<<
>>

Священный СКОТ — «ызых»

С древнейших времен кочевники Хонгорая для того, чтобы сберечь свои стада, создали культ освящаемых животных - «ызыхов». Согласно мифам, он возник под влиянием горных духов, от которых хонгорцы заимствовали основные черты своей культуры.

Культ священных домашних животных существовал также у тувинцев - «ыдык», у алтайцев - «ыйык» и у тянь-шаньских кыргызов - «ыйык». Уклад духовной жизни, связанный с почитанием освящаемых домашних животных, носил название «ызых чурты»- букв, священная обитель.

В каждом хакасском хозяйстве выбирались животные особой масти под названием - «ызых», освящаемые шаманами и служителями бурханизма - «алгысчылами». «Ызыхи» выполняли охранительные функции по отношению к стаду своего хозяина. Они оберегали скот и семью номада от болезней, способствовали увеличению приплода, ограждали стадо от нападения хищных зверей и даже от воров. Посвященные животные - «ызыхи» носили также иносказательные названия: «мал худы» - жизненная сила скота; «малныц ээзЬ> - дух-хозяин скота; «к1з! хуягы» - броня, т.е. оберег человека; «к!з! хадарчызы» - страж человека и т.д.

Хакасы называли себя трехстадным народом (ус оор маллыг чон), ибо разводили три вида скота: лошадей, коров и овец. В связи с этим их освящаемые животные - «ызыхи» выбирались только из указанных пород. Не служили в качестве «ызыхов» верблюды и козы, не освящались кошки и собаки.

Хонгорский термин «ызых» - священный, святой, освящаемый - восходит к глаголу «ыс-» - посылать, отправлять, т.е. отправленный духам. В фольклоре встречается выражение «ызых ызарга» - ставить (отправлять) освящаемое животное (коня) горным духам72.

В хакасском языке слово «ызых» обозначает широкий круг священных объектов: звери и птицы, горы и реки, люди и боги. Например, тигров, барсов, соболей и оленей именовали «ызых ацнар» - священные звери, т.к. для их добычи требовался выкуп в виде угощения (той). Их шкуры выделывали мужчины или девушки, а женщинам запрещалось к ним прикасаться ножом. Кукушка, ласточка, трясогузка, огарь (турпан) считались священными птицами - «ызых хус». Хакасы перед ними испытывали благоговейный страх. К священным деревьям - «ызых агас» относится кедр. На него запрещалось подниматься женщинам.

На территории Хонгорая многие топонимические названия носят определение «ызых» - священный. Например, «ызых кол»-священное озеро, «ызых таг» - священная гора (около 10 оронимов), «ызых чул» - священный ручей (более 10 гидронимов) и т.д.73 Топонимические названия связаны с местами бывших бурханистских молений небу, где запрещалось находиться женщинам.

. В данном разделе речь пойдет об освящаемых домашних животных, которые назывались общим именем «ызых - толыг» - т.е. священный скот, требующий жертвы (букв, священный выкуп). В связи с этим период проведения жертвоприношений скоту носил определение «ызых - толыг тузы» -

время святого выкупа. Весной на хакасский Новый год (чыл пазы), когда начинала куковать кукушка и появлялась новая луна, в новых семьях скотоводов совершали обряд «ызых саларга» - букв, поставить освящаемое животное. Обычно впервые «ызыхи» ставились хонгорцами, у которых произошел падеж скота или заболели члены семьи. Для посвящения выбирали кастрированный скот - меринов, волов и валухов.

Однако в виде исключения «ызыхами» могли служить и жеребцы, и кобылицы, и быки, и коровы, и бараны, и овцы.

Срок службы освящаемого животного - «ызыха» (ызых тим1) ограничивался тремя или шестью годами. Коня - «ызыха» освящали в трехлетием возрасте (тай), а отпускали со «службы» в семь или девять лет. По данным Е.К. Яковлева, до девяти лет держались кони - «ызыхи» сивой и соловой мастей, как старшие по рангу, а все остальные - до семи лет74. Волы - «ызыхи» освящались в трехлетнем возрасте и держались до семи или до девяти лет. Валухи - «ызыхи» ставились в годовалую пору и менялись через каждые три года, в редких случаях - через шесть75.

