Дальнейший ход реаляэацнн «Положений 19 февраля» в 70-е в 80-е годы

19 февраля 1870 г. наступил

новый этап реализации реформы. По истечении девятилетнего срока со дня издания «Положений 19 февраля» крестьянам было предоставлено право отказа от наделов. Правительство выражало большие опасения, что это может вызвать массовые крестьянские волнения.

Однако этого не произошло. Крестьянство, ограбленное реформой, было поставлено в такие экономические условия, которые не давали ему возможности осуществить это право, по крайней мере в большинстве губерний. В первые годы после наступления девятилетнего срока отказы от земли не получили большого распространения, а волнения крестьян не приобрели массовых размеров.

«Наступление с 19 февраля 1870 г. нового периода крестьянского дела, — писал министр внутренних дел во «всеподданнейшем докладе» 26 июня 1870 г.,— по настоящее время не вызвало нигде важных беспорядков... Возникавшие недоразумения ограничились отдельными селениями и прекращались весьма легко, без принятия каких-либо исключительных мер. Всех случаев беспорядков с 19 февраля по сие время было по 17 губерниям 21... По отзывам губернаторов, случаев общего стремления крестьян к отказам от надела доселе не замечается, но в некоторых местностях проявлялись отдельные движения»484.

В течение первого года, с 19 февраля 1870 г. по 19 февраля 1871 г., отказы от земли имели место в Курской, Пензенской, Харьковской, Херсонской, Самарской, Симбирской, Оренбургской, Вятской, Нижегородской и

Уфимской губерниях. При этом случаев отказов целыми обществами было 19, и 2843 души отказались от надела индивидуально. Основным мотивом бтказа от наделов было стремление к переселению иа свободные земли. В течение последующих трех лет, с 19 февраля 1871 г. по 19 февраля 1874 г., отказы от наделов имели место в 9 губерниях: Курской, Пермской, Самарской, Симбирской, Саратовской, Тверской, Херсонской, Уфимской и Смоленской. Случаев отказов целыми обществами было II485.

Наибольшее количество отказов было в Курской губернии. К сожалению, мы не располагаем общими данными о числе ревизских душ, отказавшихся от наделов, за исключением Самарской губернии. В Самарской губернии количество крестьян, отказавшихся от надела к 1 января 1877 г., представляло довольно внушительную цифру— 11 270 ревизских душ, что составляет 11,3%' по отношению ко всем помещичьим крестьянам486.

На протяжении 70-х годов продолжался выкуп крестьянами своих наделов. До 1881 г. в разряд крестьян- собственников начиная с 1861 г. перешло 8 617 322. Число временнообязанных к этому времени составляло 1 552 403 ревизских души487. Таким образом, за период 70-х годов, точнее за 11 лет, было переведено на выкуп 1 937 978 ревизских душ. Переход крестьян на выкуп явился одним из существенных условий для развития капитализма в деревне. Это находило свое выражение в первую очередь в разложении крестьянства. Уже в начале 70-х годов об этом содержатся краткие указания в материалах так называемой валуевской комиссии. Так, о положении крестьян нечерноземных губерний в материалах говорилось, что «в этих местностях, по некоторым заявлениям, разбогатело небольшое число крестьян.

большинство же обеднело; среднее по достатку состояние крестьян стало исчезать»488.

Наиболее полно этот процесс находит свое отражение в материалах земской статистики.

В. И. Ленин в результате обработки этих данных, в частности, по Днепровскому, Мелитопольскому и Бердянскому уездам Таврической губернии показывает, что у высшей группы крестьян, составлявших 20% общего числа дворов, была сосредоточена значительная часть земли, посевов, скота и т. д. Так, в их руках находилось 78,8% всей купчей земли, 61,9% арендованной, 44,6% скота, 85,5% улучшенных орудий.

В руках же низшей группы, составлявшей 50% всех дворов, находилось 12,8% купчей земли, 13,8% арендованной, 26,6% скота и 3,6% улучшенных орудий. Если высшая группа сдавала в аренду 9,7% своей надельной земли, то у низшей этот процент составлял 72,7489.

Необходимо сказать, что крестьяне жили гораздо лучше там, где они получили больше земли и где платежи за землю были ниже. Это довольно ясно обнаруживается на примере Литвы и Белоруссии, где в результате польского национально-освободительного восстания были пересмотрены условия реформы 1861 г. Весьма любопытно в этом отношении сопоставление данных о приросте населения в трех белорусских губерниях — Минской, Витебской и Могилевской — с соответствующими данными по Смоленской губернии, одинаковой сними по климатическим и почвенным условиям. «В трех губерниях, в которых действовали поверочные комиссии,— говорит в одной из своих статей известный статистик и географ П. П. Семенов-Тян-Шанский,—прирост населения 35,3%, 34% и 33,6%, а в губернии Смоленской, в которой не существовало этих комиссий и, следовательно, не было понижения выкупных платежей, а также обязательного выкупа, практиковались и отрезки от существующих крестьянских наделов, прирост населения составляет только 10,7%»490.

О прогрессе в сельском хозяйстве свидетельствуют сведения из Ковенской губернии, где также были изменены условия реформы 1861 г. «С отменой барщины и со введением наемного рабочего хозяйства,— указывалось в приложении к трудам валуевской комиссии,— благосостояние сельского населения, в особенности крестьян-хозяев, увеличилось»491.

Однако развитие капитализма в деревне задержива-. лось сохранением феодально-крепостнических пережитков. Эти пережитки находили свое выражение в сохранении помещичьего землевладения, следствием чего и являлись различные формы и методы притеснения крестьян.

В результате реформы значительная часть земель осталась у помещиков. Так, по данным «Статистики поземельной собственности и населенных мест Европейской России», относящимся к концу 70-х годов, у 114 716 дворян было 73 163 744 десятины земли, а у 22 396 069 ревизских душ крестьян— 116854 855 десятин надельной земли492. Таким образом, на одного помещика приходилось в среднем 637 десятин земли, а на одну ревизскую душу — 5,2 десятины.

