<<
>>

е) Иосиф Вривший и Геннадий Схоларий

Интересные суждения об исламе, строго придерживаясь святоотеческой традиции, высказали монах Иосиф Вриенний (за несколько лет до захвата Константинополя турками) и первый после падения столицы Византии Патриарх и национальный лидер греков Геннадий Схоларий, имевший три дискуссии о вере с самим завоевателем города Магометом и одну - с высокопоставленными турецкими чиновниками в Серрах141.

Иосиф Вриенний, учитель святого Марка Евгеника и Геннадия Схолария, защитник Православия, противостоявший экспансии папизма, высказывается по поводу мусульманства в послании к некоему Максиму, перешедшему из Православия в римо-католичество. Этот Максим пытался увлечь в католичество и других людей, рассылая им письма и заботясь, якобы, об их спасении, а на самом деле, по мнению Вриенния, делая это для того, чтобы убедить самого себя в правильности своего выбора и заглушить голос совести, обличающей его как вероотступника. Одно из таких писем получил и Иосиф Вриенний, написавший ответное послание - «Брату Максиму-итальянцу, из греков, проповеднику»142. Значительная часть из тех ответов, которые дал своему оппоненту Вриенний, вошло и в другой его труд: «Слово о единении Церквей»143.

В качестве одного из аргументов против Православия отступник Максим приводит благоденствие Запада и несчастье православных, которое он объясняет их бого- оставленностью. Если бы дело обстояло так, возражает ему Иосиф, тогда образчиком благочестия являлись бы агаряне — этот, по его словам, «гнусный и безбожный народ»: «Если ты, Максим, об истинности веры судишь по материальному благополучию, тогда тебе надлежит признать ныне благоденствующих агарян более благочестивыми, чем мы. По твоей логике, этот гнусный и безбожный народ, воздвигающий хулу на Иисуса Христа, Бога нашего, оскверняющий себя на всякий час противоестественными плотскими совокуплениями, благочестивее нас — тех, которые, даже не находя в себе ничего иного достойного похвалы, могут, по крайней мере, похвалиться своей верой во Христа и тем, что приняли Свя- тое Крещение». Агаряне, пишет он далее, восстают не только против нас, но и против Самого Бога христиан, которые, претерпевая всякого рода скорби от «богопротивных» завоевателей, становятся Мучениками, Бог вознаграждает их мученическими венцами за то, что они отказываются принять веру агарян и их мерзкий образ жизни, предпочитая умереть за Христа. «Имея возможность последовать проклятым и нечестивым обычаям этих безбожников и, живя, подобно им, в сладострастии и беззаконии, пользоваться от них всякого рода почестями, они не только не меняют образа своей жизни, но и являют готовность быть ненавидимыми и гонимыми, и даже умереть насильственной смертью. А какое счастье выше того, чтобы пострадать за Христа?» Мы не приводим здесь размышления монаха Иосифа о различиях в духовном состоянии латинян и православных, которые, несмотря на постигшие их бедствия и порабощение многих из них иноверцам, продолжают, как указывает автор, стойко хранить веру и совершать Таинства, имея явные свидетельства присутствия Божия, что можно видеть на примере освящения воды: «Вода, которая освящается по молитвам и благословению местных иереев, носит на себе явный знак Благодати, оставаясь прозрачной и чистой и не меняя своих свойств, в отличие от любой другой стоячей воды.

Это очевидное свидетельство наития Святого Духа и обнаружение благодатной силы нашего священства». Нас интересовала та оценка, которую давал Иосиф Вриенний исламу, потому что сегодня и к этому автору пытаются апеллировать некоторые современные богословы-экуменисты, прельщающие и прельщаемые.

