<<
>>

1.2. Модель циркулирующей референции

Представляется, что основной теоретический посыл акторно-сетевого подхода направлен не на переворачивание отношений между социальным и материальным, а на ревизию соотношения «осмысленное / социальное». В работе «Об интеробъективности» Латур задается следующим вопросом: «Не заблуждаются ли социологи, пытаясь сделать социальное из социального, подлатав его символическим, не замечая присутствия объектов в тех ситуациях, в которых они ищут лишь смысл?» (курсив добавлен).161 Данное высказывание может быть проинтерпретировано как свидетельство завышения роли материальных объектов как конституента социальной жизни. Однако присутствие объектов там, где социологи видят лишь смысловое, может быть также понято как установление новых логических отношений между смыслом и социальностью действия. По определению Вебера социальность действия требовала некоего дополнительного элемента («другие») кроме смысла, но смысл был необходимым условием социальности. В шюцевской реинтерпретации социальное и осмысленное срастаются как следствие тезиса об интерсубъективном характере конституирования смысла. Поворот к материальному с его акцентом на отношениях между акторами разной природы ставит смысл в зависимость от этих отношений. Для того чтобы действие могло называться осмысленным, необходим дополнительный критерий. Им становится взаимодействие человеческих и нечеловеческих акторов. По выражению Д. Яноу и М. ван Хульста: «Производство смыслов требует прямого или опосредованного включения социальных и материальных взаимодействий с другими акторами или не-человеческими объектами».162 163 В свою очередь не стоит полагать, что акторно-сетевая теория просто переопределяет соотношение смыслового и социального. Помимо установления новых логических отношений между этими категориями, изменяется и само их содержание. Программа ANT предполагает семиотическую модель действия, а также новую концепцию смысла. Латур неоднократно указывал в своих работах, что его проект навеян идеями семиотики А. Греймаса. В актантных моделях Греймаса уравнивается статус людей и вещей в грамматическом отношении. С точки зрения структуры предложения статус агента действия зависит не от его природы (принадлежность к социальному или материальному миру), а от положения в этом предложении. Например, в высказываниях «я разбил чашку» и «чашка разбилась» «я» и «чашка» выступают в качестве подлежащего, т.е. играют роль субъекта действия. В этом смысле они оба являются актантами - неопределенной силой, индуцирующей действие. Осуществляя онтологизацию греймасовского аргумента, Латур начинает рассматривать статус действующего по модели слов в предложении. В работе «Ирредукции», второй, теоретической части книги «Пастеризация Франции», Латур в греймасовских терминах обосновывает утверждение, что слова и вещи с трудом могут быть разделены: «Невозможно в течение длительного времени поддерживать различение между теми актантами, которые будут играть роль «слова» и теми, которые будут играть роль «вещи». Это позволяет ему расширить репертуар действующих лиц до не-человеческих акторов. В этом смысле и человек, и чашка действуют, причем действуют социально, т.к. почти любое практическое действие предполагает манипуляцию объектами материального мира, т.е. ориентацию на них (что они будут реагировать тем или иным образом). Однако сам статус социального в акторно-сетевой теории лишается онтологического веса: «В таком понимании прилагательное «социальное» обозначает не вещь среди других вещей, вроде черной овцы, затесавшейся среди белых, а тип связи между вещами, которые сами по себе не являются социальными» (курсив в оригинале).
Поэтому в рамках этого языка описания неправомерно говорить о социальном действии. Нет социальных действий, но есть действия, которые производят социальность (в терминологии Латура - ассоциации). В результате человеческий деятель не обладает монополией на производство и манипуляцию смыслами. Однако категория осмысленного (лишь имплицитно присутствующая в работах Латура) не совпадает с тем регионом, на который обычно указывают социологи, когда говорят о смысле действия, деятельности или ситуации. Здесь следует особое внимание обратить на то, к чему отсылает смысловая связь. Для этого от нас потребуется совершить краткий экскурс в философию Ж. Делеза, откуда Латур заимствует концепцию 164 165 166 смысла. Для Делеза смысл является событием, сопутствующим предложению. Событие - это то, что соединяет слова (знаки) и вещи. Событийный способ их соединения как раз и отличает латуровскую семиотику от элементов семиотического подхода, обычно используемых социологами. Согласно Делезу, в предложении можно выделить разные типы отношений: денотацию, манифестацию, сигнификацию. Событийный смысл не ограничивается ни одним из этих типов отношений. Он не является денотативным, потому что в таком случае он бы атрибутировался реальному состоянию дел, которое выражается предложением (корреспондентская