Дневник Шапшала и три версии «документа» о              Тимофее Хмельницком


Итак, в апреле 2002 г. во время работы в архивном фонде С. Шапшала в рукописном отделе Библиотеки Академии наук Литвы (ф. 143) в Вильнюсе нами была обнаружена тетрадь с выписками из разных опубликованных и архивных сочинений (д.
918), начатая Шапшалом в Константинополе в 1927 г. Лицевая сторона второго листа этой тетради содержала сразу же вызвавший мой интерес документ на крымско-татарском языке еврейской графикой (крымско- караимский полукурсив). Данный документ, написанный рукой самого Шапшала, содержал две различные версии вышеупомянутой истории о попытке поселения Тимофея Хмельницкого в Чуфут-Кале. Верхний вариант, позднее отвергнутый и перечеркнутый Шапшалом, содержал качественно иную версию событий. Так, там присутствовало имя ханского посланника-чауша — Та- лабей, в то время как во втором варианте он остается безымянным. Темиш Хмельницкий (как звучит его имя во второй версии документа и в переводе, опубликованном Шапшалом) именовался в первой версии Тимофеем, а все события излагались в более сжатом виде. Нижняя, «чистовая» версия документа практически полностью соответствует опубликованному Шапшалом переводу, но и там заметны следы переноса слов с места на место, многочисленные вставки, поправки и т.п.32 Такого рода описки, интерполяции и вариации абсолютно невозможны в случае, если автор работает с оригинальным текстом, переписывая его с доступного ему архивного документа.
Более того, в 2008 г., благодаря помощи И. Зайцева (Москва), я ознакомился с письмом С.М. Шапшала академику Михаилу Николаевичу Тихомирову, одному из редакторов журнала «Вопросы истории», где Шапшал и опубликовал свою фальшивку. Это письмо содержало ранний и более полный вариант статьи о Тимофее Хмельницком, татарский вариант текста, транслитерированный кириллицей (!), а также перевод текста приблизительно в том виде, в каком он был опубликован в «Вопросах истории»33. Этот текст значительно отличается от двух вышеуказанных версий, хранящихся в Литве, прежде всего фонетической транслитерацией. Так, к примеру, слово evinde («в доме»), именно таким образом чётко записанное еврейской графикой в двух других вариантах текста, в третьем варианте транслитерируется как yjynda, и т.п. Более того, там присутствует несколько более серьезных изменений. К имени Хмельницкого добавлен титул «гетман», а хан, ранее остававшийся анонимным, назван по имени: Ислам Гирей. В этом варианте, предназначенном для публикации в «Вопросах истории», Шапшал также удалил последнюю фразу на иврите, заменив её кратким тюркским словом сене («счет», «число»; здесь в значении «год»)34. Подобного рода вариативность опять-таки абсолютно невозможна, если автор работает с оригинальным текстом документа.
Всё вышеупомянутое является окончательным доказательством того, что данный текст представляет собой фальсификацию, автором которой был сам

Серая Шапшал. Неясным остается, пожалуй, лишь вопрос о точной дате составления этого поддельного документа. Он не мог быть написан ранее 1927 г., когда Шапшал начал вести свой дневник. Вероятнее всего, документ был составлен уже в послевоенное время, не позже 1953-1954 гг., и вписан в старую тетрадь, начатую ещё в Константинополе в 1927 г.
Вариант текста о Тимофее Хмельницком, транслитерированный.
Вариант текста о Тимофее Хмельницком, транслитерированный.

С.М. Шапшал ом кириллицей для публикации в журнале «Вопросы Истории» (Архив.АН СССР, ф.. 693,. оп,4, д, 6.61, .Д. 3.-4),


Переяславский полковник Ильяш Караимович как историческое лицо
Из комментариев Шапшал а к тексту (см. выше) явствует, что одним из главных героев этого «источника» (несмотря на то что его имя не упоминается в самом документе), вокруг которого, собственно, и вертится интрига кровной мести, является казацкий полковник Ильяш (Эльяш) Караимович. По мнению Шапшал а, выходец из Крыма (из рода Узунов) Ильяш Караимович даже после получения им звания полковника реестровых казаков продолжал поддерживать связи со своими сородичами-караимами в Крыму. Именно по этой причине караимы Чуфут-Кале были кайлы (т.е. в состоянии кровной мести) с Богданом Хмельницким (и, соответственно, его сыном Тимофеем), казаки которого в 1648 г. убили Караимовича.
Шапшаловский сюжет, несмотря на всю его апокрифичность, содержит крупицы исторической правды: реестровый полковник Ильяш Караимович действительно существовал и действительно был убит казаками Богдана

