<<
>>

Война в Сьерре и Арагоне. — Дуррути. — Первые иностранные добровольцы. — Джон Корнфорд. — Модесто. — Эль Кампесино. — Пятый полк.

В первых числах августа на двух основных полях сражений начала испанской войны наступило относительное спокойствие. В Арагоне линия фронта тянулась на юг от Пиренеев, проходя мимо Хаки, Уэски, Сарагосы, Бельчите, Дароки и Теруэля (все они были в руках националистов), а дальше, как считали «антифашисты», ответственность за нее несла Валенсия.

Позиции республиканскщ^войск врезались клиньями на территорию националистов у Тардьенте (там была штаб-квартира колонны PSUC) и Сьетамо, которое взял гарнизон из Барбастро, сохранивший верность республике (оба городка недалеко от Уэски). Штаб основной колонны POUM обосновался в Лесиньене, к северо-западу от Сарагосы, в горах Сьерра-де-Алькубьерре. Вдоль Эбро в Осеро и Пине стояли анархисты Дуррути. На юге в Монтальбане бывший плотник Ортис командовал смешанной группой с преобладанием анархистов. Самой мощной из перечисленных частей была колонна Дуррути, которая подошла к Сарагосе па расстояние штурмового броска. Здесь полковник Вильяль- ба, командир гарнизона Барбастро и по крайней мере официально командующий всем фронтом, уговорил Дуррути остановиться, опасаясь, что его могут отрезать. Милиция остановилась в виду Сарагосы. «И восемнадцать месяцев огни города продолжали призывно мерцать в ночи, подобно иллюминаторам огромного лайнера», как потом написал Джордж Оруэлл. Линия фронта состояла из выдвинутых вперед частично укрепленных позиций на возвышенностях; в расположенных за ними деревнях стояли примерно по 300 человек.

Карта 10. Наступление республиканской милиции в Арагоне

Такая группа, на вооружении у которой обычно имелосі. шесть легких полевых пушек и по две гаубицы, практически не поддерживала связи с колонной в другой деревне или па соседнем холме. Например, бойцы PSUC послали из Тарді. енте в Барселону грузовик с трофеями. На пути его охрану остановили солдаты POUM и расстреляли как грабителем Гробы с трупами вернули в Тардьенте. Деревни, через кото рые проходила барселонская милиция, приобщались к рево люции. Так, жители Лериды решили спасти от пламени свои кафедральный собор. Дуррути тут же положил конец этим упадническим настроениям. Собор сгорел дотла. Тем не ме нее склонность Дуррути к насилию вызвала к нему ненавист і. крестьян Пины (пуэбло неподалеку от Сарагосы), и его ко лонна, провожаемая молчаливыми проклятиями, была вы нуждена оставить эту деревню.

Националисты укрепились на точно таких же позициях, хотя их офицеры старались блюсти воинскую дисциплину. У регулярных частей не хватало энтузиазма, что компенсировалось отсутствием дисциплины и у каталонцев. Но фалангисты были полны такого же яростного боевого пыла, как и их противники. Их сердца наполнились жаждой мщения, когда бомба, сброшенная единственным бомбардировщиком республиканцев, поразила знаменитое изображение Девы Пи- лар Сарагосской, хотя и не взорвалась. Дело было не только в религиозных чувствах. Незадолго до этого святая была торжественно объявлена капитан-генералом города его покровительницей.

В революционных колоннах было несколько групп иностранцев — главным образом немецкие и итальянские эмигранты, коммунисты и социалисты, которые, скрывшись от Гитлера и Муссолини, прибыли на Олимпиаду рабочих в Барселону.