теория истины). Он не является манифестацией, потому что не ограничен выражением психических состояний автора предложения (равно как и влиянием социальных факторов, если мы рассматриваем эти понятия применительно к миру, а не только к языку). Не является он также и сигнификацией, поскольку не ограничен структурой языка, через которую выражается предложение. Последнее из названных понимание категории «смысл» чаще всего встречается в социологии. Смысл рассматривается как универсальная модель, реализуемая во взаимодействии. Так, например, у Вебера любое действие может быть «прочитано» через код смысла; в результате оно будет отнесено к тому или иному типу действия: целерациональному, ценностнорациональному, традиционному или аффективному. Смысловая связь устанавливается между миром ценностей и миром действия. То есть данная модель предполагает, что за действием стоит что- то первичное (как правило оно также номинируется в качестве социального). Г оворя семиотически, действие имеет внешний референт. Латур, онтологизируя также делезовскую концепцию смысла, предлагает модель циркулирующей референции (circulating reference), которая отрицает существование внешних референтов. С некоторым упрощением это понятие 167 168 обозначает, что доступ к «самой» реальности закрыт, а связь между вещами и словами (т.е. репрезентациями вещей) может быть прослежена в цепочке референции. Если использовать терминологию Делеза, события смысла сцеплены между собой в цепочку. Проиллюстрируем этот тезис с помощью понятия трансцендентальных означаемых, которое использует Ж. Деррида. Смысловая связь событий может быть описана следующим образом: событие А (означающее) отсылает к событию Б (означаемое); событие Б, в свою очередь, является означающим для события В, В - для Г, и т.д. Вопрос, который лежит в основании подобного рода цепочек, это вопрос о ее конечности, т.е. о существовании таких означаемых, которые не являются означающими.169 170 Деррида отрицает существование такого рода означаемых, которые он называет трансцендентальными. По его высказыванию любое означаемое «изначально и по сути своей ... является следом и всегда уже находится в положении означающего» (курсив добавлен). Возвращаясь обратно на язык-акторно сетевой теории, можно сказать, что у всякого действия есть только внутренний референт. А это означает, что мы имеем дело не с самими действиями, а со следами действий. Остается только ответить на вопрос, какую роль в этом новом соотношении между переопределенными социальностью и осмысленностью играют «нет ни физического, ни ментального существования». Ключевой для философа является метафора не имеющей толщины поверхности, на противоположных сторонах которой располагаются мир смыслов и мир тел. В результате он приходит к кажущемуся парадоксальным заключению: несмотря на то что смыслы сами по себе нематериальны, они являются атрибутами материальных вещей. Позволяет ли такое понимание рассматривать, например, смысл научной теории? Если эта трактовка философии Делеза верна, в его концепции смысл - это то, что рождается в результате взаимодействия, необходимым элементом 171 172 которого являются материальные объекты. Тем не менее, как мы помним, Латур опирается на модели греймасовской семиотики, в рамках которой преодолевается зазор между словами и вещами. В предложении нет разницы ни между людьми и вещами, ни между материальными и нематериальными сущностями, если они занимают положение подлежащего. В. Вахштайн пишет в этой связи: «Этот обманный маневр (фокусировка на агентности вещей) скрыл под видом «поворота к материальному» куда более фундаментальный теоретический сдвиг: рядоположение материальных и нематериальных актантов». Иными словами, действовать могут и нематериальные сущности (например, идеи). Другое дело, что любое установление смысловых связей с необходимостью будет включать материальные элементы (научная теория не существует в вакууме, как минимум она находится в голове ученого или записана на бумаге).
<< | >>
Источник: Ерофеева Мария Александровна. СОЦИОЛОГИЯ И. ГОФМАНА В КОНТЕКСТЕ РАЗВИТИЯ ТЕОРИИ СОЦИАЛЬНОГО ДЕЙСТВИЯ. 2015

Еще по теме 1.2. Модель циркулирующей референции:

  1. Приложение А Пример определения реологических параметров циркулирующего бурового раствора
  2. 2.2 Методика расчета забойного давления в условиях поступления газа в циркулирующий буровой раствор.
  3. 14.3. Понятие «МОДЕЛЬ» 14.3.1. Общее представление о модели
  4. Модернизация модели дистанционной и методической поддержки ФЭП на основе использования новых информационных технологий (распределенная модель ФЭП) А.И. АДАМСКИЙ, В.Г. АНАНИН
  5. 12.1. Теории и модели памяти в когнитивной психологии 12.1.1. Модели организации процессов памяти в когнитивной психологии
  6. Модели
  7. Система моделей
  8. 6.6. РАДИОУПРАВЛЯЕМЫЕ МОДЕЛИ
  9. Модели потребления
  10. ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ МОДЕЛЬ
  11. О моделях
  12. Модели революции
  13. Когнитивная модель депрессии