Помещичье хозяйство также эволюционировало по капиталистическому пути. Сохранившаяся в результате реформы феодальная собственность в условиях развития капитализма значительно меняет свой характер. Во-первых, землевладение перестает быть сословной привилегией дворянства, причем земля становится, товаром. Это вело к постепенному сокращению дворянского землевладения за счет увеличения купеческого и крестьянского. За 28 лет, с 1877 по 1905 г., дворянское землевладение уменьшилось на 19 907 781 десятину, а крестьянское увеличилось на 7 426455 десятин493. Во-вторых, особенность феодального землевладения состоит в наделении непосредственных производителей землей, что является одним из основных условий системы эксрлуатации при феода- лизме. В пореформенный же период вся земля находилась в непосредственном распоряжении землевладельца.

Переход к новой, капиталистической системе хозяйства оказался для основной массы дворянства невозможным. Для этого не хватало ни умения, ни средств. Ведению хозяйства «по старинке» способствовало сохранение крепостнических пережитков. Однако, несмотря на это, значительная часть имений мелко- и среднепо- местных дворян приходила в упадок, а владельцы их постепенно разорялись. Происходил процесс «оскудения дворянства», получивший широкое освещение в русской классической литературе.

Эта картина блестяще описана писателем С. Терпи- горевым-Атавой в его произведении «Оскудение. Очерки помещичьего разорения», представляющем собой картинки помещичьего быта в Кирсановском уезде Тамбовской губернии. Весьма любопытно описание им взаимоотношений купца и помещика до и после реформы.

«Тогдашний представитель города купец,— рассказывает Терпигорев,— так же мало походил на теперешнего купца, как теперешний ощипанный помещик походит на прежнего помещика. Товар свой... мы к купцу в город для запродажи не возили тогда, как теперь. «Купец» сам к нам приезжал. Дальше кабинета Ермила Антонов, которому говорили, разумеется, «ты», и не проникал никогда. Там он сторговывал пшеницу или что другое, там «напузыривали» его чаем, там он отдавал деньги и оттуда уходил спать к приказчику: скуки ради его оставляли ночевать, чтобы было с кем поболтать завтра утром на конюшне»494

После отмены крепостного права отношения резко изменились. «Всего нам в это время,— говорит Терпигорев,— до зарезу нужны были деньги. А деньги были у «купца». Надо, стало быть, за ними обратиться к «нему» ...Сначала, сгоряча, эту податливость его и ту охоту, с которой «он» давал нам деньги, мы приняли было за дань его уважения и благодарности к нам..., но эти идиллические взгляды на «кулака» продержались очень недолго. Подугольников дал раз, два, три, подождал, и порядочно-таки подождал, да вдруг н приехал сам. Хотя этот раз по-прежнему его дальше кабинета не пустили, но он уже сам попросил, чтобы подали ему водочки, и спать на ночь к управляющему во флигель не пошел, а спал в кабинете на диване. Утром же он... обошел и осмотрел все хозяйство, обо всем расспросил и хотя, уезжая, склонился на просьбу и дал еще денег взаймы, но это был уже ие тот, не прежний Подугольииков, который, бывало, только потел и утирался... А когда он приехал еще следующий раз, то его не только пришлось опять положить спать в кабинете на диване, но надо было позвать обедать в столовую, строго-иастрого приказав детям не смеяться, если Подугольииков станет сморкаться в салфетку. Конец, — резюмирует Терпиго- рев, — едва ли надо рассказывать. Он так понятен и естествен... Подугольииков должен был «слопать» нас и— слопал»495.

Дальнейшая эволюция была весьма несложной. Под- угольниковы вырубали липовые аллеи и вишневые сады, разбирали ампирные дома иа кирпич и на месте усадьбы открывали кабаки.

Однако было бы неверным представлять себе, что все дворянство подверглось такой участи. Наиболее устойчивыми в экономическом отношении оказались крупнопоместные владельцы, сумевшие в большинстве случаев перестроить свое хозяйство, увеличив значительно его доходность.

В 1873 г. помещик Воронежской губернии князь Шаховской, характеризуя свое хозяйство, указывал, что в результате широкого применения сельскохозяйственных машин он вместо 700 десятин запахивает в настоящее время 12 ООО десятин496.

Как рассказывает в своих «Письмах деревенского хозяина» помещик Московской губернии князь А. П. Мещерский, он в течение 15 пореформенных лет поднял доходность своего хозяйства в 10 раз497.

Эволюция помещичьего хозяйства по пути капитализма протекала особенно интенсивно там, где феодаль- но-крепостнические пережитки были незначительны, как например на юге России. Уже в 70—80-е годы здесь создаются крупные капиталистические организованные имения. Так, в начале 90-х годов в Таврической губернии Фальц-Фейн, владевший 200 тыс. десятин земли, и граф Мордвинов — 80 тыс. десятин организуют чисто капиталистическое хозяйство498. В 1893 г. в имении Фальц- Фейна на сенокосе работало 1100 машин. О распространении сельскохозяйственных машин и орудий достаточно говорят следующие цифры: в 1876 г. в 4 южных губерниях (области Войска Донского, Екатеринославской, Таврической и Херсонской) было приобретено машин на 280 тыс. руб., в 1890 г.—на 2 360 тыс. руб. и в 1894 г.— иа 6 183 тыс. руб.499. Все эти хозяйства применяли в широких размерах вольнонаемный труд. Так, например, только в Елизаветгр'адском уезде Херсонской губернии в конце 80-х годов в 131 более или менее крупном имении работало 15 161 рабочий, не считая поденных500.

Эволюция помещичьего хозяйства по капиталистическому пути была неразрывно связана с процессом разложения крестьянства. «Разорение крестьянства, обез- лошадение, потеря инвентаря, пролетаризация земледельца,— писал В. И. Ленин,— заставляют помещиков переходить к работе своим инвентарем»501. Это привело к внедрению в сельское хозяйство машии, а последнее приводило к развитию чисто капиталистических производственных отношений. Этот пример достаточно ярко характеризует взаимодействие производственных отношений и производительных сил и указывает на революционизирующее значение первых.

• • *

Ограбление крестьян помещиками, отрезавшими у них лучшие земли, непомерно высокие выкупные платежи, а также другие повинности, политическое беспра- вие крестьянских масс в условиях сохранения самодержавно-дворянского строя — все это обрекало крестьян на нищенское существование, обусловливало деградацию крестьянского хозяйства. Как уже отмечалось, крестьянство по «Положениям 19 февраля» должно было заплатить за землю значительно выше ее действительной стоимости.

