<<
>>

Переполнение пространства внимания и разработка философского синтеза


Так же как в Греции значительный рост числа школ в поколении после Сократа привел к переполнению интеллектуального пространства и нестабильности большинства линий преемственности, в Китае верхний предел закона малых чисел был достигнут примерно к 300 г.
до н. э., что привело к сильному напряжению. В обоих случаях мы наблюдаем некоторый период самонадеянных фракционеров, хлынувших во вновь открытое пространство абстрактных рассуждений, отстаивающих крайние позиции и отвергающих компромиссы с соперниками. Это хорошо заметно на примере моистов данного периода: будучи наиболее жестко дисциплинированной группой своего времени, они тем не менее раскололись на три фракции [Chuang Tzu, ch. 33; Graham, 1978, p. 22-24]. Моисты обсуждали в том числе логические и концептуальные проблемы («отличие и тождество», «несопоставимость чета и нечета»), причем воспринимали это столь серьезно, что именовали друг друга еретиками. В поколении около 250 г. до н. э. раскол
был преодолен с помощью нового синтеза[92]. Великим трудом, реформировавшим союз, своего рода «Суммой» для позиции моизма, стали «Каноны». В этой работе проявились концептуальная острота, всеобъемлющий масштаб и систематичность, характерные для творчества синтезирующего типа. Точка зрения, согласно которой «китайское мышление» неспособно к абстрактной логической аргументации, опровергается существованием «Канонов». Сама эта идеология, связанная с интерпретацией китайской истории, стала возможной только в результате перегруппировки в интеллектуальных сетях в период династии Хань, когда традиция моизма была уничтожена.
Книга «Дао дэ цзин», появившаяся почти одновременно с «Канонами», является синтезом, предложенным на другой стороне интеллектуального пространства. Проводя ту же оппозиционную линию, что и Чжуан-цзы, данная книга имеет гораздо более единообразную композицию, чем составленная позднее компиляция, авторство которой приписано Чжуан-цзы. В «Дао дэ цзин» демонстрируется гораздо более утонченная и сознательная позиция по отношению к философским противникам, при этом интеллектуальные орудия «школы имен» были превращены в механизм трансцендирования имен, а техники софистической аргументации — в сущностно осмысленные парадоксы. «Дао дэ цзин» также является политико-религиозным синтезом, в котором переплетаются воззрения прежних сторонников примитивизма и антиритуализма и новейшие темы, связанные с оккультной направленностью государства. Но в то время как в школе инь-ян Цзоу Яня предлагалось прямо вмешиваться в магически-конкретную область божественного, книга «Дао дэ цзин» включала в себя более основательный религиозный мистицизм, согласно которому правитель-мудрец порождал космические силы — дэ, появляющиеся при уходе в медитацию.
Об успехе данного синтеза свидетельствует то обстоятельство, что книге «Дао дэ цзин» позже предстояло стать излюбленным текстом для многих последующих фракций; даже легисты в ближайшем поколении сумели применить ее идеи для легитимации хорошо налаженной бюрократической системы наград и наказаний, которая якобы заставит общество действовать так же легко и без усилий, как дао проявляется в природе [Schwartz, 1985, р. 343-345]. Отчасти*успех «Дао дэ цзин» заключается в том, что текст допускает самые разные прочтения; как отмечал Холмс Уэлч, ни один перевод не может быть удовлетворительным, поскольку оказывается не столь многосмысленным, как оригинал [Welch, 1965, предисловие].
Было бы не вполне верно утверждать, что автор книги взял уже существовавший мистицизм и добавил в него остальные учения, поскольку пред
ставляется очевидным, что до этого времени не существовало явно сформулированного — и тем самым метафизического — мистицизма. Скорее, сам философский мистицизм был создан именно в ходе этого стремления разработать позицию, которая и объединяла бы множество философских и политических школ, и выходила за пределы их учений.
Шло отсеивание среди «ста школ». Наряду с синтезами моизма и «Дао дэ цзин», двумя другими важными попытками синтеза были натуралистическое конфуцианство Сюнь-цзы и объединенное учение инь-ян и «пяти элементов», разработанное Цзоу Янем. Сюнь-цзы был еще одним систематизатором, чей стиль до некоторой степени напоминал авторов «Суммы» моизма, с которыми он, вероятно, контактировал во время пребывания в царстве Чу. В конце периода Воюющих царств его школа в Ланьлине являлась сетевым центром. Поскольку контакты Сюнь-цзы со всеми фракциями интеллектуального мира были многочисленны (см. рис. 4.2), он находился в выгодной для синтезирующей деятельности позиции. Сюнь-цзы соотносил понятия друг с другом и закладывал основы взаимосвязей между различными областями знания в манере, сходной с другим создателем синтетической системы — Аристотелем. Сюнь-цзы занял срединную позицию в пространстве внимания, утверждая натурализм, но не в радикальной версии моистов; его последователи были прежде всего учеными — чжу и стремились соответствовать архетипической конфуцианской роли хранителей классических текстов и защитников древних ритуалов.
Из всех фракций школа инь-ян успешнее других добивалась внешнего покровительства. Она также представляла собой некоторый синкретизм, соединявший идеи периода около 265 г. до н. э. Цзоу Янь совместил два различных способа гадания, по-видимому восходившие к опыту предшествующего столетия: прилив и отлив инь (темного, женского, пассивного) и ян (светлого, мужского, активного), а также цикла пяти основных элементов, или процессов (вода, огонь, дерево, металл, земля). Это очевидно напоминает досократические варианты космологии, особенно предложенный Эмпедоклом[93]; но в данном случае Цзоу Янь меньше ориентировался на развертывание натуралистической космологии, а больше стремился продемонстрировать немедленный эффект, используя свой инструментарий для политического предсказания. Он в энциклопедической манере упорядочивал природные явления — реки, горы, равнины, небесные тела,— проходящие через этот цикл элементов. События, связанные с человеком, были

