<<
>>

Внешний этос науки (наука и общество)

Современная наука является результатом интеллектуального исторического развития общества и сложившимся социальным институтом, выполняющим вполне конкретные функции (производство знаний и др.).

Институт науки детерминирован различными общественными образованиями, подчиняется традициям и нормам жизнедеятельности общества. В свою очередь, наука как сфера духовного производства знаний (наиболее значимые ценности современной цивилизации) и система знаний оказывает мощное воздействие на общество, активно участвуя в формировании мировоззрения людей, стиля мышления (мировоззренческая функция), влияя на материальную сферу (производительная функция науки), наконец, на социальную сферу (социальная функция) и т.д. То есть, наука и представляющее её научное сообщество находятся во взаимосвязи и взаимодействии с социумом, питают друг друга и содействуют взаимным изменениям и развитию. Нас интересует этический аспект этих взаимодействий, который мы условно назовем внешним этносом науки28. Изучение этических отношений науки как социального института с обществом заслуживает особого внимания, поскольку актором этих отношений выступает интеллектуальная элита или избранное меньшинство, тонкая прослойка общества. Мы говорим об интеллектуальной элите в связи с тем, что этика, начиная с античности, получила рациональные основания, объясняющие зло делом рук невежественных людей (Сократ). Так ли это, а если - нет, то попробуем объяснить совместимость «зла» и «гения» и попытаемся их разграничить.

Научная элита имеет очевидное интеллектуальное преимущество не только в том, что она владеет информацией и возможностями доступа (ключом) к ней, но, прежде всего, она отличается креативным даром открывать новые знания, создавать инновации в науке, открывающие путь к новым технологиям, решению сложнейших технических про- блем и т.д. Появление интеллектуалов обусловлено многими факторами, среди которых и «божья печать» или генетический код, некий «сайт», а также социальная среда, предоставляющая условия для развития креативных задатков и соучаствующая в их раскрытии. Интеллектуалы, благодаря собственным усилиям, физическим и духовным, поднимают планку, достигнутую предшественниками в тех или иных областях науки, открывают новые пути в решении научных проблем, новые возможности для социального прогресса, причем не только материальные, технологические, информационные, как это было за последние 300 лет, но и духовные, социальные, т.е. способствуют совершенствованию человечества.

В большинстве цивилизованных обществ интеллектуальная значимость элиты признана высоким социальным статусом и соответствующей оплатой за продукты труда, обеспечивающей ученым достойные условия жизни и занятия творческой работой. Однако не во всех, к сожалению, странах существует адекватное признание ценности научного труда и значимости для самого социума статуса ученых. Так, в России со времен Октября укоренились уравнительные тенденции, отвергающие признание превосходства профессиональной деятельности в какой бы то ни было области (вспомним: «незаменимых людей нет», «каждая кухарка может научиться управлять государством» и т.п.). И по соображениям большевистской «уравнительной» идеологии и политики такая большая социальная группа людей, как интеллигенция, профессионально занимающаяся умственным творческим трудом, была нивелирована в своих профессиональных занятиях и попала в разряд «служащих».

Она лишилась даже места в социальной структуре общества, получив официальный статус «прослойки», т.е. маргинала29. Само понятие «интеллигенция» оказалось под запретом. Интеллигенцию лишили прав политических, социальных (она была лишена права избирать и быть избранной в органы власти, для детей был ограничен доступ к образованию по сравнению с «трудовыми» классами, и подвергалась другим формам дискриминации). С подачи большевистских вождей интеллигенцию боялись, ненавидели, презирали, от неё старались избавиться - убивали, высылали, ссылали, сажали в тюрьмы. Не могли постичь и простить ей духовности, человеческого достоинства, смелости иметь и отстаивать свои убеждения и культурного превосходства. Но обойтись без интеллигенции всё-таки не могли и заставляли «служить» - в тюрьмах, лагерях, специально организованных «шаражках» (12) и т.п. Труд использовали, но от общества изолировали, дабы не оказывали своего «тлетворного» влияния, т.е. и власть, и идеология большевиков стремились «очистить» сознание народа от духовного влияния интеллигенции, а с ним - от духовного наследия старой культуры, чтобы «возделать» в нем (сознании) свои сады и огороды. Эти задачи должна была решить «культурная революция», в ходе которой планировалось ликвидировать безграмотность населения и подготовить кадры новой, народной интеллигенции. И надо отдать должное Советской власти: неграмотность действительно была ликвидирована «ликбезами» и различного рода формами образования, были подготовлены новые профессиональные кадры для народного хозяйства, сферы народного образования, медицины и т.д., но «духовность» невозможно компенсировать ремесленниками от культуры и науки. Общество теряло навыки культуры и духовные ценности. И корни моральных проблем современной России - цинизм и пошлость СМИ, равнодушие общества и государства к судьбам детей (2 млн. детей - беспризорников при живых родителях), пьянство, криминал, хамство, нецензурщина и т.п. - следует искать не в «перестройке», а в «отторжении» духовного наследия прошлых поколений, носителем и субъектом которого была интеллигенция, В ТОМ числе и научная, цвет национальной культуры, ум и совесть народа.

