<<
>>

ГЛАВА VIII, в которой повествуется о том, какое зло обычно причиняют государствам льстецы, сплетники и интриганы455, и разъясняется, насколько важно ограждать от них королей и запретить им появляться при дворе

Ни одна зараза не способна погубить государство вернее, чем льстецы, сплетники и некоторые личности, которые только тем и заняты, что плетут заговоры и интриги при дворе. При помощи различных способов они так ловко и так незаметно льют повсюду свой яд, что бывает затруднительно от него уберечься, если не принять строгих мер предосторожности.
Поскольку по своему положению или достоинствам эти люди не могут участвовать в делах и лишены способностей, чтобы заботиться о государственных интересах, они без стеснения стремятся помешать их утверждению и, надеясь немало выгадать во время смуты, всеми силами стараются своей лестью, ухищрениями и сплетнями разрушить установившийся стройный порядок, который совершенно не позволяет им рассчитывать на устройство собственной судьбы, ибо в государстве, где царит дисциплина, обеспечить свою будущность можно лишь на основе личных достоинств, коих эти люди лишены. Помимо того, что это обычное явление, когда лица, находящиеся не у дел, стараются делам навредить, нет вообще таких неприятностей, коих подобные люди не могли бы устроить, а посему государям надлежит принять все возможные меры предосторожности против их злонравия, которое рядится во столько одежд, что часто оказывается непросто от него защититься. Среди этих личностей есть некоторые, напрочь лишенные мужества и ума, но это не мешает им изображать как великую твердость духа, так и глубокую и серьезную мудрость, и выставлять себя в благоприятном свете, вы- Бюст кардинала Ришельё Дж.-Л. Бернини (1598— 1680), 1640—1641 Рижский скульптор создал этот бюст по заказу Мазарини, вероятно, опираясь на присланный ему тройной портрет кардинала Ришельё работы Ф. де Шампеня. По всей видимости, мраморное творение Бернини кардиналу Ришельё не понравилось, потому что вскоре он заказал Ж. Варену другой бюст (см. с. 263). сказывая придирки по поводу чужих поступков, причем даже тех, что заслуживают всяческих похвал и не могут быть превзойдены в тех обстоятельствах, о которых идет речь. Нет ничего проще, чем находить правдоподобные причины для осуждения того, что не могло быть сделано лучше и что было предпринято настолько обоснованно, что нельзя было того не сделать, не совершив непростительной ошибки. Иные же из не имеющих ни ума, ни мужества своими жестами, качанием головы и серьезной гримасой на лице выражают неодобрение тому, что не посмели бы осуждать вслух и что вообще не может быть подвергнуто порицанию с разумной точки зрения. Чтобы не потакать подобным людям, государям недостаточно не допускать их к своему уху; надобно вообще запретить им показываться в кабинете и при дворе, так как мало того, что легковерие придворных подчас столь велико, что достаточно завести с ними беседу, как можно тут же их убедить, но даже и тогда, когда убедить их нельзя, у них все равно остается некоторый осадок, который окажет воздействие в другой раз, если интриганы продолжат жужжать им в уши. И впрямь, отстраненность таких лиц от деятельности часто заставляет их судить о деле скорее по числу свидетелей, нежели по весомости обвинений. Едва ли мне удалось бы рассказать обо всех несчастьях, приключившихся по вине этих злонамеренных людей в царствование Вашего Величества, однако я испытываю к ним столь живое отвращение, думая об интересах государства, что сие принуждает меня сказать: дабы предотвратить перипетии, подобные тем, которые произошли в мое время, не следует проявлять жалость по отношению к таким людям.