также циклическими, а значит, могли быть предсказаны подъем и упадок династий. Сюнь-цзы вызвал при дворе волну споров, приводя в замешательство Гунсунь Луна в Пинъюане и вынудив Сюнь-цзы покинуть Ци [Knoblock, 1988, р. 11, 63]. Идеи Цзоу Яня оказались по-настоящему долговечными, что делает его одной из наиболее влиятельных фигур в китайской истории.
К этому времени в спектре соперничавших позиций основные течения политической философии расположились между следующими полюсами: конфуцианцами, утверждавшими, что верно выполненные традиционные ритуалы восстановили бы социальный порядок, и монетами, защищавшими активизм воинской доблести, основанный на всеобщем альтруизме. Интеллектуальная дилемма состояла в том, что конфуцианцы являлись в политическом отношении ультраконсерваторами и сторонниками долговечной династии, в то время как их религиозная позиция (укреплявшаяся в борьбе против моистов) была несколько отчужденной и имела инструментальный характер. В свою очередь, моисты были в политическом отношении утопическими радикалами, но в религиозном плане консерваторами со своей верой в благоволящих и мстительных духов. Цзоу Янь смешал эти ингредиенты с религиозным учением, оправдывающим изменения, причем даже совершенно оппортунистические, во властной политике. Вместе с тем его оккультная космология сохраняла тот флер легитимации, от которого отказались легисты — приверженцы вульгарного натурализма. 
<< | >>
Источник: РЭНДАЛЛ КОЛЛИНЗ. Социология философий: глобальная теория интеллектуального изменения. 2002

Еще по теме Переполнение пространства внимания и разработка философского синтеза:

  1. Формализм нео-ньяи: изощренная логика и затемнение пространства философского Внимания
  2. Разработки и уточнения последних лет: Хабермас о возможности синтеза герменевтической и аналитической философии
  3. Головко Н. В.. Философские вопросы научных представлений о пространстве и времени. Концептуальное пространство-время и реальность: Учеб. пособие / Новосиб. гос. ун-т. Новосибирск. 226 с., 2006
  4. Глава 3 Распределение пространства внимания: случай Древней Греции
  5. МОИСЕЕВА ИРИНА ДМИТРИЕВНА. РАЗРАБОТКА КАТАЛИЗАТОРА И ТЕХНОЛОГИИ СИНТЕЗА МЕЛАМИНА. ДИССЕРТАЦИЯна соискание ученой степеникандидата техническихнаук. Новомосковск - 2002, 2002
  6. С. Синтез философских систем
  7. 25. ОБЩЕЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О ВНИМАНИИ. РАЗВИТИЕ ВНИМАНИЯ. ВНИМАНИЕ И СОЗНАНИЕ
  8. ФИЛОСОФСКИЙ СИНТЕЗ ГОТФРИДА ЛЕЙБНИЦА
  9. Философский синтез А. Н. Уайтхеда (Вступительная статья)
  10. ФИЛОСОФСКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЙ СИНТЕЗ В РАЦИОНАЛЬНОМ ОБОСНОВАНИИ СОВРЕМЕННОЙ МАТЕМАТИКИ Михайлова Н.В.
  11. 2. ПРОГРАММА ДИАГНОСТИКИ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ЗРЕЛОСТИ СТАРШИХ ДОШКОЛЬНИКОВ ДИАГНОСТИКА РАЗВИТИЯ ЭЛЕМЕНТОВ ЛОГИЧЕСКОГО И ОБРАЗНОГО МЫШЛЕНИЯ, СПОСОБНОСТИ К АНАЛИЗУ И СИНТЕЗУ, А ТАКЖЕ ОСОБЕННОСТЕЙ ВНИМАНИЯ И ВОСПРИЯТИЯ ЦВЕТА, ФОРМЫ И ВЕЛИЧИНЫ
  12. ЗАДАЧИ ФИЛОСОФСКОГО ОБОСНОВАНИЯ И РАЗРАБОТКИ МАТЕМАТИЧЕСКИХ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ ВРЕМЕНИ Баранов А.В., Спасков А.Н.
  13. В каком философском направлении поздней античности была предпринята попытка синтеза всей античной философии?
  14. УПРАВЛЕНИЕ ГОРОДСКИМ СОЦИАЛЬНЫМ ПРОСТРАНСТВОМ: ФИЛОСОФСКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ Никулина Ю.В.
  15. СПИСОК РЕКОМЕНДУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ по курсу «Философские вопросы научных представлений о пространстве и времени»