<<
>>

Глава третья ЭКОНОМИКА СССР НАКАНУНЕ И ВО ВРЕМЯ ВОЙНЫ В ОСВЕЩЕНИИ ИСТОРИКОВ ФРГ

Влияние экономики на военное дело раскрыли еще основоположники научного коммунизма. В самом начале гражданской войны и иностранной военной интервенции в Советской России в 1918 г., имея в виду революционный подъем масс, вызванный «набегом германских белогвардейцев на русскую революцию», В.
И. Ленин подчеркивал, что «одного энтузиазма недостаточно для ведения войны с таким противником, как германский империализм». Особое значение он придавал «крепкому организованному тылу»: «Самая лучшая армия, самые преданные делу революции люди будут немедленно истреблены противником, если они пе будут в достаточной степени вооружены, снабжепы продовольствием, обучены» *. В декабре 1919 г. Ленин вновь возвращается к этому. «Мы побеждаем и будем побеждать, потому что у нас есть тыл и тыл крепкий»,— говорил он. И далее: «Война есть испытание всех экономических и организационных сил каждой нации» 2. Эта мысль явилась руководящим принципом укрепления обороны СССР. Эта же мысль составляет сейчас один из важнейших методологических принципов изучения истории минувшей войны. Влияние экономического фактора на исход второй мировой войны было весьма сильным, что отмечается и немарксистскими историками. По мнению Г.-А. Якобсена, «вторая мировая война побудила перенести основное внимание на военное хозяйство, она особенпо настойчиво продемонстрировала сильную зависимость ведения военных действий от безупречной военной экономики, от протекающих без помех технических исследований». В отличие от войн прошлого, полагает автор, в войне 1939—1945 гг. «огромное расходование военных материалов всех видов вынудило воюющие державы полностью исчерпать их экономический потенциал»3. По мнению авторов уже цити ровавшегося десятитомника, «в войне на советско-германском фронте наиболее ярко проявилась зависимость военного планирования от хозяйственного потенциала»4. В войне СССР и фашистского блока столкнулись не только армии, но и экономики. Без самоотверженного и квалифицированного труда советских людей в тылу были бы невозможны победы Советских Вооруженных Сил. Экономическая победа СССР — одна из важнейших проблем истории Великой Отечественной войны. В общих чертах она освещена советскими историками5. Однако многие важные ее стороны не изучены. Современные факторы социально-экономического торможения уходят своими корнями в 30—40-е годы, причем дело здесь не только в чрезвычайных обстоятельствах, в которых находилась тогда наша страна6. «Казалось бы,—подчеркивает в этой связи Ю. А. Поляков,— историки могли оказать немалую услугу обществу, партии, подвергнув подлинно научному анализу состояние и функционирование хозяйственного механизма в историческом разрезе. Нельзя ликвидировать трудности, не видя их исторических корней. Но сколько- нибудь серьезных попыток такого рода даже и не предпринималось, хотя трудов об истории развития промышленности и сельского хозяйства написано множество»7. Это общее замечание в полной мере относится и к литературе о военной экономике СССР 1941—1945-х годов. Стремление описать положение, сложившееся в экономике почти исключительно в розовых тонах, фактографический подход не позволили пашим специалистам создать всестороннюю картину. Советская военная экономика показана, по существу, вне ее противоборства с экономикой фашистской Германии, последняя изучена весьма слабо.
