институтов, обеспечивающих стабильное развитие социума; система взаимосвязанных и взаимодополнительных сфер (экономической, политической, социальной и духовной), в каждой из которых реализуются соответствующие потребности и интересы общества.

Каждое из определений репрезентативно и характеризует общество с определенных концептуальных позиций, задавая конкретную его интерпретацию. Многообразие этих интерпретаций обусловливается сложным характером системной организации общества, в которой в качестве образующих ее элементов могут быть выделены различные феномены (индивиды, социальные группы, институты и учреждения) с характерными для них социальными действиями, функциональными особенностями, типами коммуникативного взаимодействия, специфическими отношениями и т.д. В различных интерпретациях акценты расставляются по-разному в зависимости от того, что претендует на роль ведущего феномена — социальное действие (индивидуально-деятель- ностное начало общества, связанное с субъективной стороной социальной реальности) или структурно-функциональные институты и общности — универсальные начала социума, в которых проявляются надличностные закономерности, выражающие объективную сторону социальной реальности.

При наличии многообразия определение общества как системы можно выделить две основные методологические стратегии его исследования — тео- ретико-методоло^ически] индивидуализм («социальный атомизм», «социо- логическии номинализм», «сингуляризм») и теоретико-методологически [ универсализм («коммунализм», «социологический реализм», «готализм»). В зависимости от принятсг стратегии и от того, что принимается в качестве системообразующего элемента общества, можно указать на несколько фундаментальных концепции социума.

Концепция социальной стратификации, соответствующая стратегии методологического универсализма, исходит из признания конституирующей роли социокультурных общносте л и их мобильности. В философии эта концепция понимается в двух смыслах. В узком смысле она рассматривается в качестве оппонента марксистско-ленинской концепции классов, призванной преодолеть «жесткость» деления общества на классы по отношению к собственности на средства производства. В широком — концепция социальной стратификации, включающая в качестве версий марксистскую и неомарксистскую теории классов, акцентирует внимание на структуре общества как форме связи между социальными группами, обеспечивающей целостность и стабильность развития общества.

65

3-3612

Последнее обстоятельство рельефно проявляется в функционалистской версии концепции социальной стратификации К. Дэвиса и Д. Мура, обосновывающих ее позитивное влияние на социодинамику. Согласно этим авторам, поскольку общество неоднородно, то всегда существует дефицит людей, которые могут быть привлечены к исполнению важных для общества функ- циональных (должностных) обязанностей. Для привлечения надо их стимулировать. Поэтому выгоды и их распределение соответственно престижу и уважению с необходимостью порождают институционализацию неравенства в обществе, требуя, однако, устанавливать и соблюдать меру стратификации: слабая ведет к снижению творческого потенциала общества, а избыточная — к появлению явных аутсайдеров и социально і конфронтации.

В дескриптивных и императивных версиях концепции (М. Вебер, П.А. Сорокин, Т. Парсонс) интересы нормального функционирования общества также предполагают его стратификацию, связывая воедино карьерный успех человека и соответствующее выполнение им своих функций со стабильным существованием общества.

Т. Парсонс, впрочем, вышел далеко за рамки стратификационного подхода, став одним из основателем школы структурного функционализма и предложив собственную оригинальную модель социума.

В ранних работах он исходит из того, что имеино единичное социальное действие, структура которого включает актора (действующее лицо), пели деятельности, а также социальную ситуацию, представленную средствами и условиями, нормами и ценностями, посредством которых выбираются цели и средства, является системообразующим элементом общества.

Поэтому общество можло понять как систему социальных дегстви v субъектов — каждый из них выполняет определенные социальные роли, положенные ему в соответствии с тем статусом, который он имеет в обществе. Здесь значение субъективной стороны социальной реальности очевидно, ибо, как подчеркивает Т. Парсонс, «если что-либо и является существенным для концепции социального действия, так это его нормативная ориентация».

В дальнейшем Т. Парсонс начинает использовать в интерпретации общества парадигму социологического универсализма, ориентированную не столько на изучение мотивов и СМЫСЛОЕ индивидуальных социальных действий, сколько на функционирование обезличенных структурных компонентов общества — его подсистем. Используя системные представления биологии, он сформулировал четыре функциональных требования, предъявляемых к социальным системам: 1)

адаптация (к физическому окружению); 2)

целедостижение (получение удовлетворения)\ 3)

интеграция (поддержание бесконфликтности и гармонии внутри системы); 4)

воспроизводство структуры и снятие напряжений, латентность системы (поддержание образцов, сохранение нормативных предписаний и обеспечение следования им).