Какой бы твердостью и постоянством ни отличался государь, он не может, не совершив весьма опрометчивого поступка и не подвергнув себя смертельному риску, держать при себе негодяев, способных внезапно его обмануть, подобно тому как при заражении злокачественный недуг в одно мгновение охватывает сердце и мозг самых сильных и крепких людей, когда они считают себя вполне здоровыми. Нужно гнать эту общественную заразу и никогда не подпускать ее к себе, пока ехидны не исторгнут весь свой яд, а такое случается столь нечасто, что необходимость заботиться о спокойствии государства скорее обязывает постоянно держать их в отдалении, нежели проявлять милосердие, побуждающее их возвратить. Смело выдвигаю это утверждение, ибо мне никогда не приходилось видеть, чтобы кто-то из любителей заговоров, кормящихся придворными интригами, отказывался от своих скверных привычек и менял свою натуру, разве что от бессилия, да и оно, собственно говоря, не изменяет их, поскольку они сохраняют стремление к совершению дурных поступков даже тогда, когда уже не в силах их совершать. Прекрасно понимаю, что некоторые из этих испорченных натур могут искренне раскаяться и измениться, но поскольку из опыта я знаю, что на од- ...КАКОЕ ЗЛО... ПРИЧИНЯЮТ ГОСУДАРСТВАМ ЛЬСТЕЦЫ, СПЛЕТНИКИ И ИНТРИГАНЫ... ного истинно раскаявшегося приходится двадцать, которые вновь берутся за старые козни, то смело прихожу к решению, что лучше поступить строго с одним человеком, достойным прощения, чем подвергнуть государство какой- либо неприятности излишней снисходительностью к тем, кто таит злобу в сердце и признается в своих прегрешениях лишь на словах, либо к тем, чье легкомыслие должно внушать опасение, что последуют новые дурные поступки, еще худшие, чем прежние. Неудивительно, что ангелы никогда не делают зла, ибо они черпают от благодати Божьей, но чтобы люди, упорствующие в такого рода злобе, стали совершать добрые поступки, в то время как могут причинять зло, — это своего рода чудо, настоящим источником коего является всемогущая десница Господня, и воистину человеку высокой порядочности гораздо труднее выжить в век, развращенный подобными личностями, чем тому, чьей добродетели они не побоятся, ибо репутация его не столь безупречна. Иногда считается за достоинство государя смотреть сквозь пальцы на вещи, которые поначалу представляются малозначительными; я же скажу, что ему надлежит прилаг ать все усилия для обнаружения и подавления в зародыше малейших интриг внутри кабинета и двора. Великое пламя возникает от ничтожных искр, и тот, кто погасил одну из них, не догадывается о том, какой пожар предотвратил, но если он решит это выяснить и какую-то искру не потушит, то может оказаться в столь отчаянном положении, что его уже ничто не спасет; впрочем, одинаковые причины не всегда вызывают одинаковые следствия. Правда это или нет, будто одна маленькая рыбка может остановить большой корабль, ускорить ход которого не способна ни на мгновение, но из того, что натуралисты нам об этом сообщают, легко сделать вывод: нужно со всей тщательностью очищать государство от всего, что может остановить течение дел, а ускорить его никак не в состоянии. В таких случаях недостаточно удалить высоких особ из-за их могущества, нужно сделать то же самое и в отношении ничтожных людишек из-за их злонравия: и те и другие одинаково опасны, и если есть между ними какая- то разница, так в том, что сильнее следует опасаться людей низкого звания, потому что они менее заметны. Подобно тому, как вредный воздух, о котором я уже говорил, будучи заперт в сундук, часто разносит по всему дому заразную болезнь, что охватывает затем весь город, кабинетные интриги нередко приводят к возникновению при дворе многочисленных раздоров, которые в конце концов вызывают потрясение всего государственного организма. Имея возможность доподлинно заявить, что я никогда не видел в королевстве смут, бравших начало от чего-то другого, повторю еще раз, что куда важнее, чем кажется, не только гасить при первом же появлении малейшие искры подобных распрей, но и предупреждать оные посредством изгнания456 тех, кто только и занят их разжиганием. Спокойствие государства слишком важно, чтобы пренебрегать таким средством, не дав в том ответа перед Богом. Иногда в мирное время я видел при дворе столько заговоров, имевших место по причине неупотребления этого спасительного совета, что они едва не опрокинули государство. Когда мысль об этом, а также знания, которые история могла дать Вашему Величеству об этой опасности, коей многие, а особенно последние из Ваших предшественников, подвергались по той же причине, побудили Вас прибегнуть к данному средству, то я увидел Францию такой умиротворенной внутри, в то время как она вела войну за своими пределами, что при виде покоя, коим она наслаждалась, не казалось, что ей противостоят величайшие державы. Могут сказать, что заговоры и смуты, о коих было сказано выше, происходили чаще из-за женских происков457, нежели от коварства льстецов. Но сие обстоятельство не только не противоречит сказанному, а, напротив, убедительно оное подтверждает, ибо, рассуждая о льстецах и иных подобных личностях, я не имею намерения исключать женщин, которые часто представляют большую опасность, чем мужчины. Женский пол наделен различными притягательными свойствами, которые более способны привести в расстройство и перевернуть вверх дном кабинеты, дворы и государства, чем чье бы то ни было наитончайшее и искуснейшее коварство. Действительно, когда королевы Екатерина и Мария Медичи принимали участие в управлении государством и за их спиной разные женщины вмешивались в государственные дела458, среди них были некоторые, наделенные недюжинным умом и привлекательной внешностью, которые натворили несказанных бед. Благодаря своим чарам они перетянули на свою сторону и самых знатных людей в королевстве, и самых презренных и извлекли из них выгоду, ибо, пользуясь их услугами по своему желанию, часто вредили тем, кто был им неугоден, так как приносил пользу государству. Я мог бы и дальше рассуждать на эту тему, но из почтения к некоторым особам удержу свое перо, которое, не будучи способно на лесть, ибо само открыто ее осуждает, не может не заметить при этом, что фавориты, о коих я говорил в предыдущей главе, часто оказываются в роли тех, о чьем коварстве я рассуждал только что. После изречения сих истин мне остается лишь сказать, что невозможно полностью оградить государство от напастей, причиной коих могут стать эти люди, кроме как удалив их от двора, что просто необходимо, ибо нельзя держать змею у себя за пазухой, не подвергаясь опасности быть ужаленным.