Остаются без ответа ряд важных общих вопросов. В том числе — все ли возможности советского народного хозяйства были использованы до начала войны, если все — как утверждают сравнительно многие авторы8, то чем объяснить, что во второй половине 1941 г.— в 1942 г. в условиях несравненно более худших, по существу — близких к катастрофическим, советская военная индустрия догнала германскую по производству вооружения. Отмеченные обстоятельства лишь подчеркивают актуальность анализа западногерманской литературы о военной экономике СССР. Эта литература советскими специалистами изучена недостаточно. Несколько работ прошлых лет основано на очень узкой источниковой базе. Так, в книге С. В. Клюева из немарксистских суждений о советской военной эконо мике приведены лишь оценка танка Т-34 и тезис о влиянии ленд-лиза на действия Красной Армии9. Анализ суждений о ленд-лизе представлен в ряде общих и специальных работ10. В западногерманской литературе первых десятилетий после войны те или иные стороны советской военной экономики упоминались весьма редко11. Исследование экономики того или иного государства в период войны, как мы полагаем,— это не просто изучение развития его народного хозяйства, по и обязательное сопоставление его с народным хозяйством государства-противника по всем основпым параметрам и периодам войны. Иными словами, изучение экономик должно неизбежно вылиться в исследование военно-экономического противоборства государств или коалиций. В немарксистской литературе 40—60-х годов вопрос противоборства экономик СССР и Германии, главных государств двух коалиций, по существу, даже не был поставлен. Лишь косвенно — в связи с рассмотрением роли того или иного государства в войне или причин поражения Германии — были сделаны некоторые частные сопоставления. И хотя военную экономику Германии крайние консерваторы, как правило, оценивали весьма высоко («германская военная промышленность не несет ответственности за поражение»), они считали, что «исход второй мировой войны» своей военной техникой решила Америка 12. Сравнительный анализ экономик не осуществлен и поныне. Весьма редкие сопоставления нельзя признать удачными. Э. Хельмдах утверждал, например, что если в СССР вооружение создавалось в соответствии с четким и заблаговременным планированием, то в Германии «не было пи долговременной подготовки, ни тщательно продуманных мероприятий». Это суждение явно несостоятельно. «История знает мало примеров,— писал еще в 1943 г. начальник отдела военной экономики и вооружения ОКВ генерал Г. Томас,— чтобы государство так продуманно и планомерно еще в мирное время перевело свою экономику на военные рельсы, как это было в Германии между двумя мировыми войнами» 13. В последние годы внимание историков ФРГ к военной экономике СССР, несомненно, усилилось. Однако ее отражение в литературе не выдерживает сравнения с освещением ряда других сторон военной истории. Насколько известно, в ФРГ по-прежнему нет ни одного монографического исследования об экономике СССР 1941 — 1945 гг. Из общих трудов, где она получила в той или иной мере освещение (таких трудов мы насчитали лишь около пятидесяти), необходимо назвать книгу Р. Лоренца, а также работы Э. Машке и К.-Г. Руффманна. «Очерки советской экономической истории до 1955 г.» написаны Э. Машке в качестве введения к книге о германских военнопленных. По мнению автора, их работа в СССР — составная часть советской и германской истории. Поэтому он и написал свои весьма большие для введения (свыше 60 страниц) очерки. Э. Машке разделяет имеющую хождение в немарксистском обществоведении доктрину «хозяйства под принуждением». На самом деле в СССР сложилась административно-командная система, ее руководители уверовали в универсальную эффективность жесткой централизации, в то, что командные методы — самый короткий и лучший путь к решению всех задач. Эта система, подчеркивает М. С. Горбачев, «начавшая формироваться в ходе индустриализации и получившая новый импульс во время коллективизации, сказалась на всей общественно-политической жизни страны. Утвердившись в экономике, она распространилась и на надстройку, ограничивая развертывание демократического потенциала социализма, сдерживая прогресс социалистической демократии»14. Отбрасывая все негативное в этой системе руководства, КПСС отнюдь не отказывается от главных наших завоеваний — общественной собственности на средства производства, социалистического планирования, освобожденного от известных искажений, и др. Э. Машке же с порога отвергает весь экономический опыт СССР, социализм в целом. Э. Машке, не свободный от шовинизма, объясняет огромные разрушения на советской территории... «победами германского вермахта», хотя каждому непредубежденному ясно, что это преступления. Он преувеличивает роль немецких военнопленных в восстановлении народного хозяйства СССР. В то же время в своем исследовании военной экономики СССР, в значительной степени осуществленном по советским источникам, автор приходит подчас к правильным выводам вопреки упомянутым догмам. Так, Э. Машке пишет: «С самого начала войны почти в течение четырех лет молодая социалистическая экономика подвергалась огромному напряжению... То, что она несмотря на все потери и разрушения, не только сохранила свою сущность, но и даже расширила производственную базу для будущего мирного хозяйства, было чрезвычайным достижением». И далее: «Успехи советского населения во имя самого существовапня в военные и послевоенные годы необходимо рассматривать как высший пункт в развитии социалистической экономики страны» 15. Книга К.-Г. Руффманна «Советская Россия, 1917— 1977» вышла в серии «Всемирная история XX века». Общая оценка автором экономической победы СССР довольно объективна, хотя он так же, как и Машке, стоит на позициях доктрины «хозяйства под принуждением», а в силу своих «атлантических» симпатий пытается преувеличить роль ленд-лиза в обеспечении победы СССР. Отдельные правдивые суждения о подготовке экономики СССР к возможной войне мы встретили и в английской литературе. «Под высоким знаменем пятилеток» СССР «был подготовлен к ведению победоносной войны»,— писал Дж. Эриксон. Авторы «Справочника по изучению России», в свою очередь, полагали, что «промышленность Советского Союза соответствовала требованиям современной войны» 16. В целом, однако, внимание немарксистской историографии к военной экономике СССР явно недостаточно. Это тем более неоправданно, что, несмотря на понимание актуальности изучения экономической истории пашей страны, многие из них ограничились практически анализом лишь экономики Германии. По мнению А. Милуарда, «в то время как в экономике Германии остались неизученными одни лишь детали, большая часть экономической истории России военных лет все еще неизвестна». По оценке автора, в его книге «экономические факторы успешного сопротивления России освещены в высшей мере поверхностно» 17. Естественно, суждения А. Милуарда могут быть приняты лишь относительно освещения советской военной экономики в немарксистской историографии. Вольно или невольно автор сбрасывает со счетов освещение экономики СССР в марксистско-ленинской исторической и мемуарной литературе.
