ВАРШАВА

Владимир Григорьевич Орлов родился, согласно оставленным им биографическим данным, в 1882 году в Зарайском уезде Рязанской губернии. Вскоре семья обедневших дворян Орловых решила перебраться на запад Российской империи – в Польшу.
Решение родителей Владимира предопределило во многом его дальнейшую судьбу, по крайней мере, то обстоятельство, что юный переселенец всю сознательную жизнь будет в гуще криминальных, политических и шпионских дел сперва как следователь, потом как крупный врангелевский контрразведчик и уж затем как самостоятельный, но активный борец с международной опасностью – интернациональным коммунистическим движением. В отличие от тихой, провинциальной Рязани, Варшава представляла собой «кипящий котел» политических страстей. Без преувеличения можно сказать, что польская столица стала чемпионом в империи по количеству совершенных на ее улицах и площадях террористических актов. Социалдемократы, эсеры, различные националистические группировки были едины в одном – ненависти к царским властям, к царской администрации, к военным, особенно к жандармам и полицейским. Примечателен такой факт – в одной гимназии с Орловым учились, к примеру, известнейшие впоследствии террористы Иван Каляев и Борис Савинков. Недаром одно из первых «отделений по охранению общественной безопасности», называемых в народе «охранками», было учреждено в Варшаве. Пройти школу политического розыска в польской столице, а тем более руководить отделением, считалось среди жандармских офицеров серьезной заявкой на продвижение по службе в Департаменте полиции. Здесь действительно ковались кадры агентуристов, способных проникать в самые законспирированные революционные организации, разлагать их изнутри, парализуя тем самым опасную деятельность, наносящую реальный ущерб интересам Российской империи. В Польше, кроме того, дислоцировался самый боеготовый военный округ – Варшавский. Понятно, что его штабы, гарнизоны и укрепленные сооружения являлись объектом первоочередного внимания разведывательных служб потенциальных противников России в лице Германии и Австрии. Отсюда и ускоренное развитие контрразведки штаба округа, формирование ядра квалифицированных «охотников за шпионами», чинов прокуратуры и следователей, специализировавшихся на раскрытии вражеских козней. По числу раскрытых в довоенный период иностранных агентов контрразведка Варшавского округа далеко опередила своих коллег. Реальную опасность от шпионской деятельности в этом регионе хорошо осознавали в Петербурге. Недаром, как указывал в своей книге начальник варшавской контрразведки полковник Николай Батюшин, отпуск средств из государственной казны на секретные расходы составлял тридцать тысяч рублей в год, что было в два с лишним раза больше соответствующих расходов штабов Московского и Петербургского округов. С целью повысить бдительность военнослужащих и гражданского населения сообщения о разоблачении шпионов систематически публиковались в газетах. Можно предположить, что подобные публикации не остались без внимания выпускника гимназии Владимира Орлова и, возможно, в какойто степени подтолкнули его к поступлению именно на юридический факультет Варшавского университета. Усердному, пытливому студенту, не отвлекавшемуся подобно многим другим на участие в разного рода тайных кружках и обществах, учеба давалась сравнительно легко. Досрочно сдавая экзамены, он выкроил время на поездку в СевероАмериканские соединенные штаты и прошел там дополнительный курс по криминалистике, уголовной регистрации и постановке учета в следственной сфере. Не получая денег от родителей, Владимир Орлов вынужден был работать по вечерам наборщиком в типографии и даже матросом на мелких портовых судах. Забегая вперед, отметим, что морской эпизод в его биографии классически использовали сначала некоторые эмигрантские деятели, а затем советские «восхвалители» Коминтерна, не обошли вниманием сей факт даже нынешние демократические историки. Дело в том, что с 1907 по 1912 год в Одессе действовала подпольная организация черноморских моряков. Она издавала свою газету – «Моряк», создала крепкие ячейки в некоторых иностранных портах, в том числе в Константинополе и Александрии, наладила транспортировку революционной литературы в Россию. С помощью английской полиции и при деятельном участии секретного сотрудника Одесского охранного отделения, значившегося в полицейской картотеке под псевдонимом Американец, нелегальная организация была разгромлена, многие члены ее осуждены и сосланы на поселение в Сибирь. Уже после Февральской революции допрошенные Чрезвычайной следственной комиссией Временного правительства бывшие директора Департамента полиции Виссарионов и Белецкий показали, что Американец – это человек, связанный с торговым флотом, бывавший в Америке. Для обличителей вчерашних «сатрапов царского режима» большего и не требовалось. Орлов на торговых судах работал – да, и в Соединенных Штатах бывал – факт, как говорится, налицо. Вот и приклеили Орлову кличку Американец. Для пущей убедительности связали его по «тайной службе» с полковником Павлом Заварзиным, который действительно служил в те годы начальником Одесского жандармского управления, а позднее Варшавского и слыл отменным агентуристом, крупным специалистом по борьбе с революционным подпольем. Дело сделано. Сфабрикованная об Орлове информация не раз в течение многих лет воспроизводилась в прессе, статьях и книгах советских и зарубежных авторов. Чтобы поставить точку в этом вопросе, отсылаем читателя к изданному еще в 1918 году эсером В. Агафоновым сборнику «Заграничная охранка», где черным по белому написано, что Американец – это редактор того самого журнала «Моряк» – Антон Попов (он же Семенов), секретный сотрудник полиции, выдавший одесскую организацию революционных матросов. Так что Орлов в этом деле был ни при чем и ярлык провокатора носил незаслуженно.
<< | >>
Источник: Владимир Григорьевич Орлов. Двойной агент. Записки русского контрразведчика. 1998

Еще по теме ВАРШАВА:

  1. Варшава и Ивангород
  2. НОВАЯ СОВЕТСКАЯ ИНТЕРВЕНЦИЯ, ИЛИ ТРЕТЬЯ ПОПЫТКА МИРОВОЙ РЕВОЛЮЦИИ («НА ВАРШАВУ! НА БЕРЛИН!»)
  3. Глава 2. Новая советская интервенция, Или: Третья попытка мировой революции («На Варшаву! На Берлин!»)
  4. № 36 Справка заместителя председателя Совета по делам РПЦ С. К. Белышева о беседе епископа Тимофея в посольстве СССР в Варшаве о присоединении Польской православной церкви к РПЦ1
  5. ОПЯТЬ МИРОВАЯ РЕВОЛЮЦИЯ
  6. Опять Мировая революция
  7. НИЩИЙ
  8. Пограничная провокация
  9. № 166 Письмо А.М. Александрова Г.Г. Карпову о составе делегации священников православной церкви Польши[128]
  10. 6. Церковь Польши на территории, отошедшей к Советскому Союзу в 1939 г., и в так называемом «Генерал-губернаторстве»
  11. Я повсюду дома
  12. № 215 Справка старшего инспектора Совета по делам РПЦ Ананьева о беседе митрополита Дионисия с первым секретарем посольства СССР в Польше Е.И. Длужинским по вопросу о поездке митрополита в Москву для встречи с патриархом Алексием
  13. Почему остановилась Красная Армия?
  14. Петербургская конвенция 1793 года
  15. № 143 Письмо А.М. Александрова Г.Г. Карпову о полученном руководством православной церкви в Польше приглашении посетить Москву[116]
  16. Армия Людова
  17. № 71 Записка А.П. Павлова Г.Г. Карпову о содержании письма митрополита Варшавского Дионисия патриарху Алексию1
  18. Прорыв приграничной обороны польской армии
  19. «Чудо на Висле»
  20. СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