Хмельницкого. Чтобы до конца разобраться с опубликованным Шапшалом «документом», представляется интересным порассуждать, кем же был реальный Ильяш Караимович. Несколько казацких и польских источников XVII в. предоставляют нам достаточно скудные и не всегда достоверные сведения об этом историческом персонаже. Можно предположить, что Ильяш (Эльяш) Караимович родился, вероятнее всего, в конце XVI — начале XVII в. В 1637 г. вместе с Иваном Барабашем в качестве предводителя реестровых казаков он участвовал в подавлении восстания Ивана Сулимы и Павла Павлюка. В 1638 г. он участвовал в подавлении следующего казацкого восстания, получив при этом серьёзное огнестрельное ранение при форсировании реки Пшол (Pszol). В 1646 г. в должности есаула Караимович вместе с Иваном Барабашем и Богданом Хмельницким прибыл в Варшаву для переговоров с королем Владиславом IV35. В мае 1648 г. вместе с Барабашем и другими старшинами реестровых казаков Ильяш Караимович был предательски убит взбунтовавшимися соратниками Богдана Хмельницкого36.
alt="Казацкий гетман Богдан Хмельницкий,. отец Тимофея Хмельницкого" />
Казацкий гетман Богдан Хмельницкий,. отец Тимофея Хмельницкого


Надо сказать, что сведения источников и мнения исследователей относительно биографии Караимовича чрезвычайно сумбурны, фрагментарны и порой прямо противоречат друг другу. Так, к примеру, в источниках нет однозначного написания его имени. Исследователю могут встретиться такие формы написания, как Эльяш, Хэльяш, Ильяш, Илляш, Илиас, Илья и даже 1ван 1лляш. Ещё сложнее с его фамилией (или прозвищем). Если в научно-исследовательской литературе XIX-XX вв. он однозначно зовется Караимовичем, то в ряде источников он именуется просто Ильяш или Ильяш Переяславский37. Более того, многие источники часто путают его с другими казацкими лидерами — Иваном Барабашем и Вадовским, которые постоянно упоминаются вместе с Караимовичем. Наиболее парадоксально сообщение Самовидца, полагавшего, что Богдан Хмельницкий хитростью похитил королевские грамоты-привилеи не у Ивана Барабаша (как об этом пишут другие источники), а все у того же Караимовича38. Именно с этого ключевого события, собственно, и начался казацкий бунт 1648 г. Мнение Самовидца поддержал известный малоросский историк