В обществе эти четыре функции социальной системы, известные под аббревиатурой AGIL( адаптация — целедостижение — интеграция —латентность), обеспечиваются соответствующими подсистемами (экономика—политика— поаво—социализация), каждая из которых имеет специализированный характер. Вместе с тем, они дополняют доуг друга как части единого социального организма, позволяя, во избежание возможных противоречий, соизмерять социальные действия акторов. Это достигается с помощью символических посредников — «средств обмена», в качестве которых выступают деньги (А), власть (G), влияние (I) и ценностные приверженности, обеспечивающие общественное признание и доставляющие удовлетворение от занятия любимым делом (L). В итоге получается равновесие социальной системы и стабильное, бесконфликтное существование общества в целом.

Универсалистская стратегия проступает и в марксистской концепции общества как реляционной системы. Исходным для ее понимания является сформулированное К. Марксом материалистическое понимание истории: «не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание». Иными словами, материальная жизнь общества (прежде всего, способ производства и те экономические отношения, которые складываются между людьми в процессе производства, распределения, обмена и потребления материальных благ) в принципе определяет его духовную жизнь — всю совокупность общественных взглядов, желаний и настроений людей. Прекрасно понимая роль субъективном стороны социальное реальности, о чем свидетельствует его замечание «история — не что иное, как деятельность преследующего свои цели человека», К. Маркс фокусирует внимание на том, что является главным (с его точки зрения) в обществе, — системе общественных отношений, ибо общество прежде всего «выражает сумму тех связей и отношений, в которых индивиды находятся друг к другу».

Основу общества составляют производственно-экономические отношения, которые К. Маркс называет также материальными и базисными. Материальными они являются, поскольку складываются между людьми с объективной необходимостью, наличествуя вне и независимо от их воли и желания — чтобы существовать, люди, ведя коллективный образ жизни, должны вступать в отношения производственной кооперации, хотя могут и не осознавать их характер. Базисными они выступают, поскольку определяют экономический строй общества, а также порождают и существенным образом влияют на соответствующую ему надстройку. К ней относятся возникающие на данном базисе и обусловленные им политические, правовые, нравственные, художественные, религиозные, философские и другие отношения, а также соответствующие им учреждения (государство, политические партии, церкви и т.д.) и идеи. Эти «надстроечные» отношения К Маркс называет также идеологическими, ибо складываются они на основе обязательного осознания их характера людьми.

Такова системная организация общества в интерпретации К. Маркса. Надстройка не пассивна по отношению к базису, но, тем не менее, принципиально определяется им. Не случайно в одной из работ Маркс отмечает: «Производственные отношения в своей совокупности образуют то, что называют общественными отношениями, обществом...».

Стратегия методологического индивидуализма легла в основу концепции социума как продукта общественной рационализации известного немецкого социолога и социального философа М. Вебера, который также исходит из интерпретации общества как субъективно-объективной реальности. Однако в этом процессе для него определяющим в понимании того, что собой представляет современное общество, выступает характер социальных действий индивидов. Понять его — значит, объяснить происходящее в обществе. Системообразующим элементом в теоретической модели общества М. Вебера, таким образом, становится социальное действие. Оно, в отличие от обычных действий человека, обладает двумя обязательными признаками — «субъективным смыслом», который придает человек своему поведению и который мотивирует поступки человека, и «ориентацией на других», предполагающей возможную ответную реакцию на предпринятое социальное действие.

М. Вебер выделяет четыре основных типа социальных действий индивидов, встречающиеся в современном обществе: 1)

аффективное — основано на актуальных аффектах и чувствах и определяется эмоционально-волевыми факторами; 2)

традиционное — побуждается традициями, обычаями, привычками, не является достаточно осмысленным, имеет характер социального автоматизма; 3)

ценностно-рациональное — характеризуется сознательным следовани- ем системе ценностей, принятой в обществе (или социальной группе), независимо от реальных своих последствий; 4)

целерациональное — определяется сознательной постановкой практически значимой цели и расчетливым подбором необходимых и достаточных для ее достижения средств. Критерием подбора является успех совершенного действия.

В традиционных (доиндустриальных) обществах господствовали первые три типа. Целерациональное социальное действие становится специфическим для западной цивилизации с XVII—XVIII веков. Приобретая универсальный характер, оно ведет к радикальной рационализации всей общественной жизни и «расколдовыванию мира», т.е. устранению ориентации на следование традиционным ценностям как предрассудкам. Формально-рациональным началом конституируется и определяется существование всех сфер общества и деятельности людей, в том числе хозяйственно-экономической (строгая калькуляция как условие достижения результата), политико-правовых отношений (бюрократия как принцип отлаженного социального управления), образа мышления (жизненный успех как мировоззренческая ориентация).