Трудно переоценить роль интеллектуальной элиты в современном обществе (опасность - в обратном). И поэтому при определении приоритетов благополучия и безопасного развития социума необходимо учитывать состояние его интеллектуального потенциала - главного источника прогресса и совершенствования. Деятельность государства должна быть направлена на создание благоприятных условий для сбережения и самореализации интеллектуальной элиты в её творческой созидательной деятельности на благо общества. Успешное решение означенной задачи зависит не только от экономических и социальных мер, но и от совершенствования нравственных отношений в обществе и, естественно, этических отношений этого общества с наукой в лице научного сообщества её представителей. Многое зависит как от культуры и духовного развития самого общества, так и от этоса науки как социального института, т.е. внешнего этоса науки.

Задачей этической мысли сегодня является разработка оснований и принципов этических отношений науки как социального института с обществом. Необходимость регуляции таких отношений продиктована следующими причинами: 1.

Общим падением духовности и нравственности, утратой положительных ценностных ориентаций, направленных на развитие «человеческого в человеке», тотальным господством потребительских ценностей, стремлением достигнуть личного успеха любыми средствами - всё это не могло не сказаться на нравственном облике конкретных ученых как членов социума. Высокие идеалы, усвоенные в процессе воспитания и образования, отходят на второй план. Обесценивается собственная человеческая жизнь (жизнь других людей) и природа как таковая, если за ними нет прагматической значимости. 2.

Наука как социальный институт обладает лишь относительной автономностью, она многочисленными связями соединена с государственными и финансово-промышленными структурами (особенно прикладная наука). Государственные и местные органы власти и бизнес оказывают мощное воздействие на научное сообщество, определяя направления исследований, объекты изучения (или воздействия), условия, сроки, объемы и т.п.

Оказавшись в значительной мере зависимой от внешних институтов, в первую очередь, от государственных структур, местных органов власти и бизнеса, определяющих порядок, объемы и условия финансирования, научному сообществу приходится фактически принимать их ценности (заказчиков). Так, например, известно, что рыночная экономика подчиняется закону максимизации прибыли, что имеет негативные последствия применительно к научной деятельности (создание оружия массового уничтожения, моделирование агрессивных игр и т.п., о чем будет говориться далее). 3.

Научная деятельность является социальной по сути и потому осуществляется на базе общечеловеческих ценностей и этических норм, принятых сообществом, она направлена на удовлетворение потребностей социума и потому должна быть оценена с позиций общих моральных норм. Однако, будучи зависимой от морального состояния конкретного общества, от экономики, и нравственного облика субъекта инициаций, научная деятельность может противоречить универсальным моральным требованиям. 4.

Между научной деятельностью и её конечным результатом существует этическая связь (как и во всякой другой деятельности), кото- рая обусловлена выбором ученым не только цели, но и средств её достижения. Однако и наличие моральной цели, и выбор адекватных средств не всегда приводят к успеху: поскольку ученому трудно заранее предвидеть, каким образом общество или его структуры (заказчики) будут использовать конечные результаты научной деятельности, то и моральную ответственность за это на него целиком возлагать нельзя, и тем более важна этическая ориентированность ученого, он должен быть морально безупречен перед своими коллегами и обществом, а результаты его труда не должны использоваться против людей, чтобы научная работа как профессиональная деятельность не была дискредитирована. 5.

Научная деятельность относится к видам профессионального труда с высокой степенью его индивидуализации. И, несмотря на то, что ученый является членом научного коллектива и совместно с коллегами участвует в работе по достижению общих целей и выступает носителем интересов науки, он в значительной степени автономен в своей деятельности. Это не значит, что научный работник полностью предоставлен самому себе, неподконтролен и неподотчетен, но деятельность его может быть проконтролирована только на последнем этапе, точнее, по её окончании - по результатам, а иногда - по её последствиям. Это обстоятельство требует от ученого единства квалификации и высокой моральной ответственности, и более жесткого самоконтроля и контроля со стороны коллег и общества. 6.

Деятельность ученого носит творческий характер и всегда, даже в рамках формальной технологической схемы эмпирических исследований, есть место творчеству и инновационным находкам, делающим любое изыскание неповторимым и уникальным. И поскольку мы имеем дело с творческим процессом, все нюансы которого невозможно формализовать, постольку должна осуществляться внутренняя и внешняя этическая регламентация научной деятельности, отвечающая общим моральным требованиям при решении научных проблем и обеспечивающая единство интересов как отдельных ученых, так и научного сообщества и социума в целом. 7.