Николай Костомаров, добавивший также, что Караимович — это всего лишь прозвище Ильяша, в то время как Альбрехт Радзивилл называл его по фамилии — Вадовский39. Именно по этой причине, по всей видимости, караимский автор Влодзимеж Зайончковский называл в своей энциклопедической статье Караимовича «Ильяш Караимович Вадовский»40. Сообщение Самовидца заставило российских комментаторов трудов Самуила Величко предположить, что Иван Барабаш и Ильяш Караимович — это одно и то же лицо41. Так или иначе, судьбы этих трёх лиц — Вадовского, Барабаша и Караимовича (если мы полагаем, что они были тремя разными историческими фигурами) — были, несомненно, тесно переплетены. Имя Караимовича почти всегда упоминается вместе с именем Барабаша, и более того, все трое — Вадовский, Барабаш и Караимович — были заколоты пиками в один день, 4 мая 1648 г., сторонниками Богдана Хмельницкого.
Нет также однозначности с его достижениями на воинском поприще. Точно известно, что он был (старшим) реестровым полковником и есаулом переяславских казаков42. Тем не менее некоторые источники и более поздние (XIX-XX вв.) исследователи утверждают, что он был также избран казацким старшиной и гетманом43. Как бы то ни было, несмотря на все вышеупомянутые сложности в трактовке источников относительно его биографии, можно однозначно утверждать, что Ильяш Караимович действительно существовал и был реальным историческим лицом, одним из крупнейших лидеров реестрового казачества до начала «ребеллий» Хмельницкого.
Особенно важным для нашей статьи является вопрос этнического происхождения Ильяша Караимовича. К глубокому сожалению «романтических» караимских авторов XX-XXI вв., ни один из источников XVII в. не сообщает никакой информации о его гипотетическом караимском происхождении. Более того, несмотря на фамилию Караимович, один из наиболее достоверных источников по истории казаков, современник тогдашних бурных событий, скрывшийся под псевдонимом Самовидец, сообщает, что Караимович был... армянином44.
Откуда же тогда такая говорящая фамилия (прозвище)? К сожалению, далеко не всегда исторические фамилии и прозвища давались в строгом соответствии с теми или иными персональными качествами их носителей. Так, к примеру, из еврейско-казацкой истории известно, что фамилия Христианский давалась, как правило, только евреям-выкрестам, Белый и Белов — шатенам и брюнетам, Чёрный — блондинам и т.п. Т.е. совершенно не обязательно, что фамилия Караимович указывала на происхождение от этнических караимов. Караимовичем мог быть, к примеру, человек бывший в услужении у караима. Кроме того, известно, что в Восточной Польше (нынешней Западной Украине) слово караим зачастую имело дополнительную пейоративную окраску, природа которой остается невыясненной. Ясно лишь, что этот достаточно распространенный в Восточной Польше пейоративный термин вряд ли может быть связан с малочисленной караимской общиной, насчитывавшей тогда не более
3-4 тысяч человек по территории всей Речи Посполитой45. Более того, большинство людей, носивших (и носящих сейчас) относительно распространённую фамилию Караим не имеют ни малейшего понятия о её происхождении и не отслеживают никаких караимских предков в доступном им прошлом46.
Всё вышеперечисленное красноречиво свидетельствует в пользу того, что фамилия Караимович сама по себе совершенно не обязательно указывала на караимское происхождение её носителя, Ильяша Караимовича. О том, что фамилия Караимович совсем не значит, что её носитель был караимом, указывал ещё в 30-е гг. XX в. М. Блюм47. Тем не менее, даже если он всё же и был изначально рождён в караимской (не будем отрицать, что минимальная доля вероятности подобного рода происхождения этой фамилии всё же присутствует) среде, начав военную карьеру среди казаков, он был бы просто обязан перейти в православное христианство. Быть одновременно иудеем-караимом и казацким предводителем для того времени, несомненно, было просто невозможно. Судьба караимов (и евреев-раббанитов), перешедших в христианство, в ту эпоху была достаточно однозначна: с переходом в иную веру они полностью разрывали все контакты со своей общиной, прошлым, семьей и т.п., начав новую жизнь в качестве новообращенца-христианина. Их потомки уже, как правило, не имели ни малейшего представления о вере и происхождении их родителей48. Так что сведения Шапшала о том, что Караимович (если мы представим на мгновение, что он всё же был караимом) мог поддерживать контакты с караимской общиной и после крещения и начала его военной карьеры, представляются абсолютно невозможными.
<< | >>
Источник: Петров А.Е., Шнирельман В.А.. Фальсификация исторических источников и конструирование этнократических мифов. 2011

Еще по теме Дневник Шапшала и три версии «документа» о              Тимофее Хмельницком:

  1. М.Б. Кизилов Ильяш Караимович и Тимофей Хмельницкий: кровная месть, которой не было*
  2. Глава 7 [Законность документов: три вида документов
  3. 2.1. Изучение материалов уголовного дела, составление выписок и копий процессуальных документов, использование для подготовки электронной версии материалов уголовного дела
  4. Три источника и три составные части пиратства
  5. Три Великих В и Три Трудных К. Чистота Помысла
  6. МИХАЙЛОВ Тимофей Васильевич
  7. II. ДОКУМЕНТЫ А. Документы 8-го батальона 13-й интернациональной бригады!
  8. ТРИ ПЕРЕМЕННЫЕ И ТРИ ВЕЛИЧИНЫ
  9. ИСПОЛНИТЕЛИ И СООБЩНИКИ ВЕРСИИ
  10. ВЕРСИИ О ПРИЧИНАХ ГОЛОДА
  11. Электронные версии журналов в Интернет:
  12. Нельсон Гуд мен: плюралистические версии мира
  13. Тема 15. Р. МЕРТОН: СОЗДАНИЕ ПАРАДИГМЫ СТРУКТУРНОГО ФУНКЦИОНАЛИЗМА В ВЕРСИИ ТЕОРИИ СРЕДНЕГО УРОВНЯ
  14. Дневник Штелина