Приведем данные, характеризующие среднюю стоимость надельной земли по продажным ценам и по выкупу502: Губернии Площадь надельной землн(в тыс. дес.) Ценность надела по продажным ценам в 1863—1872 гг. (в млн. руб.) По выкупу (в млн. руб.) Нечерноземные . . , 12286 180 342 Черноземные .... 9 841 284 342 Западные 10141 184 183 32 268 648 867

Таким образом, помещики получили более 200 млн. руб. сверх действительной стоимости земли, что значительно превышало ее продажную цеиу. Однако эти цифры не определяют того, что в действительности заплатили крестьяне.

Выкупные платежи, не соответствовавшие действительной стоимости земли, а также различные повинности, взимавшиеся с крестьян, крайне тяжело отражались на их положении. Особенно тяжелым было положение бывших помещичьих крестьян, выкупные платежи которых были значительно выше, чем у удельных. В наиболее благоприятном положении оказывались государственные крестьяне, с которых взималась оброчная подать, по своим размерам значительно уступавшая не только выкупным платежам помещичьих, но и удельных крестьян. Для сопоставления повинностей, взимавшихся с одной десятины надела с бывших помещичьих, удель- ных и государственных крестьян, приведем средние данные по 6 губерниям, помещенные в «Трудах высочайше учрежденной комиссии для пересмотра податей и сборов»503 (не включая страховых сборов): Губернии С бывших помещичьих крестьян С бывших удельных крестьян С бывших государственных крестьян С.-Пе тербургская Псковская . . . Владимирская . . Московская . . Калужская . . . Вятская 2 руб. 47,3 коп. 2

руб. 34,9 коп. 3

руб. 04,4 коп. 2 руб. 96,7 коп. 2 руб. 82,2 коп. 2 руб. 08,3 коп. 2 руб. 09,8 коп.

2 руб. 06,2 коп. 2 руб. 68,4 коп.

1 руб. 08,1 коп. 1 руб. 54;8 коп. 1 руб. 41,9 коп. 1

руб. 85,1 коп. 2

руб. 10,7 коп. 1 руб. 60 коп. 1 руб. 0,5 коп.

Таким образом, если принять повинности, взимавшиеся с одной десятины земли бывших государственных крестьян за 100%, повинности бывших удельных крестьян будут составлять по указанным 6 губерниям от 108 до 135%, бывших помещичьих крестьян — от 141 до 208%.

Необходимо при этом сказать, что те повинности, которые уплачивались как с помещичьих земель, так и с крестьянских, например губернский и уездный земские сборы, взимались с помещичьих в значительно меньшем размере, нежели с крестьянских. В Новгородской губернии земские сборы с помещичьих земель составили от 3 до 12 коп., а с крестьянских — от 13,75 до 21,6 коп504.

В целом ряде местностей вся совокупность повинностей, причитавшихся с крестьян, значительно превышала доходность их земель. Так, для Новгородской губернии повинности с одной десятины по отношению к ее доходности составляли: для бывших государственных крестьян— 100%. бывших удельных — 161 %, для бывших помещичьих—180% и временнообязанных — 210%. При неблагоприятных же условиях (при дополнительном платеже помещику в размере 20—25% капитализированного оброка либо при незначительном наделе) эти платежи составляли от 275 до 565% доходности земли505.

Для 6 нечерноземных губерний крестьянские платежи в отношении доходности земли составляли (в %)506: Губернии Для крестьян бывших государственных Для крестьян бывших помещичьих (при полном наделе) Тверская 244 252 Смоленская .... 166 220 Костромская .... 146 240 Псковская 130 213 Владимирская . . . 168 276 Вятская 97 200

Аналогичное положение наблюдалось и в других нечерноземных губерниях.

В Московской губернии повинности также значительно превышали доходность земли, а следовательно, и арендную плату. Так, по 12 уездам Московской губернии размер повинностей с душевого надела составлял 10 руб. 45 коп., а средняя арендная плата аналогичного количества земли 3 руб. 60 коп.507, следствием чего и явился приводимый нами ниже договор крестьян одной из деревень Волоколамского уезда со своим односельчанином: «1874 года, ноября 13. Я, нижеподписавшийся, Московской губернии, Волоколамского уезда, деревни Кур- виной, дал сию расписку своему обществу крестьян деревни Курвиной в том, что я, Григорьев, отдаю в общественное пользование землю — надел на три души, за что я, Григорьев, обязуюсь уплачивать в год 21 рубль... и означенные деньги должен высылать ежегодно к первому апреля, кроме паспортов, на которые я должен высылать особо, также и на посылку оных, в чем и под- писуюсь»508. В условиях круговой поруки общество согла- шается отпустить Григорьева, если ему будет компенсирована разница между доходностью земли и суммой лежащих на ней повинностей.

Наличие общины и круговой поруки крайне отрицательно сказывалось на процессе экономического развития деревни, тормозя процесс дифференциации крестьянства, в частности рост сельской буржуазии. «При взыскании оброков,— писал в своем отчете за 1864 г. тверской губернатор,— весьма значительные затруднения встречаются в применении на деле круговой поруки. Крестьяне до сего времени не могут достаточно освоиться с мыслью, что при общинном пользовании землею, где распределение земли между крестьянами зависит от мира, он должен принимать на себя и ответственность в платеже за эту землю повинностей... Бывают примеры, что зажиточные крестьяне тех обществ, на которых числится недоимка, решаются заблаговременно продавать излишнее имущество во избежание продажи его за недоимку»509.

Вред общины и круговой поруки прекрасно понимал довольно консервативный по своему образу мыслей министр внутренних дел П. А. Валуев. В одном из своих докладов царю «О положении крестьянского дела» он писал: «Недоимки... обращаются в разорение отдельных членов общества на основании начал круговой поруки. Был случай, когда в силу этого начала подверглась описи фабрика стальных изделий. Общее развитие производительных сил и обеспечение трудолюбивой и добропорядочной части сельского населения (т. е. сельской буржуазии.—П. 3.) невозможны при условии подобного гнета»510.