Научная деятельность чаще других профессий, кроме учительской, связана с педагогической деятельностью (в высшей школе, колледжах и т.д.), либо вокруг успешного ученого организуется своя научная школа, с участниками которой он вступает в коммунитарные отношения «учитель - ученик» с обратной связью. Эти отношения по сути своей являются неповторимыми, своеобразными с каждым учеником как личностью и требуют от учителя, с одной стороны, определенных профессиональных усилий для введения ученика в сущность научной задачи и овладения навыками исследовательской деятельности, а с другой - создание условий и творческой обстановки для реализации и развития креативного потенциала ученика. Решение этих «дидактических» задач возможно лишь на этической основе, требующей нормативной регламентации прав и обязанностей учителя и ученика с позиции общечеловеческих нравственных ценностей в сочетании с их индивидуальными ценностями (личностной самоактуализацией).

8. Научная деятельность, укорененная в социуме, институционализированная в научном сообществе, исходящая от конкретного учено- го-актора этой деятельности, опирается на три подвида этических ценностей: общезначимые (обязательные для всех), профессиональные, ориентированные на выполнение профессионального долга в конкретной сфере, и индивидуальные, избранные свободным самоопределением творческой личности. Задача состоит в том, чтобы установить субординацию этих ценностей, определить их общую значимость в со- циогуманистическом и культурном контексте.

Внешний этос30 науки формируется и реализуется в этических отношениях между учеными и социальной средой, между структурными подразделениями науки и социальными учреждениями, организациями, представителями власти, частными лицами, с которыми научное сообщество вступает в контакт по поводу финансирования, оказания поддержки, внедрения инноваций, социальной помощи и т.п. Этические отношения возникают между наукой как социальным институтом и государственными структурами и организациями, государством и обществом в целом. Этические отношения внутри научного сообщества, складывающиеся между учеными как членами коллектива в процессе работы, можно назвать внутренним этосом науки.

Внешний и внутренний этос науки имеют общие социальные и профессиональные основания, но различаются: 1) по субъектной принадлежности; 2) по адресной ориентации; 3) по степени общности; 4) по степени значимости; 5) по уровню генерализации; 6) по некоторой специфике содержания. Имея общие социальные и профессиональные детерминации, внешний и внутренний этос науки находятся в тесной взаимосвязи и взаимодействии, в чем мы убедимся при ближайшем рассмотрении этих феноменов.

Научное сообщество является неотъемлемой частью общества (элитной, о чем говорилось выше), и поэтому внешний этос науки следует рассматривать в культурном контексте того общества, той исторической эпохи, из которых вырос институт науки и к которым он принадлежит (и служит). Этические отношения, в которые вступают ученые с представителями общества или с обществом в целом, подчиняются нравственным ценностям, моральным требованиям, нормам и правилам действий и поведения людей в данном конкретном обществе. И, соответственно, внешний этос науки подчиняется прежде всего всеобщим моральным требованиям (обязательным для всех), называемым в этике универсальными принципами морали. Им подчиняются и отдельный ученый, и научные коллективы, и всё научное сообщество. И дело не только в том, что научное сообщество является социальной организацией, но и сама оценка научной деятельности конкретных ученых и научного сообщества в целом осуществляется прежде всего с позиций моральных принципов универсального характера, принятых обществом. История свидетельствует о том, что основные нравственные требования, существовавшие уже в глубокой древности, сохранили свою значимость до наших дней, хотя и подвергались различным модификациям под воздействием религиозных и социо-культурных факторов. Для иллюстрации этого положения проведем краткий сравнительный анализ первоисточников моральных законов, имевших первостепенное значение для великих цивилизаций прошлого и не потерявших своего смысла и ценности и для современного человечества. Например, египетская «Книга мертвых» была своеобразным моральным свидетельством, которое прилагалось к телу умершего человека при подготовке к его погребению. Смысл этого обряда был в том, что человек после смерти должен был предстать перед Последним Судом, решавшим, допускать ли умершего к вечной жизни или нет. В этом документе содержалась своеобразная «декларация», в которой сообщалось, что человек не совершал дурных поступков и не нарушал законов нравственности. Приведем некоторые пункты из этой «декларации», для удобства сравнения пронумеруем их. 1.

Я не делал зла людям. 2.

Я не совершал греха против истины. 3.

Я не творил дурного. 4.

Я не кощунствовал. 5.

Я не поднимал руку на слабого. 6.

Я не делал мерзкого перед богами. 7.

Я не был причиною недуга. 8.

Я не убивал. 9.

Я не приказывал убивать. 10.

Я никому не причинил страданий. 11.

Я не прибавлял в мере веса и не убавлял от неё. 12.

Я не обманывал и на пол-аруры. 13.

Я не крал. 14.

Я не завидовал. 15.

Я не совершал прелюбодеяния (3, с. 36).

Напомним также читателю десять заповедей Ветхого Завета, данные Богом народу Израиля в виде моральных законов, обобщавших конкретные правила поведения и действий в повседневной жизни, приведем их в кратком изложении: 1.