Стремление преодолеть оппозицию теоретико-методологических индивидуализма и универсализма характерно для интерпретации общества в концепции коммуникативного действия немецкого философа Ю. Хабермаса, на которого оказали заметное влияние концепции социального действия, выдвинутые М. Вебером и Т. Парсонсом. Ю. Хабермас выделяет тоже 4 типа социального действия, рассматривая, подобно М. Веберу, общество как результат их рационализации и объективации. Однако в отличие от М. Вебера Ю. Хабермас характеризует современное западное общество — общество модерна — как диалектически противоречивое целое, в котором его компонентам соответствуют разные типы социального действия и их рационализация.

В частности, общество модерна состоит из системы и «жизненного мира». А они, в свою очередь, тоже гетерогенны. Система Еключает в себя подсистемы хозяйственна и государственно-управленческой деятельности, между которыми существует постоянная борьба за влияние. «Жизненным мир» (который можно уподобить гражданскому обществу) также пронизан борьбой межд> индивидуальной и коллективной формами общежития (стремящимися ангажировать индивидов политическими ассоциациями, негосударственными СМИ, религиозными объединениями и др.). Постоянное социальное напряжение сопутствует и отношениям между системой и «жизненным миром»: система путем монетаризации и бюрократизации пытается влиять на гражданское общество, которое, естественно, не остается пассивным и предпринимает ответные действия. Следовательно, современное либерально-демократическое общество Запада (а именно его имеет в виду Ю. Хабермас) внутренне противоречиво, сохраняя свою целостность за счет существования гибкой системы «сдержек и противовесов».

Ю. Хабермас подчеркивает важную роль как системы, обеспечивающей устойчивость и стабильное развитие общества, так и «жизненного мира», инициирующего его модернизацию. Эта разновекторность тенденций развития общества опирается на различные типы социального действия. Система востребует телеологическое действие (аналог целерационального — 4-го в терминологии М. Вебера). А весьма неоднородный и склонный к социальным инновациям «жизненный мир» предлагает опору на коммуникативное действие, нацеленное на достижение взаимопонимания и согласия относительно ситуации, в которой приходится действовать.

Итог: в теоретической модели Ю. Хабермаса общество эпохи модерна предстает как самоорганизующееся гетерогенное целое, в котором составляющие его части — система и «жизненный мир» — оказываются необходимыми компонентами, обеспечивающими устойчивое развитие социума. В этой модели видится один из возможных механизмов разрешения противоречий, естественных для современного демократического общества, она демонстрирует принципиальную комплементарность (дополнительность) государства, составляющего «ядро системы » и гражданского общества.

Рассмотренные теоретические модели общества соответствуют разным стратегиям исследования социальной реальности, обладают разным уровнем концептуализации и в качестве системообразующих элементов берут разные основания (представляющиеся значимыми авторам концепций). В результате мы получаем плюралистическую картину общества, в которое каждая из моделей являет взгляд на общество с определенных концептуальных позиций; это позволяет глубже и всесторонне постигать его сущность, — а она проявляется именно в многообразии аспектов его существования.

<< | >>
Источник: А.И. Зеленкова. Философия и методология науки : учеб. пособие для аспират ов / А.И. Зе Ф56 ленков, Н.К. Кисель, В.Т. Новиков [и др.] ; под ред. А.И. Зеленкова. — Минск : АСАГ. - 384 с.. 2007

Еще по теме 2.1.5. Специфика социально, і реальности:

  1. Примерный план семинарского занятия Занятие 1. Специфика социальной реальности Вопросы для обсуждения 1.
  2. ТЕМА 7. ПРОБЛЕМА СОЦИАЛЬНОЙ РЕАЛЬНОСТИ И ЕЕ ПОЗНАНИЯ В СОВРЕМЕННОЙ СОЦИАЛЬНОЙ ФИЛОСОФИИ
  3. СОЦИАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА И СОЦИАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ В ПЕРИОД РЫНОЧНЫХ РЕФОРМ 12 Н. М. Римашевская , Т. В. Морозова
  4. СПЕЦИФИКА СОЦИАЛЬНОГО ЗНАНИЯ
  5. 1. СПЕЦИФИКА СОЦИАЛЬНОГО ПОЗНАНИЯ
  6. § 4 Специфика познания социальной действительности.
  7. СПЕЦИФИКА СОЦИАЛЬНОГО ПОЗНАНИЯ Плебанек О.В.
  8. 5.1.1. О специфике социально-перцептивной диагностики
  9. 1. Конструирование социальной реальности
  10. Уровни социальной реальности
  11. Специфика субъекта и объекта в социально-гуманитарных исследованиях
  12. ГЛАВА 10. СПЕЦИФИКА СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЫ В РАЗЛИЧНЫХ СФЕРАХ ЖИЗНЕДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОБЩЕСТВА
  13. 7.2. Механизмы конструирования социальной реальности