В другом своем докладе Валуев прямо указывает на огромное значение перехода от общинного к подворному землевладению «с политической точки зрения», с точки зрения интересов самодержавно-дворянского государства. «Постепенный переход от общинного или душевого надела к участковому или подворному,— писал он в сентябре 1861 г.,— важен не только в хозяйствен- ном отношении, но и в видах охранения общественного порядка. На разряд самостоятельных домохозяев легче действовать, чем на всю массу сельского населения, и в них легче находить опору охранительным мерам правительства»511.

Нередко бывали случаи, когда крестьяне отказывались подписывать уставные грамоты, требуя отмены круговой поруки.

В черноземной полосе повинности бывших помещичьих крестьян также превышали доходность земли, хотя и в несколько меньшей степени. Так, в Симбирской губернии отношение повинностей к доходности земли выражалось в следующих цифрах512:

земли помещичьи от 9 до 16%

земли бывших государственных

крестьян от 54 до 60%

земли бывших удельных крестьян от 43 до 70% земли бывших помещичьих крестьян:

а) при высшем размере надела от 80 до 122%

б) при низшем размере надела от 169 до 240%

в) для получивших в дар 'Д надела от 116 до 179% Аналогичную картину мы наблюдаем и в Харьковской губернии, где это соотношение выражалось в следующем3:

для помещичьих земель от 2'/г ДО 87г%

для земель бывших государственных крестьян около 50% для земель бывших помещичьих крестьян от 74 до 226% В среднем для всей черноземной полосы «...платежи бывших государственных крестьян составляют от 30 до 148% доходности земли, а у бывших помещичьих превосходят ее от 24 до 124% при среднем наделе и до 200% при низшем»513. Все это обусловливало нищенский уровень жизни крестьянства и непрерывно развивающийся процесс обеднения его значительной части. Так, например, в Нижегородской губернии к 1878 г. количество скота по сравнению с 1863 г. уменьшилось: лошадей — на 8,4%, рогатого скота — на 5,6%, овец—на 16,2%, свиней — на 10%, коз — на 5,5%. В Холмском уезде Псковской губернии за 8 лет, с 1861 по 1869 г., количество скота уменьшилось со 104 125 голов до 44 301 головы, т. е. почти на 60%'.

Истощение надельных земель достигало таких, размеров, что крестьяне нередко забрасывали их, предпочитая арендовать земли у соседних помещиков. Подобные факты имели место, по данным «Особой комиссии, учрежденной при Министерстве финансов для составления предположений об уменьшении выкупных платежей», в Симбирской и Рязанской губерниях514. «Полевые земли, оставаясь без удобрения, истощаются с каждым годом все более и более, чем и объясняются отчасти неурожаи последних пяти лет»515,— указывалось в решении Черниговского губернского по крестьянским делам присутствия. Об этом же сообщало и Смоленское губернское по крестьянским делам присутствие. Это приводило к систематическому недоеданию, а порой к ужасающим голодовкам. «Хлеб служит не как пища, а как средство к поддержанию своего существования и употребляется [крестьянами] лишь в размере, потребном для спасения от голодной смерти»516,— сообщал в Министерство внутренних дел председатель комиссии, обследовавший состояние крестьянского хозяйства в Суражском уезде Черниговской губернии. По данным комиссии, проверявшей в том же 1878 г. Мглинский уезд тон же губернии, хлеб, потребляемый крестьянами, состоял порой до двух третей из высушенных сорных трав и конопляных выжимок, причем весной и такого хлеба они не видели по нескольку дней.

Следствием всего этого является непрерывный рост недоимок, несмотря на весьма энергичное «выколачива- ниє» их местными властями. Если в 1871 г. недоимки по выкупным платежам, по да,нным, составленным Департаментом окладных сборов Министерства финансов, составляли 12 862 198 руб., то к 1881 г. они достигали 19 732 710 руб.517.

Разорение и нищета крестьянства сочетались с полнейшим бесправием его, полным подчинением органам общественного крестьянского управления, целиком зависимым от местной администрации. «Волостное и сельское выборное управление.— писал народнический публицист С. А. Приклонский,— у нас служит плохой декорацией, за которой скрывается власть полицейского чиновника — единственный рычаг, приводящий в движение всю систему так называемого крестьянского самоуправления»518.

Действительно, органы крестьянского «самоуправлениям целиком зависели первоначально от местных дворян в лице мировых посредников, а после уничтожения последних, в 1874 г., от полицейской администрации. «Самоуправление» явилось просто фикцией, и выборные должности замещались по указанию помещика и местных кулаков-мироедов. Произвол и всякого рода беззакония представителей крестьянской администрации были повседневным явлением.

«Злоупотребления, произвол и пьянство волостных и сельских должностных лиц,—сообщал в своем отчете тамбовский губернатор,— явление обыкновенное»519. Только за 1879 г. было 95 случаев растрат общественных средств иа сумму 33 329 руб.520. Тамбовская губерния отнюдь не представляла в этом отношении какого-либо исключения. Подобная картина наблюдалась повсеместно.

305

20 П. А. Звйончковский

Анализируя все эти данные, невольно возникает вопрос- какое влияние оказала отмена крепостного права на положение крестьянства: улучшила или ухудшила она его? На этот вопрос необходимо решительно сказать — улучшила. Личная свобода, обретенная крестьянством, имела, бесспорно, огромное положительное значение. Если повинности в кгкой-то степени сохранялись в форме выкупных платежей на том же уровне, то разг личные дополнительные натуральные сборы и повинности были ликвидированы.

Отмена крепостного права создала возможности для бурного развития капитализма. Это в свою очередь привело к разложению крестьянства, к уходу части населения в город. Вполне естественно, что этот процесс приводил к массовому разорению широких слоев деревенских жителей, к концентрации богатства в руках относительно незначительной части — сельской буржуазии. Это создавало представление о деградации сельского хозяйства в целом — представление явно ошибочное.

Не надо забывать к тому же, что процесс разложения крестьянства, крайне мучительный для основных его масс, отягощался наличием феодально-крепостнических пережитков.