При выборе масти необходимого «ызыха» хакасский скотовод обращался за помощью к шаману или к служителю бурханизма - «алгысчы- лу». Если нужной масти в стаде не было, то приходилось покупать на стороне. Обычно освящаемые животные передавались по наследству от отца к младшему сыну. Если не было прямых наследников по мужской линии, то «ызыхи» переходили к дочери и принимались ее мужем. В том случае, когда у хозяина не было детей, тогда «ызых» мог передаваться брату.76

Во время обряда «ызых саларга» в волосы хвоста, гривы или загривка освящаемого животного вплетали сшитые жильными нитками парные ритуальные ленточки «ызых чаламазы» - священные флажки, цветовая гамма которых соответствовала масти скота. Например, вороному коню вплетали черные и белые «чалама»; сивому - голубые и белые; бурому - коричневые и белые; рыжему - красные и белые и т.д. У коня украшались ленточками нижняя часть гривы, называемая - «ызых чилні» - букв, священная грива и хвост, у вола они повязывались на шею и хвост, у валуха вплетались в загривок (чогдыр) и на основание курдюка. Волосы и шерсть «ызыхов» стричь запрещалось. Гриву и хвост освящаемого коня заплетали как косу (тулуц) замужней женщины, против часовой стрелки. В данном случае плетение отличалось от коня «хойлага», забиваемого на могиле умершего хозяина, у которого гриву и хвост заплетали вместе с ритуальными флажками «чалама» по часовой стрелке, т.е. как косу вдовы.

На обряде «ызых саларга» коню надевали специально приготовленную сбрую - «ызых тирии», состоявшую из серебряной уздечки, поверх которой прикрепляли волосяной недоуздок - «ызых нохтазы», свитый из шерсти белого ямана или белого конского волоса. Перед обрядом сбрую окуривали богородской травой. В дальнейшем для коня «ызыха» запрещалось использовать чужую сбрую, особенно принадлежащую женщине. Иначе «ызых» заболеет и погибнет (пулайсып).

Для обряда освящения коня «ызыха» изготовлялся специальный жезл -«ызыхсабыды» или «ызых сапхынчызы», представлявший березовую ветвь длиной более одного метра с привязанными лентами «чалама» двух цветов (согласно масти животного). Сколько насчитывалось членов семьи, столько «чалама» привязывалось к жезлу. Невестки в это число не входили. Во время обряда жезл «ызых сабыды» передавался в руки главе моления «пурхан алгысчылу».

Для каждой масти освящаемого коня «ызыха» имелся особый фетиш «ызых тозі», служивший его оберегом. В юрте он хранился на южной (мужской) стороне под стропилами крыши. Универсальным фетишем для коня «ызыха» служила ритуальная одежда в виде хакасской рубахи под названием «ызых чагазы» - священная чага. Цвет фетиша «ызых чагазы» соответствовал масти животного. При обряде «ызых саларга» его окуривали богородской травой, после чего руководитель «алгысчыл» набрасывал «ызых чагазы» себе на плечи, а в нужный момент обмахивал им коня «ызыха». Необходимыми атрибутами для освящения животных «ызыхов» являлись деревянная ложка (ах сомнах) и деревянная чашка (ах чірче). Во время обряда в чашку наливали араку или молоко, а ложкой кропили на освящаемое животное и давали ему из них выпить.

При освящении животного - «ызыха» священнослужитель алгысчыл отправлял его душу - к мифическому духу-хозяину - «Ызых хану». С этих пор избранная скотина находилась под особым покровительством «Ызых хана».

После завершения обряда «ызых саларга» недоуздок «ызых нохта- зы», жезл «ызых сабыды», чашку и ложку заворачивали вовнутрь рубахи - фетиша «ызых чагазы» и складывали в специальный берестяной кузов В обычные дни берестяной багаж вместе с амуницией «ызыха» хранился высоко за стропилами южной стороны юрты (пас параан) или под крышей кумирни - амбара. В некоторых местах привязывался арканом к высокому шесту в степи на месте пастбищ. Женщинам, особенно вдовам, запрещалось близко подходить к принадлежностям «ызыха», а тем более прикасаться к ним. Если женщина возьмет в руки жезл, недоуздок или фетиш «чага», то «ызых» может ее поразить насмерть. Брать их имел право только сам хозяин. Невесткам запрещалось даже заходить в кумирню, где хранились священные предметы. Если женщина поднимется на крышу скотного двора, а тем более юрты, то скот заболеет (пулайсып), ибо освящаемые животные «ызыхи» брезгуют женской нечисти, тем более находящейся над ними (ызых - толыг чиркинче).

