<<
>>

ВОЗВРАЩЕНИЕ РАЙМОНДА VI (сентябрь 1216 г. — сентябрь 1217 г.)

  Во второй половине 1216 года положение сделалось еще более сложным. Как мы уже говорили выше, Монфор в ноябре женил своего младшего сына Ги на графине Пе- тронилле де Бигорр, и тот сделался графом де Бигорр; и тут начался новый спор — из-за города Лурда, чьи земли оказались на границе двух различных владений.
Уладив разногласия, Симон де Монфор в декабре 1216 года вернулся в Тулузу, принадлежавшую ему в соответствии с решениями Латеранского собора, и потребовал, чтобы его подданные выплатили налог, причитающийся ему и за тот год, который подходил к концу, и за прошедший. Сборщики налогов «благородного графа» взялись за дело, отнимая имущество у налогоплательщиков и закладывая их земли; вскоре беспорядки в городе достигли предела. В декабре Монфор получил неприятное известие: папа решил вернуть графу Раймонду- Роже его замок Фуа. Кроме того, Раймонд-Роже построил себе новый укрепленный замок в Монгренье, выше Монгайяра, неподалеку от Фуа. Возникшая угроза заставила Симона де Монфора в первых числах февраля 1217 года отправиться в Монгренье и начать осаду. Крепость, которую защищали Роже-Бернар, сын Раймонда- Роже, и Роже де Комменж, после нескольких недель осады сдалась. Осажденные вышли оттуда свободными, но оставили Монгренье войскам Монфора, с которым было заключено перемирие на год.
После этого Симон вернулся в Тулузу, в Нарбонн- ский замок. Ему не суждена была долгая безмятежная жизнь: возвращение обоих Раймондов в Прованс, где они укрепили свою власть, заставило его в мае покинуть жену, детей и племянников и отправиться воевать сначала в Корбьер, а затем на правый берег Роны, которую он перешел в июле. Оттуда он отправился осаждать Кре на Дроме и причинил некоторый ущерб Раймонду VII Младшему, разорив по пути его виноградники близ Баланса.
В конце лета 1217 года Раймонд VI Старший, пользуясь отъездом Монфора, вернулся из Испании. Его встретили старый граф де Комменж, с которым он некогда вместе сражался против Монфора, и еще несколько сеньоров, в числе которых были молодой граф Роже-Бернар де Фуа и Эмери де Кастельно, тулузский судья.
«Мессир, — обратился Раймонд VI к Комменжу, — выскажите ваше мнение. Конечно, мне пришлось покинуть мои прекрасные тулузские владения, а главное — мой город, который я сделал прекраснейшим во всем французском королевстве, и сделал я это ради того, чтобы избежать столкновений. Но если верить тому, что мне рассказывают, бывшие мои подданные больше не могут терпеть несправедливых притеснений Монфора, а что касается меня самого, то я чувствую, что неспособен долее оставаться разлученным с моей страной. И потому я послал гонцов в Тулузу, к самым именитым жителям моего города, желая узнать, в каком положении находятся дела, и они ответили мне в посланиях, надлежащим образом скрепленных печатями, что Мон- фор изгнал наиболее мудрых из них. Но они настолько горят желанием увидеть, как в Тулузе восстановятся прежние честность и верность, что готовы подвергнуться любым опасностям, пойти на все ради того, чтобы я вернулся туда и снова взял власть в свои руки. Они заверили меня в том, что, если я прибуду туда тайно, город, любящий и преданный, будет моим и вместе со мной прогонит Монфора. И вот я вас спрашиваю: что, по вашему мнению, мессир, я должен делать?»[CXI]

«Сир, — ответил ему Комменж, — если вы сумеете отвоевать и сохранить Тулузу, вы вернете всю силу понятию чести, столь долго попираемому в Лангедоке и Провансе, в особенности бесчинствами графа и его крестоносцев».