Крестьянская реформа, ограбившая крестьян, не ликвидировала целиком основного противоречия феодального общества, противоречия между помещиками и крестьянами, но все же значительно ослабила их. Разорение и нищета пореформенного крестьянства, произвол и издевательство над ним местной администрации — все это усиливало, обостряло недовольство крестьянства, что находило свое выражение в крестьянском движении. И если правительству удалось при помощи пуль и розг подавить" крестьянское движение 1861 —1863 гг., то это вовсе не означало его полной ликвидации. На протяжении 60-х годов крестьянское движение, по данным, приводимым во «всеподданнейших отчетах» III отделения, представляло собой следующую картину521: Подавлено с применением воинской силы

Количество выступлений

Годы

1864 1865

1866

1867

1868

1869

75 93 70 44 54 53

31 42 20 20 16 8

389

137

Итого Таким образом, число крестьянских выступлений за 6 лет не превышало численности их в течение одного 1863 г.

Несмотря на значительное уменьшение количества выступлений по сравнению с началом 60-х годов и исключительно локальный и преимущественно пассивный характер движения, крестьянство, не желая мириться с существующим порядком вещей, продолжало борьбу против помещиков. Это находило свое выражение в захватах помещичьих земель, отрезанных у крестьян во время реформы, в сопротивлении межевым работам, в уклонении от выкупных платежей и в других различных формах протеста. Нередко этот протест приобретал длительный и упорный характер. Новгородский губернатор сообщал в своем отчете за 1866 г.: «Возникшие в 1862 г. беспорядки в имении бывшего валдайского помещика Ры- качева, заключавшиеся в пассивном сопротивлении крестьян... к платежу оброчной недоимки... и выкупных платежей, продолжались и в 1866 г. ...восемь человек, признанных главными виновниками и подстрекателями, удалены административным порядком в Сибирь на поселение, но, несмотря даже на эту меру, прочие не оказали еще повиновения...»522.

307

20*

И на протяжении 70-х годов крестьянское движение не прекращалось. Наиболее крупные выступления, охватившие несколько волостей, наблюдались среди государственных крестьян и были связаны с выдачей им владенных записей. Наиболее массовым из них было выступление государственных крестьян Чигиринского уезда Киевской губернии, в котором принимало ,участие свыше 40 тыс. человек. В конце 70-х годов, точнее в 1878 и 1879 гг., наблюдается некоторый рост крестьянских выступлений. По данным фондов высших н центральных учреждений (III отделения, Департамента полиции исполнительной Министерства внутренних дел, а также Министерства юстиции), собранным Э, С. Пай- ной, на протяжении 70-х годов наблюдалось следующее число крестьянских выступлений: 1876 — 38 1877

— 25 1878

— 39 1879

— 55 1880

— 25 1870

— 58 1871

— 49 1872

— 36 1873

— 44 1874

— 73 1875

- 29

Крестьянские выступления по-прежнему носнлн локальный характер и, за исключением волнений государственных крестьян, редко распространялись за пределы одного селения. В значительном количестве случаев выступления крестьян подавлялись воинской силой.

В конце 70-х годов среди крестьян стали ходить слухи о «черном переделе». «В последние годы,— докладывал в Комитет министров в апреле 1879 г. министр внутренних дел Маков,— между крестьянами стали распространяться слухн о том, что будет передел землн, причем в некоторых местах толковали, что земля от дворян н купцов будет отнята н разделена между крестьянами по числу душ, в других же местностях говорили, что земля будет отнята у всех без различия звання землевладельцев, имеющих более 100 десятнн. К слухам о земле присоединялись разговоры об освобождении от подушной податн, а Также н от всех платежей»523.

Только за 5 месяцев, с августа 1878 г. по январь 1879 г., этн слухн получнлн распространение в 15 губерниях2, охватив впоследствии почти всю страну. Появление подобных слухов достаточно убедительно характеризовало настроение крестьян, нх неодолимую жажду получить землю, без которой они не могли существовать. Вместе с тем надежды крестьян на царские милости, которые они ожидали по окончании русско-турецкой войны в форме «черного передела», свидетельствовали о том, что наивно монархические иллюзии в деревне еще сильны.

В этот период складывается напряженная обстановка в стране. С одной стороны, борьба революционных народников, проявлявшаяся в серии политических убийств, а также покушений на Александра II, с другой--рост оппозиционных настроений, некоторое усиление массового движения в деревне и распространение слухов о «черном переделе», оживление стачечной борьбы рабочих — все это свидетельствовало о нарастании революционной ситуации. Большое влияние на это оказала русско-турецкая война 1877—1878 гг. Правительство особенно боялось соединения народнической борьбы с массовым движением в деревне. Несмотря на реакцию, террористическая деятельность народников не прекращалась, повергая правительство в ужас и смятение. Один из современников, А. Плансон, достаточно ярко рисует в своих воспоминаниях настроение господствующих классов в это время. «Только во время уже разгоревшегося вооруженного восстания,— писал он,— бывает такая паника, какая овладела всеми в России в конце 70-х годов и в 80-м. Во всей России все замолкли в клубах, в гостиницах, на улицах и на базарах... И как в провинции, так и в Петербурге все ждали чего-то неизвестного, но ужасного, никто не был уверен в завтрашнем дне»1.

5 февраля 1880 г. С. Н. Халтурин произвел взрыв в Зимнем дворце. Это событие вызвало буквально страх и растерянность в правительственных сферах. Оно заставило понять правительство, что необходимо пойти на смягчение политического курса, а также на проведение ряда реформ. Представителем этого нового курса явился граф М. Т. Лорнс-Мелнков, первоначально назначенный начальником Верховной распорядительной комиссии, а с августа того же 1880 г. занявший пост министра внутренних дел524.

Наряду со смягчением репрессий (арестов, обысков и т. д.), а также ослаблением цензурных преследований, изменением отношения к земству и высшей школе Ло- рис-Меликов намечал осуществить ряд реформ аграрного характера, экономическая необходимость которых давно назрела. К ним в первую очередь относились введение обязательного выкупа и понижение выкупных платежей. Это диктовалось также стремлением успокоить деревню, в которой царила напряженная обстановка.