Диалог Геннадия Схолария с исламом подобен диалогам святителя Григория Паламы не только аргументацией, но и в том, что Константинопольский Патриарх находился в таких же, крайне неблагоприятных условиях, в положении порабощённого, причём три из четырёх состоявшихся бесед он провёл с самим завоевателем Константинополя, Мехмедом. Содержание этих дискуссий нашло отражение в трёх сочинениях Схолария. Как явствует из них, турецкий султан нанёс неожиданный визит в монастырь Паммакаристос144, куда Первоиерарх переместил свою резиденцию, находившуюся ранее при храме Двенадцати апостолов. Целью визита было желание султана узнать о вере христиан. Патриарх не смалодушествовал, не попытался исказить или сокрыть истины православной веры, как это делают участники нынешних диалогов, но дерзновенно заявил о превосходстве христианства, которое назвал единственным путём ко спасению. Мехмед заинтересовался услышанным и организовал ещё два диспута с участием исламских богословов. Исторические источники сообщают, что эти встречи оказались весьма плодотворными. Султан был восхищён мудростью Патриарха и исполнился гордости от того, что возглавил такой великий народ. Следствием его личного уважения к Патриарху стало общее благорасположение к покорённому населению, которое получило соответствующие привилегии. А согласно некоторым источникам, таким, как Turcograecia145, успех состоявшихся бесед был ещё более значительным. «Мехмед, - говорится здесь, - внимательно выслушав Патриарха и узнав об истинной вере христиан, стал сомневаться в своей». Возможен ли, будет ли когда-нибудь подобный результат у нынешних межрелигиозных диалогов, уравнивающих тьму со светом и ложь с истиной? Трактат, в котором Геннадий Схоларий изложил свои мысли, высказанные в ходе собеседований с мусульманами, он назвал «О единственном пути к человеческому спасению». Как было бы замечательно, если бы на какой- нибудь современной межконфессиональной встрече прозвучало заявление о том, что христианство есть единственный спасительный путь, а следовательно, ни иудаизм, ни ислам путями ко спасению не являются!

Патриарх указывает на три последовательные стадии Божественного домостроительства, на каждой из которых Бог давал человеку некий закон: сначала естественный, затем Моисеев и, наконец, евангельский - восполняющий закон Моисея и самый совершенный. После него уже нельзя принять никакого другого, «более совершенного», закона. «Не должно ожидать иного, более совершенного, учения, а утверждающие, что получили от Бога более совершенное законодательство, убедят нас не в своей правоте, а скорее в том, что полностью или в значительной мере исказили учение Иисуса Христа и Апостолов». Магомет и Коран никак не вписываются в эту трёхступенчатую схему Божественного домостроительства, на заключительной стадии которого человечеству было даровано Евангелие. После совершенного учения Христа другому учению нет места. Вполне очевиден намёк на то, что Коран во всём или во многом исказил Христово учение. И сие было сказано в присутствии турецкого султана - завоевателя Константинополя! Пытающиеся найти в Святоотеческом Предании некий образчик современных межрелигиозных диалогов должны, по крайней мере, устыдиться. Должны признать за собой отсутствие смелости и дерзновения подъять на свои рамена бремя этого Предания. Пусть они перестанут попирать Предание только ради того, чтобы обеспечить себе лёгкую, беззаботную жизнь и благоденствие. Совсем иное заповедано нам Апостолами и Мучениками146.

Существует и другой текст святителя Геннадия, имеющий отношение к исламу. Он входит в число символических книг Православной Церкви под названием «Исповедание веры Схолария»147. Речь идёт о сокращённом варианте, конспективном изложении предыдущего сочинения, которое было переработано Схоларием по личной просьбе Мехмеда, для того чтобы сделать его «более понятным и доступным для непосвящённых»148. Внимательный читатель заметит, что вероучительные истины излагаются здесь в противопоставление соответствующим стихам Корана, хотя последние автором и не называются. Есть и третий трактат, написанный Константинопольским Патриархом в монастыре святого Иоанна Предтечи149 после встречи с двумя турецкими вельможами, которые послали в монастырь воина с письменным повелением Схоларию явиться в г. Серры для дискуссии с ними (какая при этом ими преследовалась цель, в документе, разумеется, не указывается). Сочинение называется «Вопросы и ответы касательно Божества Господа нашего Иисуса Христа».

ж) Святые новомученики

Пришло время сказать и о Новомучениках периода турецкого ига, принесших новую славу Церкви, засвидетельствовавших о её преемственной связи с раннехристианской Церковью, о том, что это одна Православная Церковь Христова, в которой рождаются новые Святые, угождающие Богу своим исповедничеством и мученичеством и сияющие чудесами по действию через них Божественной благодати. Рамки настоящей работы, к сожалению, не позволяют процитировать здесь все размышления о них преподобного Никодима Свя- тогорца150, который в предисловии к своему «Новому мартирологию» пишет об этом новом чуде: Новомучениках Христовых, процветших среди зимы неверия как весенние цветы и розы, глубокой ночью воссиявших как день и солнце, в непроглядной тьме явивших ярчайший свет, во время плена - свободу, в годину болезни и бессилия - сверхъестественную силу.