<< | >>
Источник: Перев. с фр. Л.А. Сифуровой. Ришельё Арман-Жан дю Плесси, кардинал-герцог. Политическое завещание, или Принципы управления государством. 2008

Еще по теме ГЛАВА VIII, в которой повествуется о том, какое зло обычно причиняют государствам льстецы, сплетники и интриганы455, и разъясняется, насколько важно ограждать от них королей и запретить им появляться при дворе:

  1. Раздел I, в котором говорится, насколько важно, чтобы различные сословия государства оставались в определенных им границах
  2. ГЛАВА IV, в которой дано представление о том, насколько в управлении государством необходима прозорливость
  3. Раздел IV, в котором идет речь о том, насколько государство должно быть сильно своими сухопутными войсками
  4. Раздел III, в котором описано, насколько важно не допустить, чтобы судейские чиновники посягали на королевскую власть
  5. ГЛАВА I О РАЗЛИЧНЫХ ТОЧКАХ ЗРЕНИЯ, С КОТОРЫХ МОЖНО РАССМАТРИВАТЬ ЧЕЛОВЕКА; О ТОМ ВЛИЯНИИ, КАКОЕ МОЖЕТ ОКАЗАТЬ НА НЕГО ВОСПИТАНИЕ
  6. ГЛАВА VII, в которой показано нынешнее состояние дел при королевском дворе и предложены самые необходимые средства для приведения оного в надлежащий вид
  7. ГЛАВА VI О ВНУТРЕННИХ НАЧАЛАХ ПРОИЗВОЛЬНЫХ ДВИЖЕНИЙ, ОБЫЧНО НАЗЫВАЕМЫХ СТРАСТЯМИ, И О РЕЧАХ, ПРИ ПОМОЩИ КОТОРЫХ ОНИ ВЫРАЖАЮТСЯ
  8. На пороге семьи Какое предложение делают обычно
  9. Раздел VII, в котором рассмотрено, как Король должен относиться к своим советникам, и показано, что добиться от них хорошей службы можно вернее всего хорошим, к ним, отношением
  10. ГЛАВА VIII О ДОСТОИНСТВАХ, ОБЫЧНО НАЗЫВАЕМЫХ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫМИ, И О ПРОТИВОСТОЯЩИХ ИМ НЕДОСТАТКАХ
  11. Какое зло приносит человеку в настоящей жизни грехи против седьмой заповеди Божией
  12. Один общий принцип, полезный не только в математике, но и в физике, при помощи которого из рассмотрения божественной премудрости исследуются законы природы, в связи с каковыми разъясняется спор, возникший с достопочтенным отцом Мальбраншем, и отмечаются некоторые заблуждения картезианцев
  13. РАЗДЕЛ IV Люди с обычной, нормальной организацией все доступны одной и той же степени страсти; неравная сила страстей у них — всегда результат различия положений, в которые ставит их случай. Своеобразие характера каждого человека есть (как замечает Паскаль) продукт его первых привычек
  14. РАЗДЕЛ IX О возможности указать правильный план законодательства; о препятствиях, которые невежество ставит его опубликованию; о том, как невежество осмеивает всякую новую идею и всякое углубленное исследование морали и политики; о том, как оно приписывает человеческому духу непостоянство, несовместимое с длительным существованием хороших законов; о воображаемой опасности, которой (если верить невежеству) должны подвергнуться государства с открытием новой идеи и в особенности истинных принц
  15. ГЛАВА VI, в которой Королю представлено, на что ему рекомендуется обратить внимание в отношении собственной особы
  16. РАЗДЕЛ VIII О том, что составляет счастье индивидов; об основе, на которой следует воздвигнуть здание национального счастья, состоящего необходимым образом из счастья всех частных лиц
  17. А. А. Зимин СОБЫТИЯ 1499 г. И БОРЬБА ПОЛИТИЧЕСКИХ ГРУППИРОВОК ПРИ ДВОРЕ ИВАНА III