<<
>>

Заключение

Целью данного исследования было раскрытие перспектив использования теории фреймов И. Гофмана на основании анализа двух тенденций развития теории социального действия: проблематизации смысла в социологии повседневности и «других» в результате поворота к материальному измерению в социальных науках.
Для реализации указанной цели в процессе исследования были осуществлены следующие задачи. 1. Проанализирована логика трансформации теории социального действия в феноменологической социологии А. Шюца и теории фреймов И. Гофмана; произведена сравнительная оценка эвристического потенциала понятий, используемых в названных теоретических перспективах, для решения проблемы описания смысла повседневного действия. 2. Сконструирована обобщенная модель социального действия с учетом использования теории фреймов Гофмана в переопределении категории «смысл». Она позволяет описывать процессы интерпретации смысла повседневных действий с учетом феномена вовлеченности. 3. Понятие социального действия «пересобрано» на основании рассмотрения вопросов о его осмысленности и социальности после поворота к материальному измерению. Проанализирован статус материальных объектов во взаимодействии в свете разрешения классической социологической дилеммы действия и структуры (рассмотрены способы приписывания агентности нечеловеческим акторам). 4. Рассмотрен вопрос, что определяет релевантность нормально функционирующих материальных объектов во взаимодействии, на основании чего предложена модель социального действия, позволяющая решить названную проблему в свете рассмотрения агентности как распределенной между людьми и не-человеческими акторами. В заключение мы приведем в сжатом виде результаты каждой из глав и укажем на перспективные проблемные области, которым в данной работе не было уделено достаточно внимания. В первой главе производится проблематизация категории «смысл» для описания повседневного действия. Мы использовали феноменологическую теорию А. Шюца как связующее звено между теорией фреймов и классической теорией социального действия. В социологии повседневности Шюца смысл действия располагается одновременно в процессах сознания и коммуникации. В сочетании с заимствованной из прагматизма идеей о «множественности реальностей», которые являются осмысленными и трансцендируют за пределы повседневности, это создает проблему двойственности термина «смысл» в плюралистической концепции Шюца. Теория фреймов воспринимает идею о множественных реальностях, но при этом лишает мир действия (повседневность в феноменологическом переопределении) автономии посредством замены различения повседневное / неповседневное на реальное / воображаемое. В результате у Г офмана появляется возможность говорить не только о смысле действия, но и о смысле ситуации действования. Сама логика феноменологического проекта подготавливает почву для перехода от концепта действия к концепту события. Феноменологическая идея о конституировании смысла в процессах рефлексивной интерпретации, воспринимаемая Гофманом в сочетании с предпринимаемым им размыканием мира действия, обеспечивает переход от анализа действия к исследованию событий. В то же время Г офман учитывает, что события выделяются произвольно из потока деятельности наблюдателями-участниками социальной жизни.
Этот сюжет получает дальнейшее развитие после теоретического движения, вызванного поворотом к материальному. С точки зрения сравнения эвристического потенциала феноменологической социологии и теории фреймов для описания процессов осмысления типичных и нетипичных событий, в последней присутствуют механизмы описания как дискретного, так и постепенного перехода от одного контекста к другому. Иными словами, существует градиент в описании перехода от нетипичности к типичности смысла действия. Понятия рефрейминга и транспонирования, используемые в теории фреймов, вместе являются более эвристичными для анализа влияния ситуации на действие, чем понятие феноменологической социологии «типизация». Укажем на то, что остается «за скобками». При детальном описании механизмов смены фреймов, в теории Г офмана отсутствуют какие-либо указания на их происхождение. Н. Дензин и Ч. Келлер критикуют Г офмана за то, что «за положенными им в основу [теории] трансформациями не стоит никакая причина или процесс».231 Это проблема формализма фрейм-аналитической схемы. В этой связи нам представляется полезным рассмотреть социологию Гофмана по отношению к ревизии смысла социального действия у П. Уинча и в витгенштейнианской традиции в целом, где смысл представлен как