Почти все Новомученики, представ перед турецкими вельможами и судьями, должны были отвечать на задаваемые им вопросы относительно Корана и Магомета и объяснять, почему они не становятся мусульманами или не хотят оставаться ими (если речь шла об отрёкшихся от Христа, но впоследствии раскаявшихся в своём богоотступничестве). Здесь мы имеем подлинные межрелигиозные диалоги - диалоги, в которых воссиял пример Первомученика Христа, свидетельствовавшего об Истине и казнённого при Понтийском Пилате, первого Мученика из простых смертных, архидиакона Стефана1", святых Апостолов, раннехристианских мучеников, Святых отцов и всех исповедников веры.

Их не прельщали предлагаемые им почести, богатства и наслаждения, в отличие от участников современных диалогов, во время которых происходит пусть не явное отречение от веры, но сокрытие истины и уравнивание её с заблуждением, что, по сути, равнозначно вероотступничеству. Если же заблуждение и истина, свет и тьма, Христос, Магомет, и идолы - одно и то же, тогда зачем распялся Иисус, для чего пострадали Апостолы и Мученики, древние и новые? Не являются ли современные межконфессиональные диалоги с их сокрытием истины и уравниванием Христа с лжепророками оскорблением памяти Святых мучеников и отвержением их мировоззрения. Они «безумцы и фундаменталисты» в глазах современных «прогрессивных» клириков и богословов, не способных ни понять их позиции, ни повторить их исповеднический подвиг, Преподобный Никодим в предисловии к уже упомянутой нами книге о Новомучениках указывает пять причин, «по которым благоволил Бог явиться сим Святым мученикам в нынешнее время: чтобы было возрождение всей Православной веры; чтобы иноверцы остались безответными в день Суда; чтобы доставить Восточной Церкви славу и похвалу, иноверным же - обличение и посрамление; чтобы показать пример терпения всем православным христианам, страдающим под тяжёлым гнётом неволи; и, наконец, чтобы воодушевить христиан дерзновенно следовать их стопами, взыскуя мученического венца».

На фоне истинных межрелигиозных диалогов Но- вомучеников современные межрелигиозные диалоги - это холод среди зимы, тьма во тьме, плен во время свободы, болезнь и бессилие при полноте сил. Они ведут не к возрождению, а к разрушению Православной веры, они не оставляют иноверцев безответными, не доставляют славу Церкви, ибо уравнивают её с иноверческими сообществами, не утверждают православных христиан в терпении и стойкости, и тем более не воодушевляют их следовать стопами Святых, взыскуя мученической кончины. А посему они суть псевдодиалоги, являющие апостасию и трусость.

Из всего сказанного Новомучениками приведём в качестве примера несколько цитат, ясно показываю- щих нерушимое единство, последовательность и преемственность в исповедании и отстаивании Истины (даже ценой жизни), неразрывную цепь веры, протянувшуюся из глубины веков и соединяющую Господа нашего Иисуса Христа, Апостолов, Мучеников, Святых отцов и Новомучеников.

Новомученик Константин Идрийский152 (fl4 ноября 1800 г.) на предложение мусульманского правителя отречься от Христа и уверовать в Магомета ответил: «Лучше ты, правитель, уверуй во Христа и исповедуй Его Богом истинным, чтобы Он просветил тебя и ты увидел истинный свет, ибо ныне ты слеп и омрачён нечестием». Через три дня святой Константин дал мусульманину, продолжавшему настаивать на своём, ещё более дерзновенный ответ: «Уверуй, как я уже сказал тебе, во Христа, ибо ваша вера — мерзкая, гнусная и ложная. Вы поверили лжецу, который ни чуда никакого в этом мире не совершил, ни вас не наставил ни на какую истину и ни на какое добро, но только учил вас басням, и по его заповедям вы совершаете блуд, мужеложство и прочее зло, почитая его, по своей слепоте, за пророка. А потому пойдёте с ним на вечную муку, в огонь кромешный, чтобы гореть там нескончаемо вместе с братьями вашими — демонами. Не хочешь сего — стань христианином, и будешь вечно радоваться в раю со Христом»153.