В этом отношении большой интерес представляет конфиденциальное письмо орловского іубернатора Бо- борыкина министру внутренних дел Игнатьеву летом 1881 г. «На поставленный мною вопрос,— писал он,— надеются лн гг. предводители с настоящими нашими общественными и сословными силами ...иметь успех в борьбе с людьми, враждебными настоящему государственному строю, которые, несомненно, пользуются всем, чтобы смущать и волновать население; также полагают лн они возможным успокоить народ и прекратить в нем все похотения на землю, все ожидания новых милостей от царя в виде земли, сбавок платежей, прекращения оброков и т. п.,— все присутствовавшие единогласно и положительно отвечали, что наличных средств для успешной борьбы недостаточно Явившаяся давно в народе мысль о переделе землн есть последствие его тяжелого экономического положения — положения, располагающего крестьян к тревожному волнению и вере в ложные слухи»525.

В марте 1881 г. министром финансов Абазой был внесен в Государственный совет проект о понижении выкупных платежей в нечерноземных губерниях и введении обязательного выкупа. В этих губерниях наблюдалось особенно резкое несоответствие между размерами выкупных платежей и доходностью земли.

В отношении же крестьян черноземных губерний Абаза также полагал необходимым поставить вопрос об обязательном выкупе, установив точно срок—не позднее 1886 г.

Меры, предлагаемые Абазой, имели цель привести выкупные платежи в соответствие со стоимостью земли, а также ввести обязательный выкуп. Эти мероприятия носили буржуазный характер, и объективное значение их было направлено иа уменьшение феодально-крепостнических пережитков. Министр внутренних дел в отзыве иа представление Абазы подчеркивал большое политическое значение этих мер. «От местных властей,— писал Лорис-Меликов,— доходят сведения, что в народе появляются уже нелепые слухи, будто дарованные крестьянам в прошлом царствовании права и милости будут от них отобраны. Необходимо успокоить умы и укрепить в народе уверенность в продолжении монаршего попечения о его нуждах». Следовательно, эти меры, по мнению министра внутренних дел, имели ие только экономическое, ио и политическое значение. Наряду с этим Лорис-Меликов предлагал ряд существенных дополнений: а) ввести повсеместно обязательный выкуп с 1 января 1883 г., б) распространить понижение выкупных платежей также иа пять степных губерний, в) обеспечить малоземельных крестьян землей путем переселений, аренды казенных земель, предоставлением кредита для покупки земель и т. д., г) обеспечить условия выхода из общииы, д) разрешить сельским обществам отказываться от выкупленной ими земли с передачей ее в казну, е) отменить или во всяком случае облегчить тяжесть круговой поруки, ж) отменить стеснительные для крестьян правила, касающиеся отлучек их из общества (выдача паспортов)'.

Все эти предложения Лорис-Меликова имели большое значение с точки зрения развития капитализма в деревне.

6, 7 й 20 апреля 1881 г. в Соедииеииом присутствии департаментов Законов, Государственной экономии и Главного комитета об устройстве сельского состояния рассматривались предложения Абазы с дополнением Лорис-Меликова. Соедииеииое присутствие одобрило предложение о понижении выкупных платежей и введении обязательного выкупа. Вместе с тем было предложено внести в Государственный совет соображения по остальным вопросам, предложенным Лорис-Меликовым.

В общем собрании Государственного совета обсуждение мероприятий, принятых Соединенным присутствием, не встретило каких-либо возражений, за исключением вопроса о размере выкупной ссуды, выдаваемой помещикам. По мнению Общего собрания, за исключением члена Государственного совета, бывшего министра внутренних дел А. Е. Тимашева, выкупная ссуда должна была составлять 80% выкупной суммы, причем крестьяне не обязывались уплачивать помещику остальные 20%. Тимашев же настаивал иа необходимости выдачи помещикам 100% капитализированного оброка, так как в противном случае, по его миеиию, это означало бы нарушение принципа частной собственности. «Да не будет упрека впоследствии в том,— заявил он,— что в Государственном совете ие нашлось ни одного голоса в защиту собственности»526.

'Наряду с этим Тимашев особенно рьяно поддерживал предложение о необходимости отмены круговой поруки527, а также указывал иа необходимость ликвидации общинного землевладения. «Что такое общинное пользование землей? — задавал ои вопрос.— Это непреоборимое препятствие ...ко всякому преуспеянию в материальном благосостоянии крестьян... Общинное владение есть препятствие ко всякому правильному хозяйству»528.

Общее собрание Государственного совета утвердило 27 апреля 1881 г. предложения Соедииеииого присутствия. Однако 20 мая под влиянием оппозиции, возглавляемой К. П. Победоносцевым, решение Государственного совета не было утверждено царем и состоялось «повеление» Александра III обсудить вопрос о понижении выкупных платежей Особому совещанию из министров внутренних дел, государственных имуществ и финансов с участием экспертов из числа поместного дворянства. Все эксперты пришли к единогласному решению о необходимости понижения выкупных платежей во всех губерниях, за исключением 9 западных: Виленской, Гродиеиской, Ковенской, Минской, Могилевской,

Витебской, Киевской, Подольской, Волынской. В силу этого эксперты считали необходимым увеличить общую сумму понижения с 9 до 12 мли. руб.529. В вопросе же о способе понижения выкупиых платежей миеиие экспертов разделилось. Большинство их приняло предложение Д. Ф. Самарина, крепостническое по своему содержанию. Оно заключалось в том, что выкупиые платежи никакого отношения к ценности земли ие имеют, вследствие чего и иет необходимости приводить их в соответствие с действительной стоимостью земли. Поэтому большинство экспертов предлагало повсеместно понизить выкупиые платежи иа 20%, для отдельных же местностей, поставленных в исключительно неблагоприятные условия,— дополнительно иа 3 мли. руб.530. Меньшинство экспертов настаивало иа приведение выкупиых платежей в соответствие со стоимостью земли, т. е. произвести в основном понижение в нечерноземных губерниях. После приведения в этих губерниях выкупных платежей в соответствие со стоимостью земли, на что потребуется 8'/г мли. руб., произвести повсеместное понижение иа 10%531. Особое совещание министров приняло мнение большинства. 10 октября того же года мнение Особого совещания рассматривалось Соединенным присутствием Главного комитета об устройстве сельского состояния и департаментом Законов и Государственной экономии.