В каждом хозяйстве держали по несколько «ызыхов». Большое значение придавалось масти животного (тук). В ранние времена каждый хонгорский сеок, а в XIX веке даже фамилия держали освящаемый скот определенной масти. Например, род кыргыз держал сивых коней «ызыхов», сеок хахпына - каурых, род аба - гнедых, сеок хызыл - мухортых и т.д. Кроме того, даже подразделения сеоков соответствовали масти своих коней «ызыхов». Цвет масти «ызыхов» не менялся в роду и за этим тщательно следили шаманы и служители бурханизма «алгысчылы».

Самыми почитаемыми животными у хакасов считались лошади. Среди них освящались кони 12 мастей: сивые (кок), серые (пора), белые (манган), белесые (ах чангмыл), соловые (сарыг), буланые (ой), чубарые (па- рыс чохыр),чалые (хыр), рыжие (позырах), карие (курец), вороные (хара) и каурые (хоор). В сагайской части Хонгорая дополнительно встречались игреневые (сабдар), мухортые (халтар) и гнедые (торыг) масти. Освящаемых коней «ызыхов» пестрой масти (ала) у хакасов не было. Согласно легендам, лошади указанной расцветки не относятся к древним в Хонгорае. Они были получены от монгольского хана в качестве подарка богатырскими братьями Сыгда и Сыбы, возглавлявшими сеок «иргит».

По хакасской мифологии, жеребята вышеприведенных 12 мастей были брошены на произвол судьбы на древней прародине в стране Ойрат (Северо-Западная Монголия). Покровитель скотоводства «Ызых хан» наказал хонгорцев, и они стали сильно хворать. Чтобы оградить народ от напасти, шаманы вынуждены были отправить своих духов в страну Ойрат, пригнать брошенных животных в Хонгорай и поставить их в качестве «ызыхов» между всеми сеоками77.

Согласно своим мастям, кони «ызыхи» разделялись на великих (улуг ызых) и малых (кичиг ызых). Среди великих «ызыхов» самыми почитаемыми являлись кони сивой (кок пора, ах пора) и белой (ах манган) мастей, доставшиеся хонгорцам от их древних предков - кыргызов. Мифические духи-хозяева сивого и белого коней - «ызыхов» обитали на небе в созвездии Малой Медведицы (Ах ат-Кбк ат чылтыс - букв. Звезда синего и белого коней). Поэтому они носили второе название «небесные ызыхи» (кок тигир ызых, ах тигир ызых). Сивый конь «ызых» был верховой лошадью Кокетея, сына Громовержца - «Кугурт хана». На нем Кокетей летал вокруг Земли и поражал грешников молнией. По другим данным небесный ызых имел отца святого Архая (Архай Пурхан), а мать - Святое Небо (Тигір Пурхан). На земле дух-хозяин сивого «ызыха» имел стоянку в Джунгарии (Ойрат чирі одаглыг- букв. Имеющий оток в Ойратской земле)78. Вероятно бурханистский культ «ызыхов» возник во времена средневековья, когда кыргызы составляли единый союз с ойратами «Дербен Ойрат».

Главой коней «ызыхов» белой масти являлся Громовержец-«Кугурт хан», имевший второе имя «Адам Пайта-хан». Шерсть белого «ызыха» должна напоминать чистоту снега. Храп и копыта соответственно должны быть белыми, а глаза зелеными. Кугурт хан ездил верхом на белом коне «ызыхе», держал в руках чембур из белых серебряных нитей, был он «в белой шелковой шапке, в белых сафьяновых сапогах и в таких же перчатках; одежда на нем из чистого серебра;... он царь над всеми духами»79.

После разгрома монголами Хонгорая, когда население было угнано за Алтай, в горах Оглахты скрывался белый конь «ызых», оставшийся от кыргызов. Его заметили, подкараулили и убили койбалы из рода хай- дынг. За этот грех дух-хозяин белого коня «ызыха» истребил указанный койбальский род. С тех пор хакасы не стали держать белого «ызыха» (ах манган). Он стал применяться только на Небесном жертвоприношении и при бурханистских ритуалах (ах чайан ызыгы). Небесные кони «ызыхи» жестоко относятся к нарушителям обычаев Белой веры. Если человека покарает небесный «ызых», то у него начинает сильно болеть голова, что приводит к умопомешательству.

К разряду небесных «ызыхов» относились кони масти «ах чацмыл», т.е. белой расцветки с красно-медным храпом и черными глазами, а также «парыс чохыр», т.е. белой расцветки с черными пятнами (букв, пестро-барсовый). Обитель «пестро-барсового» коня - «ызыха» находилась на небе в созвездии Большой Медведицы (Чит1ген). Этот конь служил ездовым животным у мифического верховного творца Улгенниг-хана. Вполне возможно, что «ызыхи» барсовой масти держались в честь снежных барсов - бывших тотемных животных кыргызов.