Преподобномученик Никодим'54, который подвизался в афонском скиту Святой Анны155 и принял мученическую кончину в Белграде (11 июля 1722г.). Отрекшийся от Христа, но затем покаявшийся, он, недоумевая, говорит: «Увы мне, окаянному и несчастному! По какой причине я ослеп, неразумный; как мог настолько помрачиться умом? Как свету предпочёл тьму? Как удалился от славы Христовой? Как добровольно лишил себя почётного права именоваться христианином, как все живущие в благочестии, став пленником и рабом вселукавого дьявола?» Молясь Пресвятой Богородице и прося Её удостоить его мученического венца, Святой сподобился следующего видения: «Когда Никодим задремал, ему было видение: Ангел Божий показал блаженному всех мучащихся в аду и, прежде всего, начальника агарянского зловерия - лжепророка Магомета, Скованный раскалёнными цепями, он жестоко страдал в пламени геенны, а вместе с ним подвергались мукам множество других нечестивцев, как его последователей, так и приверженцев прочих богохульных учений и ересей»154.

Преподобный Никодим Святогорец восхищается исключительной смелостью юной девушки — святой новомученицы Акилины157 из Загливери (пострадавшей за Христа 27 сентября 1764г.), которая в ответ на предложение турецкого судьи сменить вероисповедание сказала: «Что в вашей вере может побудить меня отречься от моего Христа, какие чудеса веры вы мне можете показать, чтобы я поверила вам — источающим зловоние ещё при жизни?» «О, мученическое дерзновение! — восклицает Преподобный. — О, мужество, достойное небесной похвалы! Ответ не слабой отроковицы, но некоего бесстрашного великана!»158 Подобное восхищение выражает и составитель жития уже упоминавшегося святого новомученика Константина Ид- рийского: «Благо тебе, храбрый подвижник! Слава величию души твоей, достойной восхваления на небесах! Воистину, братия, на этом Святом исполнилось сказанное премудрым Соломоном: "праведник смея, как лев и пророком Давидом: "глаголах о свидениих Твоих пред цари и не стыдяхся"т»т. Подобным же образом прославляет Новомучеников в своих праздничных песнопениях Церковь, поклоняющаяся истинному Богу. Их величают все верующие, благодаря Бога за дарованную в их лице новую славу Церкви и скорбя о новых богоотступниках и христопродавцах, молясь о том, чтобы Бог просветил участников нынешних межрелигиозных диалогов, чтобы они образумились, покаялись и засвидетельствовали о Христе, как о единственном Пути ко спасению.

<< | >>
Источник: Знснс Феодор. Битва за православие : [пер. с греч.] / Протопресв. Феодор Зисис, проф. Фессалоникийского ун-та им. Аристотеля. - М.: Святая Гора.-128 с.. 2010

Еще по теме е) Иосиф Вривший и Геннадий Схоларий:

  1. Геннадий Новгородский
  2. Елена Белякова Традиции и новаторство в деятельности архиепископа Геннадия Новгородского
  3. Спасибо, а не поделитесь ли впечатлениями от беседы с Геннадием Васильевичем Осиповым?
  4. Ирина Левинская Греческая надпись на псковской печати новгородского епископа Геннадия (Гонозова)*
  5. ИОСИФ ВИССАРИОНОВИЧ СТАЛИН (1879-1953)
  6. ДОВБОР-МУСНИЦКИЙ Юзеф (Иосиф) Романович
  7. Иосиф Виссарионович Сталин (1879—1953)
  8. ЗАВЕЩАНИЕ ИОСИФА, ОДИННАДЦАТОГО СЫНА ИАКОВА И РАХИЛИ
  9. ПРИВЕТСТВЕННОЕ СЛОВО Управляющего делами синода православной церкви Казахстана Епископа Каскеленского Геннадия
  10. ГЛАВА 17 Новый 1937 год: полезная часть из наследия Иосифа Виссарионовича
  11. № 125 Справка аппарата Совета по делам РПЦ о политической позиции патриарха Сербского Гавриила и митрополита Иосифа
  12. В. Дальнейшее исследование путей еврейства, преимущественно в России. — Иосиф Прекрасный. — Пурим. — Мировая тирания сынов Иуды. — Эммануил Кант
  13. 1.3. И» Ю. Штроссмайер и его речь иа Ватиканском Соборе 1870 года о главенстве и непогрешимости римских пап6 Иосиф Юрий Штроссмайер