<< | >>
Источник: Мерцалов А. Н.. Великая Отечественная война в историографии ФРГ. 1989

Еще по теме Глава третья ЭКОНОМИКА СССР НАКАНУНЕ И ВО ВРЕМЯ ВОЙНЫ В ОСВЕЩЕНИИ ИСТОРИКОВ ФРГ:

  1. Глава вторая ИСТОРИОГРАФИЯ ФРГ О ПРОИСХОЖДЕНИИ ВОЙНЫ ПРОТИВ СССР
  2. Глава пятая1 ПРИЧИНЫ ПОРАЖЕНИЯ ГЕРМАНИИ И ИСТОЧНИКИ ПОБЕДЫ СССР В ОТРАЖЕНИИ ИСТОРИОГРАФИИ ФРГ
  3. Редсовет редактор: С. Ф. Найда. ИСТОРИЯ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ В СССР / ТОМ ПЯТЫЙ / КОНЕЦ ИНОСТРАННОМ ВОЕННОЙ ИНТЕРВЕНЦИИ И ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ В СССР. ЛИКВИДАЦИЯ ПОСЛЕДНИХ ОЧАГОВ КОНТРРЕВОЛЮЦИИ. (ФЕВРАЛЬ 1920 г. — ОКТЯБРЬ 1922 г.), 1960
  4. Глава 2. СЕВЕРО-ЗАПАДНЫЙ РЕГИОН И ЕГО ПРАВООХРАНИТЕЛЬНЫЕ ОРГАНЫ НАКАНУНЕ И В НАЧАЛЕ ВОЙНЫ
  5. ГЛАВА ТРЕТЬЯ СЛОИ И ГЕОЛОГИЧЕСКОЕ ВРЕМЯ
  6. 2В.4. ОСВЕЩЕННОСТЬ РАБОЧИХ МЕСТ В ВЕЧЕРНЕЕ И НОЧНОЕ ВРЕМЯ
  7. ГЛАВА 2 ФРАНЦИЯ ВО ВРЕМЯ СТОЛЕТНЕЙ ВОЙНЫ
  8. ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ВЫХОД СОВЕТСКОЙ РОССИИ ИЗ ИМПЕРИАЛИСТИЧЕСКОЙ ВОЙНЫ.
  9. ГЛАВА ВТОРАЯ ИСТОРИОГРАФИЯ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ В СССР
  10. 6. РОССИЯ НАКАНУНЕ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
  11. § 4. Советский Союз накануне войны
  12. Россия накануне 1-й мировой войны
  13. Франция накануне Второй мировой войны
  14. СИТУАЦИЯ НАКАНУНЕ ВЕЛИКОЙ ВОЙНЫ
  15. ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ ПРОДОВОЛЬСТВЕННЫЕ ОТРЯДЫ В КОНЦЕ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ И ВО ВРЕМЯ ПЕРЕХОДА К НЭПУ (август 1920 —июль 1921 г.)
  16. ИСЛАМ И РОССИЯ НАКАНУНЕ НОВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
  17. 3. КИТАЙ НАКАНУНЕ ЯПОНО-КИТАЙСКОЙ ВОЙНЫ
  18. § 1. Состояние войск и органов НКВД накануне войны и их задачи
  19. 5. Общее состояние Православной Церкви в Польше накануне Второй мировой войны
  20. Воссоздание СДПР. Подъем рабочего движения накануне первой мировой войны