Причины, вызвавшие необходимость безотлагательного понижения выкупных платежей, были достаточно ясно выражены в Соединенном присутствии государственным контролером Д. М. Сольским. «Политическая точка зрения иа обсуждаемый вопрос,—заявил ои,— имеет первенствующее значение, и Государственный совет обязан иметь ее в виду ради всестороннего обсуждения предмета. Предпринимаемая мера, иесомиеиио, совпадает с довольно тяжелым состоянием наших финансов, но ие может быть отложена главным образом по политическим соображениям»532.

Выступая в Соединенном присутствии, министр внутренних дел Н. П. Игнатьев заявил, что «предложение большинства экспертов о всеобщем понижении выкупных платежей было принято гг. министрами главным образом вследствие политических соображений и опасения, что дарование предполагаемой льготы лишь в некоторых местностях может породить вредные толки среди народа и даже вызвать какие-либо волнения, весьма возможные в настоящее неспокойное время»533.

Меньшинство экспертов, также руководствуясь политическими соображениями, настаивали на понижении выкупных платежей только в нечерноземных губерниях, так как намечающееся повсеместное уменьшение их будет настолько незначительным, что не устранит недовольства крестьян. Однако большинство Соединенного присутствия во главе с Игнатьевым высказалось за повсеместное понижение выкупных платежей. Лишь 4 члена Государственного совета — Заболоцкий-Десятовский, Грот, граф Баранов и Стояновский — высказались за понижение выкупных платежей в 23 нечерноземных губерниях «в соответствии с ценностью и доходностью наделов...»534.

В общем собрании Государственного совета, обсуждавшего этот вопрос 30 ноября и 7 декабря, была принята точка зрения большинства. 28 декабря 1881 Г.Александр III утвердил мнение большинства общего присутствия Государственного совета о понижении выкупных платежей535. Это понижение предполагалось провести в тех губерниях, на которые распространялись местные великороссийское и малороссийское «Положения», т. f. за исключением Литвы, Белоруссии и трех правобережных украинских губерний. Понижение производилось в размере одного рубля с одного душевого надела в губерниях, на которые распространялось «Великороссийское Положение», и по 16 коп. с каждого рубля в губерниях, «состоящих на малороссийском местном Положении», т. е. в Полтавской, Черниговской и части Харьковской. Помимо этого, дополнительное понижение выкупных пла- тежей должно было быть произведено в тех селениях, которые находились в особенно расстроенном хозяйственном положении536.

Понижение выкупных, платежей обошлось государству с финансовой точки зрения отнюдь не дорого, так как за время с 1862 по 1888 г. Главное выкупное учреждение получило от выкупной операции чистого дохода 83 978 200 руб.537. После снижения выкупных платежей последние отнюдь не соответствовали ценности земли, значительно превосходя ее в нечерноземных губерниях538.

28 декабря 1881 г. был издан закон об обязательном выкупе539. По этому закону с 1 января 1883 г. все временнообязанные крестьяне переводились на выкуп. Помещики получали за землю сумму в размере капитализированного оброка, уменьшенного иа 20%, т. е. 80% его.

Через полтора года в связи с коронацией Александра III дворянство добилось увеличения этой суммы. 15 мая 1883 г. был издан указ «О мерах к облегчению дворянам-землевладельцам перехода, по имениям их, крестьян в разряд крестьян-собственников»540. По этому указу помещикам при переводе их крестьян иа выкуп должны были дополнительно выдавать '/іг капитализированного оброка. Таким образом, помещики при переводе крестьян иа выкуп получали 88'/г% капитализированного оброка.

Издание закона об обязательном выкупе завершило по существу реализацию «Положений 19 февраля 1861 г.». Мероприятия же в отношении облегчения ус- ловий выхода из общины, отмены круговой поруки и т. п., намеченные в апреле 1881 г. Государственным советом и утвержденные царем, не получили никакого осуществления.

Меры, предусматривающие организацию поземельного кредита, иашли свое выражение в создании в 1882 г. Крестьянского банка, оказавшего реальную помощь разоряющимся помещикам.

Как рассказывает в своем дневнике П. А. Валуев, при обсуждении этого вопроса в Государственном совете «все вертелось на том, будто бы обещание кредита на покупку земли отобьет у крестьян надежду на «черный

передел» и их граждански воспитает»541.

* * •

Введение обязательного выкупа, а также понижение выкупных платежей вызывалось всем ходом экономического развития, но реализация этого была ускорена обстановкой, сложившейся на рубеже 1870—1880 гг. Однако мера эта отнюдь не могла сколько-нибудь серьезно изменить положениё крестьянства, которое по-прежнему оставалось в кабале как у помещика, так и у государства.

В результате малоземелья крестьянство принуждено было арендовать в огромных размерах помещичьи земли. Так в 80-е годы, по данным 103 уездов, количество крестьянских дворов, арендовавших землю, в среднем составляло 42,5% по отношению к общему их числу542. В отдельных же уездах этот процент был значительно выше. В Славяносербском уезде Екатеринославской губернии он составлял 82,9%, а в Сычевском Смоленской губернии — 85%.

Массовый спрос на землю, вполне понятно, вызывал резкое повышение арендных цен, увеличившихся в несколько раз. Так, в Темниковском уезде Тамбовской губернии цена на десятину арендуемой земли за 20-летнин период увеличилась с 1 руб. 50 коп.— 2 руб. до 5—6 руб., т. е. в 3 раза; в Борисоглебском уезде этой же губер- нии — с 2—3 руб до 12—16 руб., т. е. в 5—6 раз543. Надо при этом иметь в виду, что краткосрочная аренда оценивалась всегда дороже, нежели долгосрочная, к которой обычно прибегали зажиточные слои деревни.

Важно отметить, что арендные цеиы иа отрезанные у крестьян земли были обычно дороже существующих средних арендных цей.