правилосообразность. Являются ли «парадокс следования правилу» и «парадокс следования фрейму» симметричными? Это вопрос нашего интереса и дальнейшего исследования. Далее в первой главе на основании анализа эвристической роли теории фреймов Гофмана в переопределении категории «смысл», предложена обобщенная модель социального действия для описания процессов интерпретации смысла повседневных действий с учетом феномена вовлеченности. Она основана на гофмановском «тезисе об изоморфизме» и рассмотрении фреймов в качестве обобщенного обозначения контекстов деятельности. Данная модель представлена в виде формальной записи, отражающей процессы трансформации деятельности с учетом сложноорганизованной (многослойной) структуры фреймов (наличия градиентного перехода от нетипичных к типичным смыслам действий), в которой выделяются такие элементы, как контекст, вовлеченность и интерпретация. Разделение позиции наблюдателя на схему интерпретации ситуации и режим Несмотря на то что с помощью предложенной модели можно с высокой степенью детализации описывать процесс интерпретации повседневных событий, она имеет ряд существенных недостатков. Во-первых, она заточена под анализ, основанный на позиции наблюдателя. В результате объективная структура ситуации может быть упущена из виду. Это следствие того, что в социологии Гофмана фрейм представлен как идея «глобального и недифференцированного» контекста. Эта проблема обсуждается нами далее во второй главе при рассмотрении способов приписывания агентности не-человеческим акторам в свете решения дилеммы действия и структуры. Во-вторых, с ее помощью мы можем анализировать только видимость вовлеченности, потому что коллективный фрейм требует только формальной релевантности контексту. В итоге мы не можем «увидеть» осмысленность деятельности с точки зрения конкретного деятеля - то, что мы назвали содержательной релевантностью контексту. Этот недостаток преодолевается в компетентностной модели действия, предложенной во второй главе. Во второй главе мы обращаемся к ресурсам акторно-сетевой теории, чтобы определить, как теория социального действия может справиться с задачей приписывания агентности не-человеческим акторам. Нами выделены две принципиально разные линии интерпретации данного подхода, которые мы назвали онтологической и методологической. В первой подчеркивается детерминизм материального по отношению к социальному. В результате такой трактовки в фокус внимания теории социального действия попадает большое количество сломанных объектов и нетипичных ситуаций, однако за рамками остается исследование функционирования технологий и повседневных событий. Вторая линия интерпретации предполагает, что модификация теории социального действия не включает в себя переопределение отношений между социальным и материальным, вместо этого она концентрируется на соотношении социального и Scheff T.J. The Structure of Context. P. 384. осмысленного. Смысл действия ставится в зависимость от взаимодействия разнородных акторов. При этом действующие лица не присутствуют одновременно в ситуации, а выходят за ее пределы в пространственно-временном и актантном измерениях. В результате мы приходим к выводу о возможности совмещения двух названных трактовок. Значение методологической интерпретации заключается в том, чтобы рассматривать любые сущности как производящие действие, независимо от их природы (социальной / материальной) или вклада (поддержание / разрушение социального порядка). В результате анализ социального действия расширяется до не-человеческих сущностей, трактуемых при этом в качестве активных участников взаимодействия. Смысл онтологической интерпретации заключается в том, чтобы рассматривать как человеческих, так и не-человеческих акторов в зависимости от степени их стабилизации. Затем мы конструируем модель объяснения социального действия, которая учитывает поворот к материальному измерению и основана на совмещении элементов теории фреймов с некоторыми положениями акторно-сетевой теории. Мы называем ее компетентностной моделью действия, потому что, в отличие от интенционалистских моделей, в ней действию предшествуют не намерения, мотивы или цели, а компетенция. Дальнейшее исследование построено на прояснении того, что может пониматься под компетенцией. Исходя из ключевых теоретических положений фрейм-анализа, компетенция понимается нами как способность акторов удерживать фокус внимания на основном предмете данной деятельности (вовлеченность). Именно вовлеченность определяет то, каким образом события выделяются наблюдателями из потока деятельности. Производится