Итальянцы организовались в так называемый Батальон Гастоне-Соцци, а немцы под командованием Ганса Бей- млера, бывшего депутата рейхстага от коммунистов, — в Центурию Тельмана (в нее входило около ста человек)1. Французы и бельгийцы составили Парижский батальон. Среди них было и несколько женщин. Они не относились к ка- кой-то конкретной политической группировке, хотя среди них и доминировали коммунисты. В конце августа еще одна группа итальянцев из колонны под командованием Карло Россели вступила в бой под Уэской. Первыми английскими добровольцами в Испании были Сэм Мастере и Нат Коэн, два закройщика из Ист-Лондона, которые, приехав во Францию на велосипедах, застали там начало мятежа и сразу же отправились в Барселону. Оба они были коммунистами. В Барселоне Мастере и Коэн организовали центурию, названную л честь английского коммуниста Томаса Манна. Раньше Мастере воевал в Центурии Тельмана2. Тем не менее до сентября она не участвовала в боевых действиях. Первым англичанином, который попал на фронт, оказался Джон Корнфорд, двадцатилетний студент-историк кембриджского Тринити- колледжа, праправнук Чарльза Дарвина и сын Лоренса, профессора античной философии в Кембридже3. Когда в бою под Скиросом погиб Руперт Брук, его так потрясла эта смерть, что через месяц он крестился, взяв себе имя Руперт, хотя, оставаясь практичным интеллектуалом, всегда представлялся как Джон. В свои двадцать лет Конфорд уже считался одним из столпов английской коммунистической партии4. В девятнадцать лет он женился на дочери шахтера из Уэльса. Поэт Корнфорд дважды становился первым на своем курсе исто- риков; он входил в состав комитета по организации Кемб риджского профсоюза. Несмотря на жесткость и несгибаемость его коммунистических взглядов, поэтическая натура Корнфорда постоянно давала о себе знать.

Война в Испании в огромной мере способствовала развитию его поэтического таланта. Как ни странно для коммуниста, но на Арагонском фронте он 13 августа присоединился к колонне POUM в Лесиньене. Произошло это потому, что у него не было при себе документов, доказывающих его «анти фашистские взгляды», и отряды PSUC отказались его принять Первой из погибших английских добровольцев оказалась жен щи на, Фелисия Браун, художница и член коммунистической партии. Она пала 25 августа на Арагонском фронте. До этою она жила в Коста-Браво и дралась на улицах Барселоны, куда прибыла на Олимпиаду5.

К началу августа накал боев в Сьерре к северу от Мадрида заметно ослаб и там воцарилось спокойствие. Попытки захвг^ тить господствующие высоты, которые продолжались до ко[ ца июля, кончались неудачами. Генерал Рикельме, на которі го республика возлагала основные военные надежды, смен( неудачливого полковника Кастильо, командовавшего сила» милиции. Неудача наступления заставила еще раз сменить мандование, которое на этот раз взял на себя полковник Асе| сио Торрадо6, самый блистательный военный стратег сре/ офицеров, оставшихся верными республике. Правительст! продолжало удерживать все узловые точки подходов к Мадр| ду, кроме перевалов Альто-де-Леон и Сомосьерра, через кот рые генерал Понте (сменивший полковника Серрадора) и Гг сиа Эскамес спустились, соответственно, на три и восемь мі в сторону Мадрида. Поскольку боеприпасов не хватало, М< приказал им воздержаться от попыток дальнейшего настуш ния. Обе эти группы, состоящие из солдат регулярных вой< карлистов и фалангистов (на Альто-де-Леоне было больше лангистов, а на Сомосьерре — карлистов), держали оборої против значительно превосходящих их сил правительственна милиции. (

Республиканцы в Сьеррас, не в пример своим соратник! в Арагоне, были в первую очередь бойцами и лишь потом [ революционерами. Даже анархисты понимали, что если чешь выиграть бой, то приходится подчиняться какому-| порядку, а главными их частями командовал профессиона ный офицер, майор Переа. Все милиционеры носили «мон< и на головных уборах у них были обозначения их профсоі зов (а не политических партий). Как и те части, что выш| из Барселоны, мадридская милиция была организована в лонны, примерно по 600 человек в каждой. Колонны обычно состояли из шести батальонов, или центурий, приблизительно по 100 человек. Обычно одни из них брали себе громкие названия, многие из которых вызывали в памяти давние революции или уличные бои — например, «Парижская коммуна». Другие называли себя именами современных политических лидеров, таких, как Пассионария. Несколько подразделений были известны как Стальные батальоны, ибо в них входил отборный состав членов профсоюзов или партий. Тем не менее, среди республиканских частей в Сьер- рас самой знаменитой был Пятый полк, созданный коммунистической партией. Он получил такое название потому, что обычно в Мадриде стояли четыре полка. Коммунисты с самого начала создали четкую военную организацию полка, противопоставив ее разболтанному революционному энтузиазму милиции.