Освящаемый конь соловой масти (сарыг ызых) завершал плеяду великих хранителей скота. Соловый «ызых» принадлежал духу-хозяину «Адам - Чалбарту», местообитание которого находилось на горе Чалбарт (в верховьях Абакана около г. Абаза). Исходя из материалов Н.Ф. Катанова, можно предположить, что он выступал покровителем сеока «сарыглар»>, одним из родоначальников которого был Адам-Чалбарт80. Согласно другим версиям, соловый «ызых» служил ездовым конем девы Салыг или Хыс-Хуба, прибывшей в долину Енисея из страны Сарыг Соян, т.е. Западной Тувы или страны Торбет, т.е. Северо-Западной Монголии. Прародитель сеока «пурут» Ир Тохчын, привезший из Монголии деву Салыг в жены своему сыну, не позволил ей совершить жертвоприношение духам страны Торбет, из-за чего она окаменела, а душа превратилась в белого зайца. С тех пор сеок «пурут» стал держать в качестве «ызыха» солового коня, на котором в Хонгорай прибыла старая дева Салыг. «Торбетский» дух-хозяйка теперь вечно ездит на «бело-саврасом коне, узда с желтым шелковым чембуром, в желтой одежде из плиса, в красной шапке, в желтых сафьяновых сапогах»81. Она носит золотые серьги и серебряный нагрудник «пого». Фетишем для солового «ызыха» служил «хозан тбс» - заячий тёсь или «салыг тос» (у сагайцев). При ритуалах использовали хакасскую рубаху желтого цвета «сарыг чага». Соловый «ызых» украшался священными лентами желтого и белого цветов (сарыг чалама).

К категории малых «ызыхов» относились освящаемые кони карей масти (курен). Они служили ездовыми животными горных духов и поэтому именовались «таг ызыгы» - горные «ызыхи» или «чир ызыгы» - земные «ызыхи». Они обязательно должны были принимать участие в ритуалах горных жертвоприношений (тагтайыг).

Карий «ызых» достался хонгорцам в качестве приданого (хыс хогдазы) горной девы, прибывшей в Хонгорай на коне коричневой расцветки, чтобы стать супругой пращура черноголовых людей. На нем запрещалось ездить даже хозяину, иначе горные духи оскорбятся и отвернутся от скотоводов. Невесткам не разрешалось носить одежду одного цвета с карим «ызыхом». Его грива и хвост украшались коричневыми и синими лентами (куренг чалама). Фетишем служила хакасская рубаха темно-коричневого цвета (хара курен чага). Во время ритуалов использовался жезл «курец сабыт» с повязанными коричневыми и синими лентами (чалама).

В ранге «малых» «ызыхов» находился освящаемый конь рыжей масти (хасха хан позырах - букв, кроваво-рыжий с белой полосой на лбу). Его мифическим духом-хозяином считался Чизе-Хан Солагай - букв. Медный Царь Левша, стреляющий без промаха. В сагайской части Хонгорая духом-хозяином рыжего «ызыха» слыл Хан-Кинен или Тубенге-Хан, покровитель войны и охоты, сын китайского императора. Место обитания мифического хана рыжего «ызыха» находилось в Китае, где расстилается красный песок и растет красная лоза, где в центре Земли стоит семигранный красномедный столб82.

Грива и хвост рыжего «ызыха» украшались красными и белыми лентами (хызыл чалама). Фетишем служил «хызыл тос» (у качинцев) или «кинен тос» (у сагайцев). Во время поклонения рыжему «ызыху» применялся жезл - «хызыл сабыт» с привязанными красной и белой лентами.

Вороной «ызых» прибыл в Хонгорай из Монголии через Кузнецкую чернь (Аба тура чир1). Его духом-ханом считался Хара-Тума, являющийся покровителем кузнечества. Он является сыном правителя Черной Монголии, находящейся в центре Земли, где стоит железный столб, служащий коновязью черного «ызыха».

Г рива и хвост вороного коня «ызыха» украшались ритуальными лентами черного и белого цветов (хара чалама). При молении на него усаживали фетиш «хус тос» (у качинцев) или «тума тбс» (у сагайцев). Если со стороны людей наблюдалось непочтительное обращение, то вороной «ызых» мог наказать виновных тифозными болезнями.