Да не будет у тебя других богов перед Моим лицом. 2.

Не создавай себе кумиров и не поклоняйся им и не служи им. 3.

Не произноси имени Яхве, твоего Бога, напрасно (всуе). 4.

Чти субботу - седьмой день отдохновения ради Бога. 5.

Почитай своего отца и свою мать. 6.

Не убивай. 7.

Не прелюбодействуй. 8.

Не кради. 9.

Не произноси против своего ближнего ложного лжесвидетельства (не лги). 10.

Не пожелай дома своего ближнего... ничего, что принадлежит твоему ближнему (не завидуй).

Сравнивая моральные свидетельства из «Книги мертвых» Древнего Египта и законы Моисея из еврейской торы, мы видим, что, несмотря на хронологическое и культурное различие этих древних культур, их моральные ценности имеют много общего. Мало того, некоторые положения совпадают абсолютно по своему содержанию (см.: I п. 4 - II п. 3; I п. 8 и II п. 6; I п. 13 и II п. 8; I п. 12 и II п. 9; I п. 14 и II п. 10; I п. 15 и II п. 7), другие очень близки друг другу по смыслу (см.: I п. 2, п. 6 - II п. 1, п. 2, п. 3; I п. 2, 12-II п. 9).

Наши наблюдения свидетельствуют о том, что рассмотренные первоисточники имеют большое сходство в моральных предписаниях и моральных законах. Со всей очевидностью можно утверждать, что они имели общие основания: религиозный опыт, социальную практику, культурные наработки и заимствования. Представленные в текстах моральные законы явно были предназначены для регулирования отношений между Богом (Богами) и человеком, отношений с родителями и детьми, отношений человека с другими людьми и с обществом, отношения человека к своей работе, отношения человека к своим мыслям, желаниям, искушениям. То есть, по сути своей они являлись (и являются) социально-моральными законами и нормами жизнедеятельности человека в обществе.

Известно, что христианство (и ислам) возникло на основе иудаизма, а Новый Завет, опираясь на Ветхий Завет, вместе с тем развивает далее идеи отношений Бога и человека, нравственное учение о самом человеке, его отношениях с другими, отношение к самому себе и т.д. Нам представляется, что христианская этика расширяет понимание границы Божественного и человеческого в человеке и открывает для него новое мировидение и мирочувствование через призму любви к Богу, природе, людям, всему живому. Сохраняя основную идею Ветхого Завета - выполнение закона Божьего, этика Нового Завета не сводит его к дисциплинарному подчинению Богу из страха наказания или справедливого возмездия. Бог предоставляет человеку разум, волю и свободу: «всякий поступай по удостоверению своего ума». И тем самым ответственность за свой выбор несёт сам человек и должен отчитаться перед Христом за принятое решение в Судный День. Этические требования Христа выше справедливых отношений с соплеменниками (Ветхий Завет). Он провозглашает высший закон человеческих отношений - любовь: «Вы слышали, что сказано: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего. Я говорю вам: любите врагов ваших, прославляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящих вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас» (из Нагорной Проповеди, Ев. от Матфея, Ев. от Луки). Из приведенного текста Евангелия мы видим, что Христос провозглашает новые этические ценности, неведомые прежней морали - любовь, прощение, терпимость, а с ними - и новые качества человека. Среди них духовность выступает на первое место как признак пребывания Бога в человеке. И все помыслы духовного человека, его поведение, его действия устремлены и направлены на достижение высших нравственных целей, основанных на любви к Богу, к ближнему, к дальнему, ко всему живому и природному. В то же время учение Христа вобрало в себя моральные законы Ветхого Завета, регламентирующие социальное поведение и действия человека, и таким образом сохранило в себе нравственное наследие древних цивилизаций. Завоевав в течение первого тысячелетия н.э. умы и души европейских и славяно-русских народов, христианство становится господствующей идеологией и тем самым определяет нравственные ценности новых цивилизаций, но в отличие от старых религий, христиане принимали моральные требования своей религии по доброй воле, следуя зову своего сердца и внутреннему голосу своей души, ибо христианский Бог принимает только любящих его. Сами христианские обряды (исповедь, например) способствовали развитию самосознания личности, пробуждению совести, то есть развитию социальной ответственности человека, поскольку исповедующийся должен сам давать нравственную оценку своим помыслам, поступкам, поведению перед священником, посредником между человеком и Богом. Позднее, когда христианская Церковь подвергается секуляризации (и в Европе, и в России) и ослабевает вера, нравственные нормы и добродетели перемещаются из религии в философию, право и т.д. и получают светское обоснование («категорический императив» или нравственный закон Канта, «нравственный прогресс» Вл. Соловьева, «справедливость» Ж.Ж. Руссо и т.д.).