Основу Пятого полка составляла социалистическая и коммунистическая молодежь, но и остальные присоединялись к нему, откликнувшись на призывы Пассионарии. В конце июля па фронт отправились примерно 8000 человек этой части. Кроме четкой военной организации в Пятом полку существовал и институт политических комиссаров по образцу Красной армии времен Гражданской войны в России, которые должны были убедительно разъяснять бойцам цели, за которые они воюют. В России эта система была создана для контроля над царскими офицерами, воевавшими на стороне Красной армии. Теоретически в Пятом полку при командирах всех рангов, вплоть до полковника, тоже существовали комиссары. И теоретически комиссар должен был визировать каждый приказ командира. Но на практике ничего этого не было. Духовной силой полка был итальянский коммунист Видали (Карлос Контрерас). Безжалостный в той же мере, как и решительный и энергичный, он пользовался репутацией человека, который лично расстреливал трусов, и в то же время включил в состав Пятого полка мадридский муниципальный оркестр, под маршевые мелодии которого полк чеканил шаг. Под руководством Видали выросли известные военные руководители из среды испанских коммунистов — знаменитый Энрике Листер7, недавний каменщик, и Хуан Модесто, в прошлом лесоруб, служивший сержантом в Иностранном легионе под командо- нлнием генерала Франко. Оба этих незаурядных и талантли- пих человека принимали участие в астурийском восстании 1934 года, после которого им удалось добраться до России, где они учились в военной Академии имени Фрунзе. Листер еще мальчишкой попал на Кубу, где осваивал искусство профсо- К X. Томас 225

«Гражданская война в Испании»

юзной политики на стройках Гаваны. Позже он организован кровопролитную революцию в Ла-Корунье. Третьим коммунп стическим лидером, который появился во время боев в Сьср рас, стал Валентин Гонсалес, известный под именем Эль Кам песино (Крестьянин). Он обрел известность из-за своем бороды, мощного телосложения, говорливости и физической силы. Недоброжелатели говорили, что и борода и прозвище Гонсалеса — предметы творчества коммунистов, стремившихся привлечь крестьян в коммунистическую партию. Сам он говорил, что стал известен еще с шестнадцати лет, когда взор вал четырех гражданских гвардейцев в их одинокой караульне в Эстремадуре и ушел в горы. Позже он воевал в Марокко по его словам, на обеих сторонах. Гонсалес был блистателі. ным партизанским вожаком, но с трудом справлялся с выпал шими на его долю обязанностями командира бригады и диви зии. Хотя он с целью пропаганды числился командиром, всей текущей оперативной работой занимался толковый молодой майор Медина.

Передовая линия между Барселоной и Мадридом, двумя главными центрами республики, ее основными фронтами, носила неопределенный характер. Колонна милиции, которая взяла Гвадалахару и Алькалу, двинулась на штурм города Си гуэнсы. Но наступление захлебнулось — как из-за противодеіі ствия националистов, так и из-за нехватки боеприпасов. И і Барселоны колонна милиции двинулась к Теруэлю, самому южному городу Арагона, находившемуся в руках мятежником Гражданские гвардейцы, составлявшие часть этой колонны, едва только оказались на фронте, сразу перебежали к нацио налистам. Хотя Теруэль был окружен с трех сторон и майор Агуадо, его первый командир из националистов, убит, взян. город не удавалось. Здесь, как и повсюду, милиционеры зани мались не столько войной, сколько революцией. Сложная о(> становка в регионе усугублялась еще и тем, что в конце авгуси из соседней тюрьмы были освобождены обыкновенные у го ловные преступники. Многие из них присоединились К Же лезному батальону CNT.

Между этими основными полями сражений ВДОЛЬ ЛИНИИ разделения, которая всюду называлась «линией фронта», бьпм масса проходов, через которые было нетрудно с любой сторо ны попасть в другую часть Испании. Тут и там на вершинах холмов располагались дозоры милиционеров из ближайших городов республики, которым противостояли такие же групп 1.1 фалангистов или гражданской гвардии националистов. Так по степенно страсти, бушевавшие в Испании, переходили в ст;і дию обыкновенной войны.

Примечания 1

Тельман был портовым рабочим из Гамбурга, чьи хотя и не очень грамотные, но искренние воззрения привлекли к нему внимание Сталина. В конце 20-х годов XX в. он стал лидером немецких коммунистов. Его ограниченная и нерассуждающая преданность России контрастировала с предательскими сомнениями интеллекту- iijioB из среднего класса. Беймлер был заключен в концентрационный лагерь, но бежал оттуда, задушив своего охранника и переодевшись в его форму. 2

Единственный полный отчет об английских добровольцах в Испании приведен в книге Билла Раста «Британцы в Испании». Он достаточно точен, хотя, как хороший коммунист, автор часто забы- иаст или игнорирует ту роль, которую играли некоммунисты или те, кто вышел из партии до окончания войны в Испании.