расширение фрейм-аналитического понимания вовлеченности на основании приписывания агентности нечеловеческим акторам, осуществленной в методологической линии интерпретации акторно-сетевого подхода. Она рассматривается не только как фиксированный результат удержания внимания, но как процесс вовлечения и вербовки других акторов, которые сами обладает определенной степенью компетенции по сохранению фокуса внимания. Здесь следует сделать одно предостережение, касающееся неопределенности понятия «компетенция». В акторно-сетевой теории под компетенцией понимается все, что предшествует действию. В один ряд ставятся мотивы, средства, контекст и агентность. Это служит уходу от интенционалистских моделей, однако может привести к неразличимости термина вследствие его недифференцированности, как это происходит с понятием контекста. В рамках данной работы мы определяли компетенцию в терминах фрейм-анализа как компетенцию удержания внимания. Способность к избирательному восприятию, согласно Гофману, лежит в центре социальной жизни. Без этой способности невозможно осуществить никакое действие или вступить во взаимодействие.232 Вопрос о том, насколько можно распространить полученные нами результаты на расширенное понимание компетенции, требует дополнительного анализа. Впрочем, предварительно мы выдвигаем гипотезу, что такая экстраполяция является обоснованной.233 Итоговая модель исследования социального действия включает в себя следующие элементы: понятие компетентностного режима и ряд закономерностей, описывающих распределение компетенции между акторами (закон убывающей компетенции, принцип экономии ресурсов). Компетентностный режим определяется тем, кто именно (люди или нечеловеческие акторы) обладают ключевой компетенцией для поддержания фокуса внимания в данном конкретном типе деятельности или задачи. Соответственно, он может быть объектный или антропоцентричный. В сильно опосредованных и транспонированных взаимодействиях, как правило, преобладает объектный режим. Это связано с тем, что для такого рода взаимодействия необходим большой объем компетенции, который должен быть разделен между акторами. Что касается выбора компетентностного режима в обычных ситуациях, он определяется принципом экономии: компетенция делегируется тем акторам, которые выполняют необходимую работу при минимуме затрат. Основным результатом выполненной работы является обозначение перспектив использования теории фреймов И. Гофмана для обновления классической теории социального действия, которые отражены в двух концептуальных моделях исследования социального действия (фрейманалитическая и компетентностная), учитывающих фундаментальные теоретические сдвиги в социологии XX века: развитие социологии повседневности и поворот к материальному измерению. В рамках названных моделей социальное действие рассматривается как наблюдаемое (объединяющее интерпретацию и вовлеченность), происходящее в ситуации и включающее разнородных акторов. Предложенные модели способствуют повышению уровня абстрагирования, обеспечивающего универсализм фундаментальной теории социального действия, а также являются пригодными для дальнейшей операционализации с целью использования в конкретных эмпирических исследованиях. Такова общая логика рассуждения, представленная в данной работе. Вышеперечисленные выводы отражают ее только в общих чертах. Так или иначе, мы не стремились к развернутому изложению результатов. С их помощью мы не хотели бы поставить точку, сделать заключение и закрыть тему. Напротив, мы пытались нащупать перспективные для дальнейших исследований места, «дырки» в аргументации, возможности переключиться на другие теоретические проблемы.
<< | >>
Источник: Ерофеева Мария Александровна. СОЦИОЛОГИЯ И. ГОФМАНА В КОНТЕКСТЕ РАЗВИТИЯ ТЕОРИИ СОЦИАЛЬНОГО ДЕЙСТВИЯ. 2015

Еще по теме Заключение:

  1. РАЗДЕЛЫ 103—107. О ВЫЖИДАТЕЛЬНОМ ПОЛОЖЕНИИ ПОСЛЕ ОБЪЯВЛЕНИЯ ВОЙНЫ.1 О ВЫЖИДАТЕЛЬНОМ ПОЛОЖЕНИИ ПОСЛЕ ЗАКЛЮЧЕНИЯ МИРА.* О НАСТУПЛЕНИИ ПОСЛЕ ОБЪЯВЛЕНИЯ ВОЙНЫ.3 О НАСТУПЛЕНИИ ПОСЛЕ ЗАКЛЮЧЕНИЯ МИРА.4 О ПОХОДЕ ОБЪЕДИНЕННЫМИ СИЛАМИ8
  2. Заключение.
  3. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  4. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  5. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  6. Заключение
  7. Заключение
  8. ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ.
  9. ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
  10. VI. Заключение
  11. 6. ЗАКЛЮЧЕНИЕ: ВЫВОДЫ И РЕКОМЕНДАЦИИ
  12. Глава 28. ЗАКЛЮЧЕНИЕ ДОГОВОРА
  13. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  14. ЗАКЛЮЧЕНИЕ