ДЕМОКРАТИЯ КАК ВЕЗДЕ-СУЩЕЕ

Другая позиция, берущая начало в генеалогической антиантропологии Фуко, связана не со стерилизацией жизни, а с демократизацией принципа бытия. С онтологией этого демократизированного, повсюду обретающегося бытия и отождествляется при соответствующем раскладе справедливое устройство мира.
Если брать наиболее расхожую версию подобного подхода, мы без особых усилий натолкнемся на понятие рутины — повседневного течения времени: ты живешь каждый день — значит, лейтмотивом твоего существования служит ежедневность. Эта пресловутая ежеднев- ность имеет нарочито нейтральный привкус. Только распробовав ее более обстоятельно, можно удостовериться в том, что в ней заключен особенный императив и даже своего рода «зов бытия». Речь, однако, идет о совершенно специфическом бытии. Демократизированное бытие — это унифицированная реальность, элементы которой оказываются выстроенными в серые и невзрачные шеренги. Здесь много чего случается, но никогда ничего не происходит. Повседневность не имеет онтологии — только «феноменологию». Ее суть в чистой явленности, которая ничего в себе не таит, не имеет никаких «содержаний», при этом «феноменология» повседневности полностью соответствует социологии сутолоки. Культ повседневности отменяет представление о том, что бытие бытию рознь. Одновременно бытие перестает ассоциироваться с определенным доменом или регионом, к которому ведут царственные тропы, закрытые для непосвященных. Говоря совсем просто, бытие выводится из-под контроля горних инстанций. С одной стороны, оно перестает быть зоной влияния божественного Провидения, с другой — театром боевых действий, которые ведут между собой многочисленные сакральные стихии. При этом признание того, что ни Бога, ни богов невозможно обнаружить ни в одном из онтологических укрытий, закономерно ведет к выводу о том, что они присутствуют везде. Эту логику очень хорошо воспроизводит Бруно Латур, критикующий Мартина Хайдеггера за все еще слишком аристократическое понимание онто логии: «Подобно наивным посетителям Гераклита, Хайдеггер и его эпигоны стремятся отыскать Бытие только на лесных тропинках Шварцвальда, которые никуда не ведут. Весь остальной мир — пустыня. Боги не могут находиться в технике. Они отсутствуют в политике, социологии, психологии, антропологии, истории — которая есть история Бытия и исчисляется тысячелетиями. Их нет ни в философии, ни в онтологии, которые позабыли о своем предназначении вот уже 2500 лет» [Латур.
Нового времени не было. Эссе по симметричной антропологии. 2006. С. 132—133]. «Где же есть Бытие?» — восклицает ратующий за онтологическую справедливость Латур. Ответ не заставляет себя ждать: бытие равномерно распределено везде, куда «обычный» человек может кинуть свой взгляд. Только философы — уникальная в своем роде категория людей, которые его не замечают. Единственная особенность этого растекшегося подобно комковатой каше бытия — в отсутствии всяких особенностей. Обозревая его окрестности, мы ни на чем не задерживаем свой взгляд — повсюду только овраги, буераки и пустыри. Основным образом, с которым соотносится это демократизированное бытие, является образ пустыни. Пустыня безжизненна, но в ней парадоксальным образом всему находится место: и компьютерный герой, и ржавый гвоздь, и вирус СПИДа, и Пэрис Хилтон, и оторванная рука из примера Георга Гегеля находят в демократизированном бытии свое уютное прибежище. Чем не самое наглядное из возможных воплощение справедливости! «Боги повсюду!» — со злой иронией утверждает экзальтированный Латур: «Они присутствуют в гидроэлектростанциях по берегам Рейна, в субатомных частицах, в кроссовках «Адидас», точно так же как в старых сабо, вырезанных вручную, точно так же как и в старом пейзаже, в торговых расчетах, так же, как и в душераздирающих стихах Гельдерлина» [Там же. С. 133]. Это демократизированное бытие, в котором любой шар попадает в лузу, а каждый желающий реализует право на уорхоллов- ские пятнадцать минут славы, и впрямь может считаться самым справедливым. Единственная проблема, которая связана с этим бытием, заключается в том, что оно напоминает забытую Богом дыру. Если какие-то боги и пекутся о его устроении, то это боги, которые явно не страдают от дефицита безучастности, зато в полной мере заражают этим дефицитом людей. Подобная практика, впрочем, не может быть предметом моральной оценки. Проблема демократизированного бытия не моральная, а эпистемологическая — мир, над которым парят безучастные боги, никогда нельзя с достоверностью признать существующим. Его существование всегда предмет веры. Это, впрочем, нисколько не мешает ему воплощать апофеоз завещанного консерваторами соединения свободы и братства (которое олицетворяют собой уже не столько люди, сколько «вещи», точнее, овеществленные явления и существа).
<< | >>
Источник: Андрей Ашкеров. ПО СПРАВЕДЛИВОСТИ эссе о партийности бытия. 2008

Еще по теме ДЕМОКРАТИЯ КАК ВЕЗДЕ-СУЩЕЕ:

  1. 7. ЧИСЛО КАК СУЩЕЕ
  2. Часть третья ВЛИЯНИЕ ДЕМОКРАТИИ НА НРАВЫ КАК ТАКОВЫЕ
  3. Как обезопасить демократию в условиях индивидуализированного общества
  4. Часть 1 Решение проблемы демократии (власть народа). Демократия. Политический аспект Третьей Всемирной Теории
  5. О ТОМ, КАК АМЕРИКАНСКАЯ ДЕМОКРАТИЯ ПРОВОДИТ ВНЕШНЮЮ ПОЛИТИКУ
  6. Митинг как опыт прямой демократии: право на выражение мнения
  7. Везде ли одинаково лечат?
  8. РЫНКИ И ЛАВКИ ВЕЗДЕ
  9. О КОРРУПЦИИ И ПОРОКАХ ПРАВИТЕЛЕЙ ПРИ ДЕМОКРАТИИ. КАК ЭТО ВЛИЯЕТ НА УРОВЕНЬ НРАВСТВЕННОСТИ В ОБЩЕСТВЕ
  10. Тема: БЫТИЕ: СУЩЕЕ И СУЩЕСТВОВАНИЕ
  11. Глава II Сущее и субстанция
  12. Глава III Сущее и существование
  13. Сущее твует ли смысл и цель в истории?
  14. Глава 9. Следить всегда, следить везде
  15. Борьба за демократию на Волге
  16. Лекция 7 ДЕМОКРАТИЯ И ОХЛОКРАТИЯ
  17. ДЕМОКРАТИЯ
  18. Демократия
  19. Раздел 2 ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ДЕМОКРАТИИ