«Тулуза — ключ к этому краю, господин граф, — произнес Кастельно, — возьмите ее и возродите, вдохните в нее жизнь. И тогда к вам возвратятся все украденные у вас замки, и тулузцы вновь обретут прежнюю честь и радость жизни. А когда вы вернете себе Тулузу, мессир, молим вас бережно хранить ее к величайшему счастью для всех».
«Тогда скажите мне теперь же, как действовать; я так давно покинул эти края... У меня даже войска нет!»
«Незачем говорить об огне, когда фитиль еще не подожжен: забудьте о прошлом, граф, и идите прямо на Тулузу», — произнес сеньор Роже де Монто.
И все дружно, едва ли не в один голос прокричали: «Слава Богу, рыцари, возвращаемся в Тулузу! Войска никакого не потребуется, мы не встретим никакого сопротивления: тот, кто по глупости станет искать с вами ссоры, мессир граф, пожалеет о том, что на свет появился!»
«Хвала Господу, друзья, — сказал граф Раймонд VI, — вы согреваете мне душу. Вы правы: не надобно никакого войска, чтобы отвоевать Тулузу, достаточно и тех баронов, которые нас окружают».
Дальше все происходило очень быстро, на волне всеобщего восторга. Через несколько дней после этого совета, в сентябре 1217 года, доблестный граф Раймонд во весь опор погнал своего коня к Тулузе; армия его сторонников следовала за ним по холмам, лугам и долинам, возглавляли ее «три Роже», то есть граф Роже де Фуа, Роже де Монто и Роже де Комменж, виконт де
Кузеран. Лошади ржали, эхо от топота копыт летело через окрестные горы и долины, и вдруг в долине Агу, в месте под названием Ла Сальвета, скакавший впереди всадник оказался лицом к лицу с мессиром Жорисом, ведущим войска «благородного графа».
Через несколько минут все пришло в смятение, поднялся шум, завязалась схватка. Роже де Монто вращал мечом и подбадривал своих людей, граф де Фуа молнией примчался на своем арабском коне, одним ударом сразил скакавшего рядом с Жорисом Ришара де Турне- до, и тот повалился наземь в помятой кольчуге и с рассеченной надвое головой. Повсюду в лугах шел свирепый и безмолвный рукопашный бой. И с той, и с другой стороны резали, рубили, кромсали. Мессир Жорис выбрался из схватки и стремглав помчался прочь, спасаясь бегством, и никто не мог его нагнать.
Несмотря на свои шестьдесят лет, во весь дух прискакал Раймонд Старший, но битва уже завершилась, и он увидел, как бежит враг. Бернар де Комменж окликнул его: «Мне кажется, сеньор, Бог за нас: первый бой — и первая победа! Меня радует такое предзнаменование... Мы отвоюем Тулузу ради вас, граф Раймонд, положитесь на слово ваших верных вассалов».
«Я на это рассчитываю, племянник, и я уверен, что войду с вами в мой славный город. Пошлите гонцов сказать тулузцам, что мы приближаемся: пусть берут оружие и присоединяются к моим баронам. А теперь в путь, друзья мои, воспользуемся туманом, который только что поднялся, и пойдем к Тулузе через лес: так мы сможем застать врага врасплох».
Они тотчас пустили коней рысью; едва въехав в лес, за которым был город, они встретили двух консулов1,
Главных городских судей.
мессиров Раймонда Беленгье и Юга Жана, ликующих и радостных до слез.
«Сеньор, — обратился к графу первый из них, — Тулуза ждет вас, нас вас уповают как на Духа Святого, но ни за что не входите в город через мосты, ибо все они охраняются: переплывите через реку в лодке; над водой расстилается такой густой туман, что вы окажетесь у ворот прежде, чем стражники Монфора успеют опомниться».
И в самом деле, город, через который к тому же протекала Гаронна, был так велик, что преградить в него доступ было практически невозможно, да и стены его находились в весьма плачевном состоянии. И вот армия графа Раймонда VI Старого уже перебралась через реку и выстроилась на берегу, развернув все знамена. Народ, обезумев от счастья, устремился навстречу. Все обнимались, а когда граф Раймонд въехал в Тулузу через самые большие сводчатые ворота, весь город сотряс взрыв радости. Повсюду, где он проезжал, к нему устремлялись богатые и бедные, женщины и мужчины, девушки и юноши, молодые люди и убеленные сединами старики; преклонив колени, они целовали его одежду и обувь, протягивали к нему руки и кричали: «Слава Иисусу Христу, наш сеньор возвращается!»
И каждый, схватив палку, нож, копье или камень, устремлялся вдоль улиц, потрясая своим оружием, намереваясь изрубить в куски всех французов, какие только ему встретятся, — как всегда поступали в истории человечества, в Средние ли века или в наши дни, народы, оказавшиеся под властью чужеземных захватчиков[CXII]. Тулузцы распевали на улицах:
Прочь из наших стен, наемники Лицемера [Монфора]!
Прочь, его сброд и отродье!
Отныне Бог нас любит, и наш изгнанный граф
к нам возвращается. Слава ему! Слава его рыцарям!
Слава доблестным тулузцам!
(ПКП, 182)
Так граф Раймонд VI принял дань почитания от разоренного города, у которого не осталось ни башен, ни зубцов на стенах, ни часовых, ни оружия, но жители его были полны радости. «Небо возвратило нам Раймонда, нашего сеньора!» — восклицали одни; «Вооружимся, тулузцы, каждый убьет крестоносца!» — пели другие. Один хватал меч, другой — дубинку, третий — копье, с криком рассыпались жители по улицам, преследуя французов, а догнав — рвали в клочья.
Выглянув из окна, графиня де Монфор осведомилась: «Бароны, кто эти люди, разоряющие город?»
«Ни малейшего сомнения, — ответил ей кто-то из слуг, — это граф Раймонд, который возвращает себе Тулузу... и он не один, я вижу рядом с ним Бернара де Комменжа и его знаменосца, и Роже-Бернара де Фуа, сына графа Раймонда-Роже, и многих других сеньоров, которых обобрал ваш благородный супруг. Их больше тысячи...»
Жители Тулузы, ликуя, приветствовали освободителей, а графиня де Монфор тем временем призвала щитоносца: «Бегите скорее, проскользните как-нибудь, найдите благородного графа, где бы он ни был, и скажите ему, чтобы забыл свой Прованс и спешил сюда, потому что он вот-вот потеряет Тулузу, жену и сыновей, и если еще час промедлит и не придет им на помощь, то не увидит их больше в этом бренном мире!»
В Тулузе начали готовиться к обороне в предвидении возможного штурма: богатые и бедные, прекрасные дамы, «гордые юноши и любезные девы» орудовали кто