Освящаемый конь «ызых» гнедой масти принадлежал мифическому главе шаманов Адам-хану. На нем ездил Кормес-хан, великий страж дворца Адам-хана, устанавливающий истинность шаманского дара. При молениях душу гнедого «ызыха» отправляли в верховья Абакана, где находился призрачный дворец Адам-хана. Согласно мифам, гнедую масть создал Ирлик-хан и поэтому шкура таких лошадей шла на изготовление шаманских бубнов. Освящаемые шаманами «ызыхи» гнедой масти не вошли в систему бурханистских культов.

За лошадьми «ызыхами» ухаживали только домохозяева-мужчины. Они их могли изредка седлать под верховую езду. Женщинам запрещалось прикасаться даже к поводу коня «ызыха». Исключение составляла мать, родившая и воспитавшая девятерых сынов, а также дочь хозяина до появления регулов. Категорически запрещалось запрягать «ызыха» в телегу. Не разрешали другим садиться верхом на коня «ызыха», иначе этот человек заболеет, а хозяин потеряет рассудок.

«Ызыхами» крупного рогатого скота становились волы, в редких случаях быки. Содержание коровы в качестве «ызыха» было обременительным, ибо ухаживать за ней и доить могли только незамужние женщины, причем молочный скот можно было доить только после третьего теленка. Номады степной части Хонгорая коровьих «ызыхов» (шек ызыгы) почти не держали. В основном они были распространены у подтаежных сагай- цев и кызыльцев, где, как правило, держались волы «ызыхи» бурой масти (курец). Они принадлежали горным духам и поэтому назывались «чир ызыгы» - т.е. земляной «ызых». В хозяйстве они освящались вместе с карими конями «ызыхами», т.к. оба вида принадлежали горным духам. В хвост коровьего «ызыха» бурой масти вплетались ритуальные ленты красного цвета.

В редких случаях встречались волы «ызыхи» другого окраса. Так, например, у сеока «аара» коровьим «ызыхом» был вол черной масти, у сеока «ичеге» - белый бык с красными ушами, у сеока «том» - мухортый бык, у сеока «сайын» - чубарый вол.

Третьим видом освящаемых животных Хонгорая были овцы «хой ызыгы». Среди них обычно служили оберегами отар рогатые валухи желтой расцветки с красными щеками (сарыг хой ызыгы). Их духом-покро- вителем считался Кирбе-хан, обитавший на востоке, в Саянских хребтах, где возвышаются удивительные вершины гор Ыргах-Таргах. Поэтому овечий «ызых» назывался вторым именем «шгерю ызых» или «1скерю ызых» - т.е. восточный «ызых». Интересно будет отметить, что перевал, расположенный рядом с горами Ыргах-Таргах, называется «Кой- арт» - букв. Овечий перевал.

Овечий «ызых» украшался красными и синими ленточками «чалама», привязанными на загривок и на основание курдюка. Его фетишем служил «хозан тбс» - заячий тёсь или «шкерю тбс» - восточный тёсь, которого садили на спину валуха при обряде. Он насылал зубную боль и глазные болезни.

Помимо указанной масти, среди овечьих «ызыхов» хонгорцами держались валухи белой расцветки с черными ушами (хара наахтыг ах хой ызыхтыг). По своей расцветке они напоминали почитаемого белого зайца. Поэтому его фетишем также служил «хозан тбс» - заячий тёсь. Местожительство его духа - хана (ызых ханы) находилось или в Туве, или в стране Торбет.

В редких случаях встречались валухи «ызыхи» черной расцветки со светложелтыми щеками.

Надо особо отметить случай освящения сагайцами домашней птицы. Например, в долине Аскиза фамилия Угдыжековых в качестве «ызыха» держала красных петухов. Идентичный обычай существовал у тянь-шань- ских кыргызов, которые «ыйыком» делали иногда курицу.84

Ежемесячно на полнолуние (ай толызы) хозяин окуривал священное животное «ызых» богородской травой и окроплял аракой (в подтаежной местности - ячменным квасом «абыртхы»). Если не совершать обряд окуривания и кропления, то от воздействия окружающей нечисти (пуртах) «ызых» заболеет (пулайсып).

Когда освящаемое животное «ызых» погибало, то снимали шкуру вместе с головой и конечностями, которые вешали на лиственницу в лесу. В степной части Хонгорая устанавливали на четырех столбах настил, куда водружали тушу. По объяснению стариков, погибший святой скот не должен достаться ни волкам, ни собакам.

В том случае, когда на скот нападал мор, то подозревали «ызыха» в нерадивости и заменяли его. Если «хранителя» скота украли, тогда верили, что хозяина ждет несчастье. На потомство «ызыха» святость не распространялась и приплод можно было колоть на мясо.

