<<
>>

Глава I ЖИЗНЬ БУДДЫ


Образы знаменитых мыслителей, о ком память человечества не сохранила достоверных воспоминаний, вбирали в себя на протяжении веков все более выдающиеся качества, обретая сверхчеловеческое величие. Это в полной мере относится к Будде: вопрос об историчности данной фигуры остается открытым. Действительно ли существовал Будда, или это, скорее, персонаж мифологический и легендарный?
Мнения индологов были весьма разнличными. Г. Керн сопоставлял отдельные события из жизни Будды с данными астрономии. Л. Сенар полагал, что легенда о Будде — отражение солярного мифа. Г. Ольденберг, чьи исследования относятся к началу XX в., но не потеряли значимости и до сих пор, допускает, что Будда мог быть исторической личностью. Он в особенности настаивает на достоверности буддийской традиции в том, что касается места рождения Будды, его семьи и его учения.

Археология приводит серьезные и в некотором роде решающие доводы в поддержку последнего тезиса. В Пиправа (Непал) была обнаружена надпись, показывающая, что культ реликвий Будды существовал уже в III в. до н. э. Кроме того, севернее Бенареса было найдено точное местоположение Капилавасту, родного города Будды.
Бессгюрно, реальная личность Будды скрыта под множеством легендарных наслоений. Историк вправе задаться целью извлечь из этой толщи подлинные черты основателя буддизма, пусть даже такая попытка кажется заранее обреченной на неудачу. Но на деле подобные поиски способны скорее затемнить историческую истину, чем прояснить ее. Легендарная жизнь Будды нераздельно связана с его учением. Не столь важно знать, учение ли преломилось через жизнь Будды или же, напротив, опыт, накопленный на протяжении прожитых им восьмидесяти лет, был изложен в его учении. Несомненно одно: жизнь Будды — это самая прекрасная и красноречивая иллюстрация его учения. Точно воспроизводить легенду о жизни Будды значит в то же время сохранять ясное видение его учения. Итак, оставим пока в стороне критический настрой и проследим ступени одной жизни — жизни Будды, — которая, согласно его учению, похожа на жизнь любого человека, тем более, что сам он как раз и стремился проникнуть в глубины человеческого опыта.
Юность, или опыт тщеты. — Родителями Будды были царица Маха-Майя и царь Шуддходана,
правившие народом шакья из Капилавасту, столицы небольшого княжества, расположенного на индийском склоне Гималаев. При рождении царевич получил имя Сиддхартха.
В текстах Будда появляется под разными именами: кроме имени, полученного при рождении (Сиддхартха, «Тот, кто осуществил свою цель»), встречаются также прозвание Гаутама («Потомок рода Готама») и прозвища Шакьямуни («Мудрец из племени шакья»), Бхагават («Блаженный»), Татхагата («Тот, кто так пришел», «Превосходный»), Джина («Победитель»), а чаще всего — Будда («Пробужденный», «Просветленный», «Озаренный»).
Легенда гласит, что Будда был зачат чудесным образом: он в облике слона вступил в тело своей матери Майи через бок. Он был рожден в роще Лумбини близ Капилавасту. Майя оставалась стоять, вскинув руки, держась за ветку смоковницы, когда одно из божеств приняло у нее ребенка, вышедшего также из бока. Буддийские художники часто изображают этот эпизод легенды.
Большинство индологов сходятся во мнении, что рождение Будды относится к 560 г. до н. э., а смерть — к 480 г. н. э. (известно, что прожил он восемьдесят лет).
Мать царевича Сиддхартхи умерла вскоре после ёго рождения. Воспитывала его сестра матери, Маха-Праджапати. Царь Шуддходана нежно любил сына и старался оградить от всего, что могло бы омрачить его безмятежное детство.
По приказу царя при дворе были запрещены любые зрели
ща человеческого страдания, а когда юноша покидал дворец, то царь приказывал удалить с улиц Капилавасху все, что могло бы возбуждать неприятные чувства.
Еще ребенком царевич обнаруживает недюжинный ум, проявляет сверхъестественную силу. В возрасте шестнадцати лет он побеждает на состязаниях в стрельбе из лука (его стрела пронзает семь стволов деревьев) и получает в жены свою двоюродную сестру Яшодхару.
Спокойная и радостная жизнь неожиданно пре^ рывается. Гаутама вдруг узнает, что безоблачное счастье, в котором он купался, было обманчивым. На,него снисходит откровение: весь мир — это майя («иллюзия», «наваждение», «тщета»).
Во время своих четырех знаменитых выездов Сиддхартха, проезжая на колеснице через город в сторону рощи и дворца увеселений, встречает сначала старца, потом больного, затем его взору предстает мертвое тело, и, наконец, он видит нищего монаха с чашкой для подаяний. Так Гаутама узнает о существовании человеческих страданий - и в то же время, увидев спокойствие и безмятежность монаха, открывает для себя первый способ избавления от страдания. Возвращаясь после своего четвертого выезда, он узнает, что его жена только что родила ему сына, которому дали имя Рахула. Эта новость лишь ускоряет его решение стать нищенствующим монахом: «Рахула родился! - восклицает он, - Значит, уже выкованы мои оковы».
В ту же ночь, молча простившись с женой и новорожденным сыном, Сиддхартха зовет своего
коня Кантхаку и покидает дворец в сопровождении верного возницы Чандаки. Углубившись в лес, он сбрасывает роскошное царское платье и облачается в одежду из древесной коры. Он отсылает домой возницу и коня. Конь после расставания с хозяином умирает в безутешном горе. Гау- тама начинает свою новую жизнь - в возрасте двадцати девяти лет.
Отшельничество, или опыт брахманской жизни. — В течение семи лет Гаутама слушает ученые беседы аскетов-брахманов. По их примеру он занимается поисками совершенства согласно брахманскому учению, предается посту и самоистязанию.
Отражение этой чрезвычайно строгой аскезы мы обнаруживаем позднее в беседах Будды и его спорах со сторонниками других учений. Стремясь к духовному сосредоточению, Гаутама никогда не сидит иначе как на корточках. Тростник служит ему ложем. Одноединственное зернышко риса в день составляет иногда его пищу.
Но, несмотря на все усилия, Гаутаме не удается достичь освобождения. Силы его на исходе, и вот он с телом, похожим на скелет, с помраченным рассудком в конце концов осознает, что аскеза сама по себе бесполезна. Жизнь, полная лишений, стоит не больше, чем жизнь, полная удовольствий, какую он вел прежде. И тогда он проникается пониманием значения «срединного пути».

