<<
>>

Подлежащее

Методом сплошной выборки в творчестве Вяземского была выявлена 5361 основа предложений, каждая из которых состоит из материально выраженной пары «подлежащее»+«сказуемое», и проанализировано 5675 подлежащих и 6012 сказуемых (с учетом однородных членов).

Способы выражения подлежащих отражает таблица 3 Приложения А.

1. Существительное

Подлежащие-существительные, представленные в лирике Вяземского, разнообразны по своей природе. Их число остается неизменным, если сравнить раннее и позднее творчество поэта. Выполнение полноценного разбора существительных в позиции подлежащего по лексико-семантическим группам видится нам чрезвычайно сложным и трудоемким (анализ более чем трех тысяч существительных с точки зрения их отнесения к той или иной лексико­семантической группе представлял бы собой отдельную исследовательскую работу), однако можно сделать отдельные частные выводы, связанные с лексико­грамматическими разрядами таких существительных.

1) В ранней поэзии Вяземского конкретные и абстрактные существительные находятся в пропорции 75% к 25%. В позднем творчестве число конкретных существительных сокращается, а абстрактных — возрастает (60% и 40% соответственно), что подтверждает тезис о большей философичности поздней поэзии Вяземского, поскольку именно отвлеченные существительные активно используются в лирическом творчестве «для отражения духовного мира лирического героя, обозначения возвышенных нравственных и эстетических категорий» . [132]

2) В поэзии Вяземского присутствуют случаи перехода отвлеченных нарицательных существительных в имена собственные, в чем, очевидно, сказывается влияние возглавлявшего русскую романтическую «школу гармонической точности» В. А. Жуковского:

дождь, гроза, растрепанна Печаль По сцене бегает и водит за собою Свояка Голода с сестрицею Чумою. [с. 55]

В колодезь Истина засела,

Веселость в погреб убралась. [с. 102]

3) В позднем творчестве Вяземского встречается большое число абстрактных существительных, мотивированных прилагательными и глаголами:

И в ободренье обещают,

Что будет продолженье впредь. [с. 412]

Присущны здесь и таинство живое,

И стройного могущества закон. [с. 371]

К вам темное меня предчувствие стремило... [с. 182]

4) В раннем творчестве активность подлежащих - имен собственных выше, нежели в позднем — это объясняется жанром ранних стихотворений поэта (эпиграммы на конкретного адресата и стихотворения-посвящения):

Но слезы превратил в забаву Шутовской... [с. 89]

Когда беседчикам Державин пред концом Жилища своего не завещал в наследство... [с. 103]

5) В позиции подлежащего у Вяземского часто встречаются р1игаНа tantum со значением «отрезки времени», «обряды», «праздники» — приметы поэтического хронотопа, нередко вовлекаемые в процесс метафоризации:

Брожу задумчиво, и с сумраком полей Сольются сумерки немой мечты моей. [с. 288]

Могил молчанье и потемки -

Вот след непрочных наших дней. [с. 386]

Поминки по самом себе. [с. 403]

И будни вслед за праздником... [с. 192]

И похороны всем - последствие крестин. [с. 414]

Эти существительные встречаются не только в позиции подлежащего, но и в роли второстепенных членов предложения:

Когда ж в каникулы зимы

Горит у нас мороз трескучий...

[с. 213]

Как на руке, над ними мучась сутки [с. 165]

День именин твоих днем будет горьких слез. [с. 218]

6) Отдельное наблюдение касается образования формы множественного числа от существительного «мрак» — «мраки». Форма «мраки», отсутствующая в современном русском языке, обнаруживается в «Словаре русского языка XVIII

133

века» :

Но на лоно земли сон и мраки сошли... [с. 294]

Но по небу ходят мраки Над напуганной землей. [с. 382]

Это слово встречается Вяземского во множественном числе не только в позиции подлежащего, но и в функции второстепенных членов предложения:

И нырнет во мраки ада... [с. 309]

Опустят в мраки подземелья... [с. 413]

Средь тяжких дум, средь грозныхмраков... [с. 377]

2. Местоимение

В поэтических текстах можно «выделить целый ряд особенностей семантики и функционирования местоимений»[133] [134]. Список используемых Вяземским местоимений велик (как количественно — местоимения выступают в роли подлежащих в 2156 контекстах — более чем в трети случаях, так и качественно — он включает в себя 31 наименование местоимений). Мир стихотворений Вяземского — во многом безымянный мир (Т. И. Сильман

замечает, что «безымянность заложена в самой природе лирического жанра» ), в котором местоимения играют не последнюю роль.