Нерадивый хозяин, забывающий свои обязанности по отношению к освящаемым животным, наказывался «ызыхами». Среди хакасов существовало выражение «ызых хароланды» - получил возмездие за непочтительное отношение к «ызыхам». В гневе они подвергали главу кочевого стойбища и его членов различным заболеваниям, называемым «ызых - толыг урунганы» - букв, столкновение с «ызыхом». При недомогании человека от действий освящаемых животных совершали обряд «ызых кбд1рерге» - букв, поднять «ызых». Важно отметить, что аналогичный обряд «ыйык котору» существовал у тянь-шаньских кыргызов. Под руководством служителя бурханизма «алгысчыла» совершалось жертвоприношение, во время которого священный скот привязывался к дверям юрты. Руководитель моления, держа в руках жезл «ызых сабыды», обращался к «Ызых хану» - мифическому духу - хозяину освящаемого животного. «Пурхан алгысчыл» просил прощения для хакасских номадов, дабы покровитель скотоводства унял свою обиду и прекратил месгь. В ответ «Ызых хан» предъявлял свои претензии, которые необходимо было исполнить. Хозяин семьи и больные родичи, сидя на белых кошмах, кланялись «ызыху», обещая ради него все сделать. Затем освящаемое животное обмывали водой с заваренным тимьяном (ирбен). Все участники обряда «ызых кбд1рерге» должны были после этого обмыть свои руки и лица оставшимся отваром. Успокоившийся «Ызых хан» отступал от кочевья, забирая болезни.

В некоторых случаях в царство мифического духа-хозяина «ызыха» попадала душа («чула») человека, который чрезмерно вкладывал свои старания в скотоводческое хозяйство (малга харасхах). Эта крайность тоже наказывалась. Признаком потери души, уведенной «Ызых ханом», являлось постоянное желание спать. В таком случае совершали обряд «ызых код1рерге».

Два раза в году, на новолуние, в Хонгорае проводили обряды - «ызых чугчан улукун» - букв, праздник обмывания священного животного. Весной, когда вскроются реки и прилетают птицы, когда появляются листья на березе и зазеленеет трава (апрель), и осенью, когда застывает земля и улетают птицы, когда опадают листья на березе (октябрь), совершали необходимые обряды очищения.

На праздник «ызых чугчан улукун» или «ызых улукун» собирались все жители аала. Ритуал проводился под руководством алгысчыла - служителя Белой веры. Шаманы в этом мероприятии не участвовали. Почтенные алгысчылы на голову надевали девичью шапочку «сахпа», а на плечи набрасывали ритуальную рубаху «чага». В руках они держали жезл «сабыт», лентами которого обмахивали «ызыха». На возвышенном месте недалеко от селения устанавливали коновязный столб - «сарчын» и священную березу «пай хазыц». К коновязи привязывалось освящаемое животное. Если это был конь, то ему надевали серебряную уздечку. Ветви березы украшались ритуальными флажками «чалама», попарно сшитыми вместе. С восточной стороны «пай хазын» расстилали белую кошму, на которой торжественно восседал до и после моления «пуурхан ал- гысчыл». Под южным краем березы ставился жертвенник «алтын сирее» (тасхах) - столик из березовых ветвей на четырех колышках. Рядом с ним находились три кадки (сабан) с жертвенным напитком «абыртхы». Для коня «ызыха» требовалась большая кадка, для вола - поменьше, для валуха - небольшая посудина.

Если хозяин держал несколько освящаемых животных «ызыхов», то соблюдалась очередность. Сначала обмывался конский «ызых», через неделю - коровий. Овечьих «ызыхов» очищали в один день вместе с любым крупным животным.

Праздник начинался с ритуала окуривания участников ароматическими травами (ирбен, арчын). Каждую ленточку «чалама», прежде чем повесить на священное дерево, окуривали дымом богородской травы. Мужчины садились вокруг огня с южной стороны священной березы, подогнув ноги по-турецки. Женщины устраивались поодаль с северной стороны от ритуальной площадки. Невестки обязательно накрывали голову и плечи платками. Их одежда не должна была иметь расцветку, общую с мастью животного «ызыха». Женщины не имели права близко подходить к обмываемому «ызыху» и священной березе.

Во время первого действия освящаемому животному заменяли старые ритуальные ленточки «ызых чаламазы» новыми. Они бьши попарно сшиты жильными, нескрученными нитками, без узелков на конце. Новые ленточки предварительно окуривались богородской травой (ирбен) или вереском (арчын). На коня «ызыха» надевали недоуздок «ах нохта», предварительно очистив его дымом тлеющего тимьяна. Затем животное окуривалось ароматическими травами, во время которого следовал троекратный обход участников обряда по солнцу вокруг него и березы. Процессию возглавлял алгысчыл.