«Есть, о монахи, две крайности, — скажет он в своей проповеди в Бенаресе, — и тот, кто ведет духовную жизнь, должен избегать их. Каковы эти две крайности? Одна — это жизнь, полностью посвященная удовольствиям, наслаждениям и утехам; это низко, неблагородно, противно разуму, такая жизнь недостойна и пуста. Другая - жизнь, полная самоистязания; она печальна, недостойна, пуста. Этих двух крайностей, о монахи, Совершенный сторонился. Он открыл путь, проходящий между ними, - путь, который открывает глаза и освобождает мысль, ведет к успокоению, к знанию, к просветлению, к нирване».
Просветление. — Близ деревни Урувела к югу от Патны Гаутаме, сидевшему у ствола смоковницы, открылась тайна освобождающего знания.
Деревня Урувела, получившая после озарения Гау- тамы Будды название Гайя, привлекала к себе наибольшее число буддийских паломников. До 1876 года близ террасы храма Махабодхи можно было видеть смоковницу озарения. Дерево к этому времени давно зачахло, но одну из его ветвей посадили, и из нее выросла новая смоковница.
Суджата, дочь крестьянина, давшая обет ежегодно приносить жертвы духу смоковницы, в тот день приготовила для жертвоприношения рисовую кашу с молоком в золотой чаше. Когда она увидела Гаутаму, сидящего у смоковницы, она преподнесла эту миску с рисом ему. Съев кашу,