В 20-21 вв. в связи с ростом масштабов агрессии, насилия, захватнических войн, техногенной и биогенной опасности для человека (и человечества в целом) появляется необходимость юридической защиты прав и свободы человека, что нашло правовое закрепление в международных документах Мирового сообщества, типа «Всеобщей декларации прав человека», принятой Генеральной ассамблеей ООН 10.12.1948 года. Этот документ провозглашает свободу, равенство, братство всех людей, независимо от расы, пола, языка, религии, нации, социального положения и пр. Декларация провозглашает право каждого человека на жизнь, на личную неприкосновенность, правосубъективность, на гражданство, на свободу мысли, совести и религии, на труд, отдых, образование и т.д. Указывается, что каждый человек имеет обязанности перед обществом, в котором только и возможно свободное и полное развитие его личности. Приведенные здесь основные положения Декларации свидетельствуют о том, что в этом международном документе сохраняются традиционные моральные принципы, признанные человечеством в качестве жизнеполагающих для социума в целом как мирового сообщества. Они, несомненно, испытывают на себе влияние культурных и социальных изменений, модифицируются в выражающих их формах, но составляющие их ценностные инварианты морали, как ви- дим, сохраняются во все времена человеческой истории. Это объясняется тем, что, по нашему мнению, именно нравственные ценности являются главным достижением человеческого сознания, возвышают его над животным миром и делают собственно человеком. Выделим главные из них - универсальные, обязательные для всего мирового сообщества:

- ценность самой жизни; братство всех людей; гуманизм; равенство; свобода; совесть; честь; достоинство; долг; ответственность перед обществом и т.д.

Названные здесь моральные ценности являются общественными установками, своеобразными императивами, целями и проектами, на которых основываются, с одной стороны, нормативные моральные требования к любому субъекту деятельности, а с другой, они служат нормативной формой моральной ориентации человека в мире. В-третьих, они одновременно выступают и критериями нравственности, в которых содержится оценка поступков людей с точки зрения их моральной значимости. И, таким образом, вся человеческая деятельность, поведение, поступки, т.е. весь человеческий мир, созданный отношением людей друг к другу (и к самим себе), имеет нравственную оценку с позиций моральных ценностей. Приведенные нами универсальные ценности (как уже говорилось выше) распространяются на человечество в целом, на различные группы людей - нации, классы, объединения, в том числе на научное сообщество, на отдельного человека, и, следовательно, каждого ученого, каждого научного работника.

Современная наука как один из важнейших компонентов социальной системы (её элитная часть) не только разделяет цели, ценности и нравственные принципы общества, но во многом и предопределяет их. И хотя высшей целью науки является достижение истины, казалось бы, довольно абстрактной для общества ценности, сама научная истина для науки выступает высшей нравственной ценностью, и в этом смысле ре- гулятивом науки. Как говорит один из героев «Соляриса» Ст. Лема: «Познание только тогда истинно, когда оно нравственно». Этот девиз науки, провозглашенный выдающимся писателем-фантастом XX века и озвученный персонажем одноименного фильма гениального А. Тарковского, по сути, раскрывает гуманистическое предназначение науки, т.е. служение принципам «Декларации» (и более ранним - религиозным, учившим любви и бережному отношению к жизни). Гуманистическая позиция современной науки является главным критерием оценки науч- ной деятельности как отдельного ученого, так и научных коллективов и подразделений и научного сообщества в целом. Несомненной и общепризнанной заслугой науки перед человечеством является абсолютное увеличение продолжительности человеческой жизни, благополучие современной цивилизации, активное участие в социальном прогрессе, и, наконец, открытая современной наукой ноосферная перспектива для человечества, которую ему ещё предстоит понять, оценить и осваивать. Наука разрабатывает для человечества рациональные формы мышления, рациональные формы поведения и способы действий, применяемые людьми во всех сферах общественной и частной жизни. Современная наука настолько сблизилась с производством, что дистанция с момента научных открытий до их воплощения сократилась до минимальных сроков, что и делает науку высокоэффективной производительной силой. Это обстоятельство накладывает на научное сообщество огромную моральную ответственность перед человечеством за безопасность новых открытий и новаций, связанных с их применением в широком масштабе. Но справедливости ради следует сказать о том, что практическое использование научных достижений зависит от морального состояния общества, от потребностей и интересов групп людей или даже отдельных индивидов, а не от желаний и воли ученых. В связи с этим в литературе по этике науки всё чаще встречается мнение о том, что ученый должен нести социальную (и нравственную в том числе) ответственность только за знания, открытые им, ведь истина объективна по своему характеру, и, следовательно, нейтральна.

Однако широко распространенное в современном обществе технократическое мышление, исповедующее примат средства над целью, а цели - над человеком, его ценностями, культурой (а порою и самой жизнью), несет в себе опасность безграничного расширения объемов и масштабов целеполагающей деятельности человека, обуславливающей принципиальное изменение реальности - как природной, так и собственно человеческой. Человечество пришло к порогу, за которым пред- метно-воплощенное знание замещает биосферу ноосферой, миром технических артефактов.