Потом приступали ко второму действию, когда «ызыха» обмывали отваром богородской травы (ирбен суу), приготовленном в казане. Хозяин «ызыха» три раза поливал хребтину животного от холки до хвоста, черпая отвар ложкой из деревянной чашечки (хара чірче). После каждого раза обмытые места протирали пучком тимьяна. Оставшимся отваром поили детей и умывали лица присутствующих со словами: «Будьте здоровы!».

Затем «ызыха» три раза обмывали кипяченым молоком, надоенным непорочной девушкой от белой коровы или белой кобылицы. Животное три раза окропляли молоком и три раза поливали им из чашки хребтину, протирая ее после каждого раза рубахой-фетишем (чага) и пучком богородской травы. У коня «ызыха» обмывалась также сбруя. Остатки моло- ка давали выпить «ызыху» и присутствующим, со словами: «Пейте воду Молочного озера - Суттіг кол, кормитесь травой горы Сумеру!».

В заключительной части второго действия на «ызыха», березу и на людей «пуурхан алгысчыл» кропил вином «іліг арагазы» или жертвенным напитком «абыртхы» (у сагайцев). Во время брызгания жезл «сабыт» укладывался в локоть правой руки. Чашка держалась в левой руке, а ложка в правой. Остатками вина, предназначенного для кормления духов, алгысчыл из чашки угощал «ызыха» и вместе с ним хозяина. Закончив обмывание, животное насухо протирали ритуальной рубахой «чага».

Во время обряда обмывания участники, не крестясь, кланялись «ызыху». «Пурхан алгысчыл» почтительно его благословлял: «Ты покровитель простых людей! Ты страж усадьбы хозяина! Ты ангел-хранитель мирян! Ты глава пасущегося скота! Ты господин святого дворца!»85.

После окончания омовений на спину освящаемого животного алгысчыл усаживал фетиш «ызых тозі». Сначала он его очищал окуриванием богородской травы, а затем прикладывал три раза попеременно то с одного, то с другого бока. Затем он водружал фетиш на спину «ызыха». В этот момент все участники падали ниц перед святым животным. После низких поклонов фетиш снимали со спины, подносили к морде «ызыха» и давали ему обнюхать идола. Потом хозяин праздника относил фетиш на его обычное место в юрте.

В завершение праздника «ызых улукун» священное животное обводили вокруг березы «пай хазын» три раза по солнцу, совершая гадание «торік». На крестец посвящаемой лошади ставили фетиш и чашку, наполненную молоком, вместе с ложкой. Если чашка с ложкой и тёсем долго держались на спине, а затем падали на землю дном вниз, а фетиш лицом вверх, то этот знак предвещал успех и все участники обряда радостно восклицали «ах торік» - т.е. белая судьба. Кроме того, если конь «ызых» вдобавок фыркал три раза, то верили в хороший исход дела. С другой стороны, если чашка и идол сразу свалятся с коня и тёсь упадет лицом вниз, а чашка кверху дном, то это считалось плохим предзнаменованием и тогда в отчаянии кричали «хара торік» - черная судьба, т.е. плохое предзнаменование. В таком случае гадание приходилось повторять три раза. После троекратного выпадения неудачного гадания «хара торік» животное «ызых» надо было менять и заново совершать обряд обмывания.

Атрибуты «ызыха» - недоуздок «ах нохта» и рубаха-фетиш «чага» в течение трех дней оставались привязанными к коновязному столбу на ритуальной площадке. После чего хозяин, окропив их молоком, укладывал в берестяной кузов и засовывал за стропила юрты.

Каждый год, на новолуние в июне, совершали жертвоприношение «кок ызых тайыг» - празднование небесного ызыха. Для карего «ызыха» моление совершали через каждые три года и оно соответствовало горному жертвоприношению. Надо отметить, что освящаемые кони «ызыхи» присутствовали практически на всех общественных молениях. Если забывали делать жертвоприношение «ызыху», то мифический глава «Ызых хан» раздражался на хакасов и насылал болезни (ызых урунча).