Гаутама бросил миску в реку, и она поплыла против течения. Это чудо было предзнаменованием близкого озарения.
«Тогда Будущий Будда отдыхал на берегу реки в лесу в самый разгар цветения деревьев. С наступлением ночи, когда стебли цветов поникают, он поднялся, подобно проснувшемуся льву, пошел по дороге шириной в восемь усабха, проложенной богами, и направился к священной смоковнице.
Змеи, духи, птицы и все другие существа благоговейно и покорно склоняются перед ним, воскуряя небесные благовония, рассыпая цветы и принося другие дары. А небесные хоры поют божественные песни, так что все десять тысяч миров наполняются благоуханием, цветами и криками радости».
Что же такое это озарение, которое приветствует вся вселенная? Это - постижение сансары и знание пути, ведущего прочь из тисков причинно-следственной зависимости. Это - четыре благородные истины: о вселенском страдании, его источнике, о прекращении страдания и пути к прекращению страдания. Из Бодхисаттвы («Будущего Будды») Гаутама становится Буддой («Просветленным»).
«Будх-» означает «проснуться», «пробудиться»; отсюда «Будда» - это тот, кто пробудился, а «бодхи» «пробуждение», «просветление», «озарение».
Проповедь в Бенаресе. — Достигнув желанной цели, Будда, однако, поначалу не решается
возвестить о том, что ему открылось. Прежде чем приступить к проповеди, он должен преодолеть как внешнее, так и внутреннее сопротивление.
Разгневанный тем, что Будда ускользнул из- под его власти, Мара (буддийский злой демон) послал против него свое войско, пытаясь одолеть его ужасами мрака, огня, градом камней, песка и пепла. Божества бежали, оставив Будду на произвол судьбы, один на один с его злейшим врагом. Но Будда победил, встретив неприятеля своей мудростью. «Мощь и сила Бодхисаттвы дали отпор воинству Мары».
Но Будду стали одолевать сомнения. Поймут ли его .учение люди, влекомые круговоротом жизни, ослепленные желаниями и страстями? Разве это не напрасный труд - пытаться спасти живые существа, которые сами стремятся к своей погибели?
«К чему открывать миру то, что я завоевал в тяжелой борьбе?
Истина остается сокрытой для того, кто полон вожделением и ненавистью.
Это - нечто трудно достижимое, полное тайны, спрятанное глубоко, скрытое от непросветленного ума.
Тот, кто помрачен земными страстями и вожделениями, не может этого видеть». Но, выслушав увещевание бога Брахмы, Будда все-таки решается начать проповедовать истину. В «Оленьей роще» (Ришипатана) в Бенаресе он «приводит в движение Колесо Закона».

Колесо Закона стало символом буддийского учения и даже самого Будды. Для того, чтобы передать величие Будды, художники часто просто изображают Колесо Закона, покоящееся на царском троне.
Итогом этой первой проповеди, знаменитой проповеди в Бенаресе (мы к ней вернемся, когда будем говорить о буддийском учении), стало обращение пяти учеников, которые прежде были свидетелями безнадежной аскезы Будды и отвернулись от него, когда он вновь стал питаться обычной пищей.
Наставничество. — В течение сорока с лишним лет Будда несет миру свое учение. Его голос звучит тут и там на дорогах его странствий и замолкает лишь на время сезона дождей. Число его приверженцев быстро растет. Среди них следует, в частности, отметить Бимбисару, царя Магадхи (современный Бихар), сделавшего богатые пожертвования общине Будды, а также Ананду, любимого ученика, который до последней минуты находился возле учителя, и Рахулу, сына Будды.
Речи Будды и его учеников, но еще больше их образ жизни привлекают в буддийскую общину все новых и новых сторонников учения Просветленного. В этом отношении особенно примечателен рассказ об обращении монаха Шарипутры.
Шарипутра просил подаяния на улицах Рад- жагахи, когда заметил буддийского монаха Ассад-
жи, спокойствие которого тотчас же поразило его. «Друг мой, — сказал ему Шарипутра, — твое лицо спокойно и безмятежно, лицо чисто и ясно. Ради кого, друг мой, ты отказался от мира? И кто твой учитель? И чьего учения ты придерживаешься?» Ассаджи отвечает, что его учителем является Будда, но сам он еще новичок и ему трудно как следует изложить учение Просветленного. Он может лишь попытаться это сделать. И вот, по просьбе Шарипутры, он кратко излагает суть учения, даровавшего ему такое спокойствие и безмятежность: «Вещи и предметы суть следствия некого движения. Причину этого раскрывает Совершенный, объясняя, как все они приходят к своему концу: таково учение великого Саманы». Этого оказалось достаточно для того, чтобы Шарипутра тотчас же постиг силу слова Будды, понял: все, что подвержено возникновению, так же неизбежно подлежит и исчезновению. Он немедленно присоединяется к этому учению, источнику душевного покоя и умиротворения сердца. «Если даже учение заключается только в этом, — отвечает он монаху Ассаджи, — ты все же достиг того состояния, когда нет страдания, состояния, какого не видели на протяжении мириад лет существования мира».
Весь секрет жизнеспособности буддизма, кажется, выразился в этом столь трогательном и наивном рассказе. В мягкости и спокойствии буддийского учения индийская душа нашла действенное лекарство от тоски и муки подавляющей ее сансары.