Несоответствие стандартов рациональности нравственным идеалам науки - служить во благо человечества, безответственное применение её результатов, лежит в основе кризисных процессов современной эпохи. Они затронули тонкое равновесие человеческих и природных систем, не только связанных между собою, но сегодня напрямую зави- симых друг от друга. С одной стороны, человечество является частью природной системы и, как известно, часть без целого не может существовать; сама биосфера представляет собою уникальный банк человеческих генетических ресурсов, питающих человечество. С другой, ноо- сферная технократическая деятельность человека привела к масштабному загрязнению планеты, её опустыниванию и изменению климата, следствием которых является нарушение биоценоза31 (15, с. 13).

Недальновидная технократическая деятельность человека, преследующего эгоцентрические и только материально-экономические цели (при достижении которых природа используется утилитарно, лишь как средство), приводит к разрушению главной ценности - самой ЖИЗНИ, причем, жизни не только другого биологического существа, но и самого Человека. Под влиянием изменений окружающей среды разрушается не только здоровье человека, но и его генофонд. Специалисты предупреждают об опасности мутации генома человека, которая возникает в результате вмешательства современной биомедицины в организм человека (различные методы искусственной репродукции человека, замена пораженных органов и тканей, замещение поврежденных генов и т.д.)32.

В этой связи в научных кругах и среди общественности поднимаются вопросы о правомерности клонирования. Сторонники клонирования защищают его как единственно возможный способ размножения для людей, неспособных по тем или иным причинам к естественному воспроизводству. Кроме того, считают они, метод клонирования поможет решить проблему донорства для пересадки органов.

Противники клонирования обращают внимание на реальный результат успешного клонирования - им будет не ребенок своих родителей, а однояйцовый близнец отца или матери. Кроме того, Церковь бьет тревогу по поводу отсутствия души у клонов, поскольку они будут делом рук человеческих, а не Бога. Под большим вопросом остается и родительская любовь к клонам, во всяком случае, это наверняка будет уже другое чувство.

Кроме того, разработка метода клонирования как всякого нового исследования потенциально несёт в себе ошибки и неудачи, плодом которых будут дети-уроды и мертворожденные. Учитывая все эти и другие аргументы, Международная комиссия по биоэтике объявила мора- торий на пять лет на проведение экспериментов по клонированию человека.

Однако, несмотря на запреты, в 1998 году американский физик из Чикаго Ричард Сид на симпозиуме по репродуктивной медицине громогласно заявил о намерении приступить к работам по клонированию человека. Есть и желающие участвовать в этом эксперименте: группа медиков и группа лиц, стремящихся обрести свои копии или быть донорами.

Приведенный пример показывает, что невозможно запретить сам научный поиск. Исследования по клонированию ушли «в подполье». Сама их закрытость создает угрозу неконтролируемых и непрогнозируемых последствий.

Вполне оправданным является применение метода клонирования в народном хозяйстве: в животноводстве, рыбном хозяйстве, растениеводстве, позволяющего человечеству получать необходимое количество полноценных продуктов питания и жизнеобеспечения.

Также перспективными в этой области представляются исследования в так называемом «терапевтическом» направлении - клонирование клеток и органов человеческого организма, необходимых для замены больных. Поэтому этической задачей медицинской биоэтики является не запрещать исследования, а контролировать их безопасность и благо- направленность для человечества.

Для достижения поставленных целей ученый использует все доступные ему легальные средства - от материальных до духовных. При выборе средств и методов исследования научное сообщество рекомендует руководствоваться наработанными в течение всей истории науки этическими принципами, главный из которых - «не навреди». Ученый, как профессионал, должен предвидеть с позиций возможного и ДОЛЖНОГО желаемые результаты своей деятельности и её последствия, в том числе использование различных деструктивных средств. Несмотря на то, что цель, поставленная ученым, может быть высокоморальной, несоответствие ей средств, их аморальность может зачеркнуть все результаты деятельности. Да и сам результат как естественный продукт деятельности может не соответствовать замыслу исследователя. Как правило, конечный, реальный результат отличается от планируемого, т.е. от поставленной цели, поскольку цель - это идеальный вариант ожидаемого результата. Насколько отличается реальное от идеального, зависит от объективных и субъективных причин. В любом случае ученый должен принять меры к тому, чтобы максимально нейтрализовать негативное действие субъективного фактора, т.е. осуществлять постоянный самоконтроль над своими действиями и контроль за действиями научных работников, участниками эксперимента и т.п. и привлечь все необходимые ресурсы для преодоления негативных последствий научной практики. Он также должен хорошо знать о возможных объективных препятствиях на пути к достижению цели и одновременно, в ходе разработки программы научного исследования, предусмотреть варианты действий при их возникновении.