киркой, кто лопатой, возводили баррикады, с наступлением темноты все вместе несли дозор. Молодые тулузцы в ожидании появления графа Раймонда Старого пели, женщины пускались в пляс, а девицы скакали под звуки тамбуринов (ПКП, 183). Тулузцы так давно ждали дня, когда смогут стряхнуть гнет узурпатора, который украл у Раймонда VI его титул! А ведь тому он достался вместе с землей и замками в наследство от старинного рода: Раймонд I, его предок, получил титул тремя веками раньше, в 849 году, от Карла Лысого.
Но вскоре горожанам пришлось испытать разочарование: вступившие в город войска не были армией графа Раймонда, это были войска и вооруженная свита сира Ги, сына графа де Монфора, которые шли с развернутыми знаменами. «Спешивайтесь, бароны!» — прокричал он громким голосом. Тотчас эскадроны выстроились в боевом порядке, запели трубы, засверкали вынутые из ножен мечи, и свора крестоносцев обрушилась на город, снося баррикады и заграждения, а граф де Фуа тем временем скликал своих баронов. И завязался бой, великолепно описанный анонимным автором «Песни о крестовом походе»:
[Граф де Фуа] дрался, словно волк, вожак стаи.
Вокруг него раздавались крики: «Тулуза наша! Фуа!».
С каждым его ударом путь расчищался.
Дротики, палицы, мечи с острыми лезвиями, камни, заточенные стрелы и стрелы из арбалетов сыпались смертносным градом. Из окон на врага высыпали корзины камней, и шлемы гудели, и щиты раскалывались, и многие крестоносцы валились в пыль с перебитым хребтом, переломанными руками и ногами. Грохот, рев, шум все нарастали.
Так они сражались целый день, неуклюжие тулузские обыватели, которых вели в бой их сеньоры, против искусных воинов, людей Монфора. К тому времени, как стемнело, битва закончилась: неподготовленные войска графа Раймонда победили крестоносцев. Без малейшей помощи извне, почти без оружия, сражаясь дубинками, они спасли Тулузу; их противники не могли понять причин своего поражения, и ближайшие помощники Монфора в бешенстве кричали своим баронам:
Как вы могли потерпеть такое поражение от рабского народа, от бродячих рыцарей, от людей, кое-как вооруженных палками и камнями? Ваша честь рассыпалась в прах, и Франция проиграла! Позор вам! Будь проклят тот день, когда вы родились
на свет!
(ПКП, 184)
Тулузцы же, радостные, сияющие, волокли по улицам пленных и без долгих разговоров вешали их на городских деревьях; их старый обездоленный сеньор, доблестный граф Раймонд VI Тулузский, выгнал из города французов, нормандцев, англичан и прочих тевтонских наемников с одной лишь Божьей помощью. Господь спас город. Один из вражеских полководцев, Фуко, жаловался:
Горе нам, сеньоры. [...] Мы потеряли все,
какой позор для Франции, для наших сыновей, наших
родных!
Со времен доблестного Роланда никто не знал худшей
беды.
Мы, хорошо вооруженные добрыми ножами, мечами, в блестящих шлемах, доспехах, кольчугах, с палицами и щитами, на непревзойденных конях, были разбиты побежденным, безоружным, полумертвым народом! [...]
«Сир Фуко, — ответил ему мессир Ги де Монфор, брат графа, — разве вы забыли, что когда-то тулузцы просили нас пощадить их? Если бы мой брат обладал хоть малостью истинного благородства и раскрыл им объятия вместо того, чтобы изображать из себя кровожадного тирана, дело до этого не дошло бы. Господь перешел на другую сторону, потому что увидел наш обман, и кто знает, сможем ли мы когда-нибудь снова взять Тулузу? Для этого, рыцари, нам придется сразиться со всеми храбрецами Гаскони и других земель, которые обрушатся на нас».
Мессир Ги де Монфор даже не подозревал, насколько верны были его слова.
<< | >>
Источник: Каратини Р.. Катары. 2010