Из семи наиболее часто встречающихся местоимений шесть — личные («я» - 646 употреблений, «он» — 459, «ты» — 335, «мы» — 125, «вы» — 93, «она» — 77), что подтверждает тот тезис, что именно «личные местоимения в

136

поэтическом тексте могут получать ту или иную дополнительную окраску» . Поскольку лирика представляет собой особую форму коммуникации, то с помощью личных местоимений в поэзии выполняется номинация лирического субъекта и адресата, а также третьих лиц, о которых идет речь в стихотворении. За местоимением в лирическом тексте стоит «категория не только грамматического, но и поэтического лица», что превращает его в «первоэлемент поэтической личности» .

Основополагающая роль в поэзии Вяземского (равно как и в целом в лирической поэзии) принадлежит местоимению «я». Герой стихотворного произведения «непосредственно выражает себя через местоимения 1-го лица единственного числа» , что указывает на особую роль этого местоимения в лирических произведениях и подтверждается в том числе и количественными показателями (местоимение «я» составляет 30% от всего количества местоимений).

Обратимся к классификации местоимения я, разработанной

О. П. Мурашевой , которая предлагает выделять следующие его разновидности:

1. «Собственное Я»:

• «личностное Я»;

• «функциональное Я»;

• «сопоставительное Я». [135] [136] [137] [138] [139]

2. «Чужое Я»:

• «Я лирического персонажа»

• «опредмеченное Я»;

• «Я олицетворенного персонажа».

Все эти разновидности лирического «Я» присутствуют в поэзии Вяземского:

1) «Личностное Я» — говорящий, воспринимающий жизнь в многообразии ее проявлений:

Я жить устал — я прозябать хочу. [с. 390]

Жизнь так противна мне, я так страдал и стражду... [с. 402]

2) «Функциональное Я», связанное с осмыслением автором собственной роли, значимости, собственного предназначения:

Не я ли искупил ценой страданий многих

Всё, чем пред промыслом я быть виновным мог? [с. 403]

Всё ждет, как щучьего веленья,

Чтоб словом грянул я одним... [с. 380]

В углу своем себе я господин... [с. 108]

3) «Сопоставительное Я» предусматривает, что автор «говорит» от лица некоего литературного персонажа или исторического лица, которое в чем-то похоже на лирического героя:

А всё же я плохой солдат. [с. 343]

Счастлив, кто меч, отчизне посвященный,

Подъял за прах родных, за дом царей,

За смерть в боях утраченных друзей;

И, роковым постигнутый ударом,

Он скажет, свой смыкая мутный взор:

«Москва! Я твой питомец с юных пор,

И смерть моя - тебе последним даром!» [с. 65]

4) «Я лирического персонажа» подразумевает наличие рассказчика: «Заброшен я в пыли, как старый календарь, »

Сказал поденный враль... [с. 148]

Наш Неккер, запыхаясь,

Спасителю сквозь слез,

У ног его валяясь,

Молитву произнес:

Склонись на просьбу нашу.

Рука твоя легка,

А для тебя я кашу

Начну варить пока.

О мастерстве моем уже здесь всякий сведал,

Я кашу лучше всех варю,

И с той поры, как взят к царю,

Я только то и делал». [с. 67]

Я не поэт, я дворянин. [с. 114]

В последнем случае «Я лирического персонажа» (Свиньина, от лица которого идет повествование) пересекается с «сопоставительным Я».

Иногда Вяземский обращается к цитатам, что также позволяет проследить «Я лирического персонажа».

И я бы мог сказать, хоть не с таким почетом:

«Из колыбели я уж вышел рифмоплетом». [с. 333]

В данном контексте наблюдается отсылка к Вольтеру и его фразе: «Едва выйдя из колыбели, я лепетал стихи» [с. 333].