Успех научного поиска также должен «вписываться» в границы этических норм, и ученый должен контролировать соответствие запланированного и реально ожидаемого результата. Ему не следует начинать исследование (эксперимент, опыт и т.п.), если его результаты и последствия нанесут вред здоровью людей, природной среде или окажутся для них разрушительными или оскорбят чье-то человеческое достоинство и т.п., что поставит под сомнение и критику не только профессионализм данного ученого и его человеческие качества, но и работу его коллег, а, возможно, и разочарование общественности во всем институте науки. Именно так было в 60-70-е годы XX века, когда негативные последствия научно-технической революции, гонка вооружений (атомных, бактериальных, психопатогенных и пр.), бесконтрольные научные эксперименты в медицине, генной инженерии и т.д. вызвали реакцию со стороны общества в форме антисциентического движения, главным требованием которого было введение контроля над наукой и учеными (более подробно рассмотрим эту проблему ниже).

Из истории науки известно, что ученые с гражданских и человеческих позиций предупреждали общество об опасности некоторых научных изобретений и их техническом применении. Так, например, Эйнштейн призывал отказаться от использования атома, но правительство США его «не услышало», и в августе 1945 г. на японские города Хиросима и Нагасаки были сброшены американские атомные бомбы. По всей видимости, чтобы остановить действия агрессивных и безответственных политиков, недостаточно одного голоса, даже, может быть, самого авторитетного ученого в мире, каким был А. Эйнштейн. Нужны коллективные мнения и коллективные действия научного сообщества. Такой положительный прецедент показали ученые-генетики, когда в 1975 году добровольно заключили мораторий, временно приостановив ряд исследований по молекулярной генетике в генной инженерии, по- тенциально опасных не только для человека, но и для других форм жизни на нашей планете. Проявленная учеными предосторожность представляется благоразумной и необходимой. Именно такой подход сегодня стал одним из оснований для социально-этической оценки тех новых возможностей (а вместе с ними и проблем), которые открывает прогресс науки и техники.

Как правило, этические проблемы возникают там и тогда, где и когда универсальные моральные требования приходят в противоречия с интересами ученых, руководствующихся в своих поисках либо узко индивидуальными или даже своекорыстными целями, либо действующих по «заказу» партии, власти, нации (как это было с нацистскими учеными в Германии, экспериментировавшими на людях). Вопросы моральной ответственности встают перед учеными, исследования которых осуществляются в проблемных областях (разработка тех или иных видов оружия, генетическое экспериментирование И Т.Д.).

Осознавая моральную ответственность за безопасность человечества (и всего живого на Земле), научная элита пришла к признанию необходимости создания международного этического комитета. Начало положил знаменитый манифест Рассела-Эйнштейна. На Пагуошской конференции, состоявшейся в Варне (Болгария), было подчеркнуто, что помимо индивидуальной ответственности за научную работу на ученых лежит и особая ответственность, которая обусловлена их знаниями, техническими возможностями и международными связями. В своих странах они должны распространять правдивую информацию о таких фактах, как последствия применения современных вооружений; последствия развития промышленности, урбанизации, развития сельского хозяйства и социальных структур; положение в области ресурсов для будущего развития человечества. Эта деятельность ученых, предполагающая прочные отношения между ними и политическими деятелями, их социально-политическую активность, необходима для ликвидации недоразумений, невежества и ненависти и тем самым для сохранения международного мира. Определяющей при этом была установка, идущая от Нюрнбергского кодекса. В соответствии с ней всякое участие человека в научных исследованиях воспринимается как риск для его здоровья, может быть, даже для жизни, так что главная задача этического регулирования - по возможности оградить человека от такого риска. С этой целью стали создаваться структуры и механизмы этического регулирования исследований. Речь, таким образом, идет не о бла- гих пожеланиях или отвлеченных умствованиях абстрактных моралистов, а о повседневной научной жизни. В итоге ситуация сегодня такова, что ни одно биомедицинское исследование, которое проводится на человеке, не может быть начато, если не прошло этической экспертизы. Иначе говоря, с общим планом и многими деталями его проведения должен ознакомиться независимый этический комитет, и только после того, как он дает добро, это исследование может быть начато.

Что же такое этический комитет? Это - структура, включающая специалистов в той области, в которой проводятся исследования, причем они не должны иметь общих интересов с той командой, которая проводит исследования. Помимо этого, в состав комитета включаются представители младшего медицинского персонала, а также совершенно посторонние люди - те, кого у нас раньше было принято называть представителями общественности. А это - совершенно новый для науки и весьма интересный момент: то, что предстоит делать исследователям, должно оцениваться не только специалистами, но и людьми без научной квалификации.