Еще по теме ВОЗВРАЩЕНИЕ РАЙМОНДА VI (сентябрь 1216 г. — сентябрь 1217 г.):

  1. ФЕОДАЛЬНАЯ ВОЙНА:ПЕРВЫЕ ЖЕРТВЫ,ПРОВАНС И ТУЛУЗА (февраль 1216 г. — сентябрь 1217 г.)
  2. ТУЛУЗА (начало сентября — ноябрь 1216 г.)
  3. 27 СЕНТЯБРЯ (14 СЕНТЯБРЯ СТ. СТ.), ЧЕТВЕРГ. ВОЗДВИЖЕНИЕ ЧЕСТНОГО И ЖИВОТВОРЯЩЕГО КРЕСТА ГОСПОДНЯ
  4. сентября (8 сентября ст. ст.), пятница. РОЖДЕСТВО ПРЕСВЯТОЙ ВЛАДЫЧИЦЫ НАШЕЙ БОГОРОДИЦЫ И ПРИСНОДЕВЫ МАРИИ
  5. МОНФОР НАКАЗЫВАЕТ ТУЛУЗУ (конец 1216 г. — начало 1217 г.)
  6. СЕНТЯБРЬ — «ХМУРЕНЬ»
  7. [12 сентября 1638 г.]
  8. ОРГАНИЗАЦИЯ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ 18 сентября 1997 г. (НЦПИ)
  9. СОБЫТИЯ В АФГАНИСТАНЕ ПОСЛЕ 11 СЕНТЯБРЯ
  10. 1 сентября (19 августа ст. ст.), суббота. Попразднство Успения Пресвятой Богородицы.
  11. Б) БИРОН И МУАССАК(конец июля — 8 сентября 1212 г.)
  12. МЮРЕ: ДВА ВЗГЛЯДА НА СРАЖЕНИЕ(сентябрь 1213 г.)
  13. 5 СЕНТЯБРЯ (23 АВГУСТА СТ. СТ.), СРЕДА. Отдание праздника Успения Пресвятой Богородицы.
  14. ФРАНЦИСК I (Francois I) (12 сентября 1494, Коньяк — 31 марта 1547, Рамбуйе)
  15. ОКТЯБРЯ (21 СЕНТЯБРЯ СТ. СТ.), ЧЕТВЕРГ. Отдание праздника Воздвижения Животворящего Креста Господня.
  16. Глава 32. 11 СЕНТЯБРЯ И ЕГО ПОСЛЕДСТВИЯ ЛИЧНО ДЛЯ МЕНЯ
  17. ЗАВОЕВАНИЕ АЖЕНЕ, ОТ СЕНТ-АНТОНЕНА ДО МУАССАКА (май — сентябрь 1212 г.)
  18. Письмо Агеева, зачитанное на заседании Рады в сентябре 1919 г.
  19. НАЧАЛО ИНТЕРВЕНЦИИ АНТАНТЫ И ОРГАНИЗАЦИЯ СИЛ ВНУТРЕННЕЙ КОНТРРЕВОЛЮЦИИ (декабрь 1917 г.—сентябрь 1918 г.)
  20. Глава восьмая ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА УКРАИНСКОГО И БЕЛОРУССКОГО НАРОДОВ С ИНТЕРВЕНТАМИ (март—сентябрь 1918 г.)