Более того, в некоторых случаях лирический герой Вяземского говорит от лица женщины:

Быть может, я была бы рада

Вас к черту, ангел мой, прогнать... [с. 393]

или даже от лица неодушевленного предмета:

«По милости твоей я весь насквозь расколот —

Кирпич пенял гвоздю... [с. 159]

5) «Я олицетворенного персонажа» подразумевает, что атрибуты персонифицируемого предмета, явления или животного представляются как состояние человека:

Я из берлоги вон ни пяди... [с. 255]

В данном контексте Вяземский отождествляет себя с медведем, который не желает покидать родное жилище-берлогу.

6) «Опредмеченное Я» — предельная степень «Я олицетворенного персонажа», отождествление с предметами и явлениями природы.

Я кипарис угрюмый и унылый,

Воспитанный летами и грозой. [с. 253]

Впрочем, следует заметить, что местоимения «Я» из группы «Чужое Я» единичны; как правило, «Я» Вяземского — это «Я собственное», воплощающее в себе всю глубину и силу личности поэта.

Остальные личные местоимения встречаются часто, выполняя свои функции. К примеру, местоимение «мы» может воплощать родовое сознание всех людей:

Овечки милые! Как счастлив ваш удел Недаром вашей мы завидуем судьбине... [с. 95]

В то же самое время с помощью «мы» Вяземский в своем творчестве обозначает только выделяемую им группу лиц. Например, он пишет о своих лицейских друзьях:

Будто мы не устарели —

Вьется локон вновь в кольце... [с. 243]

Особо следует упомянуть о функции местоимений третьего лица в позиции подлежащего — с их помощью происходит «отдаление предмета речи,

140

установление дистанции» между поэтом и тем, на что он указывает:

Не будь он — мог бы я спокойно век дожить. [с. 125]

Однако в некоторых случаях поэт сравнивает себя с тем лицом, которое обозначает местоимением. Например, он пишет о Денисе Давыдове:

Но в лени я ему не уступлю

Как он, люблю беспечности забавы

Как он, досуг и тихий сон люблю. [с. 108]

Среди семи наиболее часто встречающихся местоимений единственным неличным является местоимение «кто» (81 случай словоупотребления). Его роль двояка — оно может использоваться в медитативных и риторических вопросах:

Кто разлучил соединенных

Душой, руками соплетенных? [с. 62]

Кто весь иссох из зависти к талантам? [с. 79]

Также «кто» встречается и в рамках сложноподчиненных предложений:

Достойней тот, кто всех нежнее... [с. 77]

Остальные местоимения встречаются в текстах Вяземского реже. Следует заметить, что исследователи, которые анализируют местоимения в поэтических текстах, как правило, сосредоточивают свое внимание именно на личных местоимениях, оставляя все иные варианты за пределами исследования, поскольку именно «личные местоимения играют важную роль как стилистические средства, придающие речи выразительные оттенки» , а «в поэтической речи особенно заметна их экспрессивная окраска»[140] [141] [142].

3. Синтаксически неделимое словосочетание

В рамках данного типа можно выделить несколько подгрупп:

A) Словосочетание с числительным (числительные как таковые встречаются в поэзии Вяземского часто в силу его любви к точному выражению мысли, пусть даже и в рамках лирического произведения):

В вас две природы, в вас два спорят существа... [с. 168]

Владыке снилось семь коров... [с. 193]

При этом, как отмечает А. Б. Карасёв, «часто несобственные значения числительных встречаются в поэзии»[143]. Подобного рода примеры с числительными в позиции подлежащего, употребленными в переносном смысле, можно обнаружить и в поэзии Вяземского:

За годом год торопится вослед,

И старику отсчитано сто лет. [с. 123]

Покажется декабрь - и тысяча обозов Из пристаней степных пойдут за барышом [с. 216]

Поэм в стеклянном переплете В его архивах миллион. [с. 321]

Мы можем наблюдать в некоторых из поэтических контекстов явные гиперболы; таким образом, числительное здесь играет символическую роль, демонстрируя собой не точное, а просто значительное количество элементов.