Но вот сегодня - на новом витке развития - оказывается, что для этического обоснования исследования, коль скоро оно проводится с участием человека, необходим такой вот посторонний, некомпетентный - «человек с улицы». Коль скоро участие человека в исследовании сопряжено с риском, важно, чтобы его цель, а также обстоятельства его проведения могли быть понятны не только специалистам, но и тем «простым смертным», в интересах которых и предпринимается само исследование. Риск, иначе говоря, должен быть оправданным не только в глазах исследователя-специалиста, но и в глазах рядового человека, который, вообще говоря, будет воспринимать и пользу, и опасности эксперимента существенно иначе, чем профессионал.

Далее важно отметить, что и сам спектр исследований с участием человека неуклонно расширяется. Во-первых, и в самой биомедицине объектом этического регулирования становятся не только исследования, в ходе которых осуществляется вмешательство в организм испытуемого - будь то инъекция, прием таблетки и т.п. Наряду с этим этическое регулирование распространяется и на так называемые эпидемиологические исследования, в ходе которых используются персональные данные, касающиеся множества людей, - оказывается, и здесь тоже человека необходимо защищать. Этический контроль распространяется и на те исследования, которые проводятся на изъятом у человека биоло- гическом материале, например, на фрагменте тканей, который изымался в терапевтических целях.

Как показывает практика, сегодня назрела необходимость этического и законодательного оформления статуса научной деятельности и меры ответственности ученых за продукт своего труда. С другой стороны, очевидна необходимость в законодательной и моральной регуляции отношений науки с обществом, целью которой является создание достойных условий для труда и жизни ученых, их легитимность и ответственность общества за техническое применение научных достижений. Эти задачи требуют серьезной экономической, этической и юридической проработки. Как мы видели из приведенных в тексте научных публикаций, материалов научных конференций, публикаций в Интернете, научное сообщество (как элита общества) готово к признанию ответственности за персональные и коллективные изыскания, к принятию этических кодексов, регламентирующих научную деятельность, и созданию этических комитетов, регулирующих отношения ученых с обществом. Дело за обществом, т.е. за его структурами, отвечающими за развитие и совершенствование социума.

<< | >>
Источник: И. Г. Митченков и коллектив авторов. Эпистемология: основная проблематика и эволюция подходов в философии науки. - Кемерово : Кузбас, гос. техн. ун-т. - 423 с.. 2007

Еще по теме Внешний этос науки (наука и общество):

  1. 14. Взаимоотношения науки и общества в работе Дж. Беркала «Наука в истории общества» •
  2. Глава XII ЭТОС НАУКИ
  3. 31. Проблема генезиса науки в работе Дж. Нидама «Общество и наука на Востоке и на Западе»
  4. Внутренний этос науки
  5. Внешний и внутренний имидж науки
  6. СОВРЕМЕННОЕ ОБЩЕСТВО: СИНТЕЗ ГУМАНИТАРНОКУЛЬТУРНЫХ И НАУЧНО-РАЦИОНАЛЬНЫХ СТРАТЕГИЙ РАЗВИТИЯ ТЕОРИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ ИННОВАЦИОННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В НАУЧНОМ ПОЗНАНИИ ЭТОС ПОЗНАНИЯ И ЦИВИЛИЗАЦИИ Алексеева Е.А.
  7. Наука Сеть учреждений науки
  8. А. Г. Ваганов Российская наука И ГЛОБАЛЬНОЕ СЕТЕВОЕ ОБЩЕСТВО
  9. ОБЩЕСТВО И ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СТРОЙ АПППУРА. ВНЕШНЯЯ ТОРГОВЛЯ
  10. ЭТОС И РЕЦЕПТУРА
  11. Динамика взаимоотношений науки, политики и обществ
  12. НАУКА В МОДЕРНИЗАЦИОННОМ ПРОЦЕССЕ БЕЛОРУССКОГО ОБЩЕСТВА Тадеуш Адуло
  13. 10. М. Вебер о призвании ученого и ценности науки в работе «Наука как призвание и профессия» •
  14. Е.А. Володарская Профессиональная идентичность ученого И ИМИДЖ НАУКИ В ОБЩЕСТВЕ
  15. Протестантский «этос»
  16. 1.3. Социология и другие науки о человеке и обществе. Предмет социологии
  17. З.К. Шаукеновой. Человек и наука в современном обществе. Мат-лы Международной научно-практической конференции, посвященной 60-летию доктора философских наук, проф. М.З. Изотова. - Алматы: ИФПР КН МОН РК. - 432 с., 2012
  18. Варьяш О.И.. Пиренейские тетради : право, общество, власть и человек в средние века; [сост. и отв. ред. И.И. Варьяш, Г.А. Попова] ; Ин-т всеобщ, истории РАН. - М. : Наука - 451 с., 2006
  19. 1. ПСИХОЛОГИЯ КАК НАУКА. ПРЕДМЕТИ ОБЪЕКТ НАУКИ. ЗАДАЧИ ПСИХОЛОГИИ. ДУША КАК ПРЕДМЕТ ИССЛЕДОВАНИЯ