1 Спутником Корнфорда на различных участках Арагонского фронти был Ричард Беннет, тоже из Тринити-колледжа. Краткое время про- fii»iB на передовой, Беннет стал сотрудником Барселонского радио и вел передачи «Голоса Испании».

* В то время Коммунистическая партия Великобритании насчитывала всего 7000 членов. Корнфорд главным образом отвечал за возрождение коммунизма в Кембридже, и если в 1933 году Социалистический клуб (по своим взглядам он был скорее коммунистическим) насчитывал 200 человек, то в 1936 году их стало уже 600. Их центром был Тринити-колледж.

s Этих иностранных добровольцев поддерживал Британский отряд медицинской помощи. В него входило от двадцати четырех до Тридцати человек, включая врачей и медсестер.

h Не путать с полковником (позже генералом) Асенсио Кабани- Льисом, который считался одним из лучших командиров националистов. Против него воевал республиканец Асенсио.

7 Мальро описал его в своем романе «Надежда» под именем Мануэля.

<< | >>
Источник: Томас Хью. Гражданская война в Испании. 1931—1939 гг. / Пер. с англ, И. Полоцка. — М.: ЗАО Центрполи- граф. — 573 с.. 2003

Еще по теме Война в Сьерре и Арагоне. — Дуррути. — Первые иностранные добровольцы. — Джон Корнфорд. — Модесто. — Эль Кампесино. — Пятый полк.:

  1. Карлос Кабальеро Юрадо. Иностранные добровольцы в вермахте. 1941#x2011;1945, 2005
  2. Первые кампании. — Бои в Сьерре. — Осада Алькасара. — Противостояние двух сторон. — Оружие из-за границы.
  3. Сражение у Теруэля. — Эттли в Британском батальоне, — Полковник Рей д'Аркур держится. — Его поражение. — Песни ПОЛЯ Робсона. — Чиано обеспокоен. ~ «Фарс невмешательства— Немцы укоряют. — Франко формирует правительство. — Итальянцы потопили «Эндемион». — Битва на Альфамбре. — Падение Идена. — Взятие Теруэля. — Эль Кампесино окружен. — Тольятти требует смещения Прието.
  4. Редсовет редактор: С. Ф. Найда. ИСТОРИЯ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ В СССР / ТОМ ПЯТЫЙ / КОНЕЦ ИНОСТРАННОМ ВОЕННОЙ ИНТЕРВЕНЦИИ И ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ В СССР. ЛИКВИДАЦИЯ ПОСЛЕДНИХ ОЧАГОВ КОНТРРЕВОЛЮЦИИ. (ФЕВРАЛЬ 1920 г. — ОКТЯБРЬ 1922 г.), 1960
  5. ФЕОДАЛЬНАЯ ВОЙНА:ПЕРВЫЕ ЖЕРТВЫ,ПРОВАНС И ТУЛУЗА (февраль 1216 г. — сентябрь 1217 г.)
  6. Статья 1203. Личный закон иностранной организации, не являющейся юридическим лицом по иностранному праву
  7. Война в Пиренеях. — Падение Тортосы. — Кампания Маэстрасго. — Недовольство среди националистов. — Речь Ягуэ 19 апреля. — Республика разрезана надвое. — Сотрудничество с Францией. — Тринадцать пунктов Негрина. — Альварес дель Вайо снова в Лиге Наций. — План относительно добровольцев. — Бомбежки и гибель судов. — Английские корабли в опасности. — Немцы ссорятся из-за шахт. — Ситуация в середине июня. — Наступление на Валенсию. — Валенсия спасена.
  8. Коммунистический полк, сформированный из членов РКП (б) Самарской губернии (1919 г.)
  9. Эль-Аламейн
  10. Рогожско-Симоновский полк, сформированный из московских рабочих, перед отправкой на фронт (1918 г.)
  11. Добровольцы Запада
  12. Ослабление добровольцев
  13. 4. Продвижение Роммеля к ЭльАламейну
  14. ОСЛАБЛЕНИЕ ДОБРОВОЛЬЦЕВ
  15. Мобилизация, а не добровольцы
  16. Ген. Деникин о добровольцах.
  17. Первые утечки, первые тревоги