Накануне жертвоприношения к дверям юрты хозяина привязывали коня «ызыха». Тут же прислоняли березу, выкопанную с корнями. В юрте на веревках развешивали семь и девять мужских рубах (7 чага чидектіг, 9 чага голыглыг). На столик ставили семь и девять бутылок араки, никем не пробованной. Всю ночь праздновали, а утром отправлялись на священную гору, где устанавливали березу и вкапывали столб для коня «ызыха». Под березкой устраивали жертвенный столик. Жертвой служил белый ягненок с черными ушами, соответствовавший виду почитаемого зайца. Его забивали способом «озеп», т.е. вспарывали грудь и разрывали аорту. Сваренное мясо складывали на жертвенный столик. Правые части туши - лопатка, ребра, а также легкие и сердце помещались на поднос «ьгзых типсізі» и вместе с ним три раза обходили по солнцу березу. С подноса поднимался горячий пар (оор тударга).

Все участники обряда прикрепляли к головным уборам ритуальные флажки «чалама», соответствовавшие цвету ленточек, вплетенных в гри ву и хвост коня «ызыха». Ленты жезла «сабыт», согласно цветовой символике, также имели одинаковый цвет. Например, если делали жертвоприношение сивому коню «ызыху», то в его гриву и хвост вплетали синие и белые ленточки (ах-кбк чалама), жезлом служила березовая ветвь с привязанными синими и белыми лентами «кок сабыт», в качестве фетиша использовалась мужская рубаха «кок чага», сшитая из синей дабы, а женщины, сидевшие поодаль, укутывались в материал синего цвета.

Во время трапезы мужчины ели мясо правой стороны туши, а женщины -левой стороны. Соль не употреблялась. Жертвоприношение завершалось гаданием «торж».

После достижения освящаемым животным своего лимитного возраста (трех, шести или девяти лет) совершался обряд «ызых чулирга» - снятие святости. «Ызых» привязывался на ритуальной площадке к столбу. Забивали жертвенную овцу. Кости расчленяли по суставам. Нижнюю челюсть отрезали вместе с дыхательным горлом. Горячее отваренное мясо клали на столик под березой. Во время обряда руководитель «пурхан алгыс- чыл» обращался к мифическому духу «Ызых хану», у которого забиралась обратно душа освящаемого животного «ызых чулазы». Животное обмывали отваром богородской травы и затем снимали с него ритуальные ленты «чалама». Отпущенное со своего поста животное называлось «чулаан ызых»86. Его можно было забивать на мясо, а если это был конь, то на нем верхом можно ездить даже женщинам. Однако мясо «ызыха» запрещалось есть хозяину, поэтому его продавали на осенний забой (согым) чужим людям. Согласно хакасским представлениям, тамги освящаемых коней «ызыхов» рисовались горными духами на скалах священных гор. После их вывода из состава «ызыхов» тамги исчезали.

Итак, культ освящаемых животных «ызыхов», зародившись во времена родового строя, стал частью религиозных верований шаманизма, а затем был принят хакасским бурханизмом. Праздник омовения и освящения «ызыхов» проводился как шаманами, так и служителями Белой веры.

В годы Советской власти данный культ был запрещен, и хакасы с горечью говорят: «ызых чурты талал парды»- разрушился уклад жизни, связанный с почитанием освящаемых животных - «ызыхов».

<< | >>
Источник: Бутанаев, Виктор Яковлевич. Бурханизм тюрков Саяно-Алтая. - Абакан: Издательство Хакасского государственного университета им. Н.Ф. Катанова. - 260 с. Илл.. 2003

Еще по теме Священный СКОТ — «ызых»:

  1. Глава IV КОРАН - СВЯЩЕННАЯ КНИГА МУСУЛЬМАН; СУННА - СВЯЩЕННОЕ ПРЕДАНИЕ; ШАРИАТ - МУСУЛЬМАНСКОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
  2. 2. ИОАНН СКОТ ЭРИУГЕНА
  3. ИОАНН СКОТ ЭРИУГЕНА
  4. Дунс Скот и контратака францисканцев
  5. Глава VIII. ИОАНН СКОТ
  6. 11. ИОАНН ДУНС СКОТ 11.1. Жизнь и сочинения
  7. Глава IV Источники: Дунс Скот и Мерсенн
  8. 2. ИОАНН СКОТ ЭРИУГЕНА 2.1. Первая теоретизация "рацио" в функции веры
  9. Священное и профанное
  10. Глава 2 СВЯЩЕННАЯ ГРОБНИЦА
  11. СВЯЩЕННОЕ ПИСАНИЕ в славянском мире
  12. ГЛАВА 2. Священные источники суфизма
  13. Система подготовки священно- и церковнослужителей
  14. О священных предметах
  15. СВЯЩЕННЫЕ МЕСТА