Б) Выделительные словосочетания:

Иной из них глядит картинно... [с. 84]

Из нас кто мог бы хладнокровно Завидеть русское клеймо? [с. 340]

B) Словосочетание, называющее группу, множество, с предлогом «за»:

И только изредка чуть вздрогнет, чуть простонет

За зыбью зыбь, волна за сонною волной. [с. 357]

Скользят за мыслью мысль и год за дальним годом... [с. 361]

Г) Слово или целое высказывание, вводимое как цитата:

«День мой - век мой» — всегда моим девизом был... [с. 408]

В поэзии Вяземского в данной роли часто встречаются названия литературных произведений — преимущественно подобный прием характерен для его эпиграмм:

Когда при свисте кресл, партера и райка Торжественно сошел со сцены твой «Коварный»... [с. 88]

«Вадим» твой был сожжен публично,

А публику студит холодный твой «Росслав». [с. 88]

Но «Полубарские затеи» -

Затеи полного глупца. [с. 88]

Большой редкостью для поэтического творчества Вяземского являются следующие способы выражения подлежащих:

4. Субстантивированное прилагательное

И там, где умный «выиграл ноги». [с. 205]

5. Субстантивированное наречие:

Вчера, сегодня, завтра — звенья Предвечной цепи бытия... [с. 227]

6. Инфинитивное подлежащее:

Жить смирно — значит жить умно. [с. 158]

Любить разлуку точно то же,

Что не любить своих друзей. [с. 196]

Таким образом, в поэзии Вяземского высока доля местоимений в роли подлежащего, причем как в количественном, так и в функциональном плане; местоимения, используемые в данной позиции, разнообразны. Наблюдается преобладание личных местоимений, объясняемое особенностями лирической

поэтики в целом.


2.1.1.

<< | >>
Источник: Лебедев Александр Александрович. ПОЭТИЧЕСКИЙ СИНТАКСИС П. А. ВЯЗЕМСКОГО. Диссертация, Петрозаводский государственный университет.. 2016

Еще по теме Подлежащее:

  1. ОТНОШЕНИЕ МЕЖДУ ПОДЛЕЖАЩИМ И СКАЗУЕМЫМ. ОБЪЁМЫ ПОДЛЕЖАЩЕГО И СКАЗУЕМОГО
  2. Объёмы подлежащего и сказуемого.
  3. Отношение между подлежащим и сказуемым.
  4. Классификация сведений, подлежащих защите
  5. Глава 68. ПРАВО, ПОДЛЕЖАЩЕЕ ПРИМЕНЕНИЮ К ИМУЩЕСТВЕННЫМ И ЛИЧНЫМ НЕИМУЩЕСТВЕННЫМ ОТНОШЕНИЯМ
  6. Глава 67. ПРАВО, ПОДЛЕЖАЩЕЕ ПРИМЕНЕНИЮ ПРИ ОПРЕДЕЛЕНИИ ПРАВОВОГО ПОЛОЖЕНИЯ ЛИЦ
  7. Статья 1108. Возмещение затрат на имущество, подлежащее возврату
  8. Статья 1216. Право, подлежащее применению к уступке требования
  9. Статья 1224. Право, подлежащее применению к отношениям по наследованию
  10. Статья 1209. Право, подлежащее применению к форме сделки
  11. Статья 1215. Сфера действия права, подлежащего применению к договору
  12. Статья 1199. Право, подлежащее применению к опеке и попечительству
  13. Случаи перехода, не подлежащие анализу с помощью модели игры
  14. Статья 1218. Право, подлежащее применению к отношениям по уплате процентов
  15. Статья 1213. Право, подлежащее применению к договору в отношении недвижимого имущества
  16. Статья 1217. Право, подлежащее применению к обязательствам, возникающим из односторонних сделок
  17. Статья 1212. Право, подлежащее применению к договору с участием потребителя
  18. Статья 1206. Право, подлежащее применению к возникновению и прекращению вещных прав
  19. Статья 1205. Общие положения о праве, подлежащем применению к вещным правам
  20. Статья 1223. Право, подлежащее применению к обязательствам, возникающим вследствие неосновательного обогащения