Нирвана. — Будда умирает в возрасте восьмидесяти лет в Кушинаре (современная Касия) в Горакхпуре.
Причиной его смерти стало кушанье из мяса кабана, которым кузнец Чунда угостил его в Паве. Как сочетается употребление мяса Буддой с требованием ахимсы, запрещающим убивать животных? Буддийских авторов этот вопрос ставит в тупик. Некоторые вовсе обходят молчанием причину смерти Будды, другие упоминают о ней без всяких пояснений. Европейские индологи склоняются к мысли, что слово, использованное для обозначения блюда, возможно, относилось к какому-то блюду из грибов, и перевести его можно как «кабанья радость». Но, может быть, первоначальное учение Будды не была так строго в отношении ахимсы, как учение джайнов? Ведь и в наши дни буддийские монахи Шри-Ланки принимают в пищу мясо, которое кладут в их миску в качестве подаяния.
Кончина Будды во многих отношениях напоминает смерть Сократа, как она описана у Платона в диалоге «Федон». Перед самой смертью Будда обращается к ученикам, бхикшу (нищие-мона- хи), столпившимся вокруг него. Слова его просты и непоколебимы, он дает монахам последние наставления. Подобно тому, как Сократ запретил своим ученикам оплакивать его смерть и просил их искать утешения в самой философии, которой он их учил, Будда убеждает монахов не отчаиваться, и, взяв в свидетели его собственную смерть

(которая лишний раз доказывает, что все рожденное в этом мире должно умереть), направить все усилия на окончательное освобождение. «А теперь, о, бхикшу, я прощаюсь с вами. Все элементы живого существа преходящи. Тщательно и усердно трудитесь ради вашего освобождения». Такими были его последние слова. И затем Будда, постепенно поднимаясь, вошел в Нирвану. Его останки были сожжены с царскими почестями. Цари и знатные воины разделили между собой прах Будды и выстроили ступы (башни, хранилища для мощей), где его и поместили.

<< | >>
Источник: Арвон Анри. Буддизм. 2005

Еще по теме Глава I ЖИЗНЬ БУДДЫ:

  1. Жизнь Будды
  2. Глава 3. Рождение Будды
  3. Глава 1 . Родословная Будды
  4. Глава II УЧЕНИЕ БУДДЫ
  5. Глава 2 . Родина и семья Будды
  6. СОСТОЯНИЕ БУДДЫ
  7. ПРИРОДА БУДДЫ
  8. КАЧЕСТВА ПРИРОДЫ БУДДЫ
  9. КАК СУЩЕСТВУЕТ ПРИРОДА БУДДЫ
  10. ДВА АСПЕКТА УЧЕНИЯ БУДДЫ
  11. ШКОЛА ИОГАЧАРЫ И ПРИРОДА БУДДЫ
  12. ГЛАВА II. СЕЛЬСКАЯ ЖИЗНЬ
  13. Духовная реализация в Ваджраяне: преображение в просветленное божество и обретение Трех Тел Будды
  14. ГЛАВА 13. Жизнь, смерть, бессмертие
  15. ГЛАВА III. ГОРОД И ГОРОДСКАЯ ЖИЗНЬ
  16. ГЛАВА VI. ЗАМКИ И ДВОРЦЫ, ЖИЗНЬ ДВОРА
  17. ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЖИЗНЬ И НАСЛЕДИЕ ИОАННА ЕВГЕНИКА
  18. ГЛАВА VII. ЖИЗНЬ РЫЦАРСТВА. МЕЧТА И ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ
  19. ГЛАВА 21 СОВРЕМЕННАЯ ЖИЗНЬ
  20. Глава 42 ЖИЗНЬ РОДА