Наряду с денежной арендой существовала, а в ряде губерний и преобладала феодальная форма аренды — отработка. В этом случае крестьянин должен был вместо арендной платы обрабатывать помещичью землю своим инвентарем. Труд крестьянина в этом случае оценивался значительно дешевле, нежели при условии вольного найма. Так, в Балашовском уезде Саратовской губернии в конце 80-х годов стоимость аренды одной десятины земли за деньги составляла 11 руб. 20 коп., а при испольной — 21 руб. 99 коп.; в Сердобском уезде —соответственно— 11 руб. 10 коп. и 20 руб. 31 коп.544. Подобное явление было повсеместно. Известный народник, помещик Смоленской губернии А. И. Эигельгардт в своих «Письмах из деревни» по этому поводу писал: «Уиас повсеместно за отрезки крестьяне обрабатывают помещикам землю... Оцениваются эти отрезки... ие по качеству земли, ие по производительности их, а лишь по тому, насколько оии необходимы крестьянам, насколько оии их затесняют, насколько можно выжать с крестьян за отрезки... Добро бы еще эти отрезки сдавались крестьянам за арендную плату деньгами, а то иет, непременно под работу»545.

По данным статистика Н. Ф. Аииеиского, в 80-е годы из 43 губерний в 17 преобладала обработочная система, в 7 — смешанная и только в 19 — капиталистическая 546.

Организация Крестьянского байка не привела к ослаблению земельной иужды. За 13 лет деятельности байка, с 1883 по 1895 г., было продано крестьянам всего 2 336 000 десятин547. К тому же около 10% проданной земли, 205 656 десятии, было отобрано за недоимки548. Стремление приобрести землю заставляло крестьян покидать родные места и переселяться иа далекие окраины. Однако это, естествеиио, ие могло разрешить земельный вопрос. Собственно, до начала 80-х годов, за исключением Дальнего Востока и района Алтая, никаких организованных переселений ие производилось. Только в 1880 г. были выработаны «Временные правила», а в 1889 г. был принят закон, именуемый «О добровольном переселении сельских обывателей и мещаи иа казенные земли»549. По этому закону требовалось предварительное разрешение иа переселение. Это разрешение давалось при условии «уважительности причин». Первое место по числу выселившихся крестьян занимала Полтавская губерния, из которой с 1861 по 1893 г. их переселилось несколько более 29 тыс.550.

Наибольшее количество переселенцев направлялось в Сибирь. Так, за 16 лет (с 1885 по 1900 г.) туда переселилось 1 207 653 человека551. Однако ни аренда земель, ии покупка их через Крестьянский банк, ии переселение ие могли улучшить положения ограбленного реформой крестьянства.

Волиеиия крестьян, являвшиеся результатом их тяжелого экономического положения, а также полного политического бесправия, иа протяжении 80-х годов имели значительное распространение. По данным Департамента полиции, содержащимся в «Записке о крестьянских беспорядках, бывших в различных местностях империи в течение 1881—1888 гг.», произошло 332 крестьянских волиеиия552. Если дополнить эти данные другими — «Све- дениями о беспорядках аграрных и фабричных в империи в 1889 году»553, принадлежащими также Департаменту полиции, то мы получим следующую картину крестьянского движения на протяжении 80-х годов: Год Число волнений 1881 17 1882 21 1883 61 1884 68 1885 40 1886 54 1887 40 1888 31 1889 58 Итого 390

Таким образом, на протяжении 80-х годов, по неполным данным554, произошло около 400 крестьянских выступлений. Все это- говорит о том, что реформы, проведенные в начале 80-х годов, не ослабили противоречий между крестьянами и помещиками. Крайне тяжелое экономическое положение крестьянства нашло свое выражение в начале 90-х годов во «всероссийском разорении», массовом голоде миллионов крестьян, явившемся непосредственным результатом ограбления их в период 1861 г. Разгром революционного движения народников в начале 80-х годов, слабость массового рабочего, а также и крестьянского движения — все это дало возможность правительству Александра III установить режим жесточайшей политической реакции.

Реакционный курс находил свое выражение в стремлении правительства если ие ликвидировать, то во всяком случае, сузить, обкариать буржуазные реформы 60-х и начала 70-тс годов, иными словами, усилить феодальные элементы в управлении государством. Своеобразной программой реакции явилось выступление в печати одного из предводителей дворянства — А. Д. Пазу- хииа. В своей статье «Современное состояние России и сословный вопрос», опубликованной первоначально в «Русском вестнике», Пазухин поносил реформы «прошлого царствования» за их всесословный характер. «...Основная причина социального расстройства России,— писал ои,— кроется в том, что большинство реформ прошлого царствования были проникнуты отрицанием сословного иачалв»555. По мнению Пазухина, задача правительства заключается в предоставлении дворянству ведущей роли в управлении государством. «Возвратив себе преимущественные служебные права,— указывал он,— дворянство снова станет опорой престола, снова приобретет почетное положение, сделавшись тою притягательной силой, куда будет стремиться все, что выдвигается из других сословий силой ума и дарований. Прекратятся все недоразумения между дворянством и крестьянством, а на элементы бессословной России будет наложена узда, которая остановит дальнейшее развитие в нашем отечестве смуты, хищничества и властолюбивых домогательств»2.

Стремление дворянства укрепить свои политические позиции, занять господствующее положение в государственном управлении обусловливалось, помимо общих причин, его экономическим оскудением, принявшим после отмены крепостного права массовый характер. Это обстоятельство определяло в значительной степени политические притязания дворянства.

В целях укрепления экономического положения дворянства 21 апреля 1885 г., к столетию со дня издания жалованной грамоты дворянству, создается Дворянский поземельный банк. В рескрипте, изданном по этому поводу, подчеркивалось «первенствующее место» дворянства в государственном управлении. Организация банка, как указывалось в рескрипте, обусловливалась стремлением предоставить дворянству ведущую роль в деревенской жизни, обеспечить ему постоянное пребывание в своих поместьях, «...где предстоит им преимущественно приложить свои силы к деятельности, требуемой от них долгом их звания»556.

Дворянский банк предоставлял помещикам под залог их земельных владений ссуды на весьма льготных условиях2.

На протяжении 80-х годов был издан ряд законов, задерживавших процесс развития капитализма в деревне, консервирующих дореформенные общественные отношения. Так, 18 марта 1886 г. по инициативе дворянства был принят закон, направленный на ограничение семейных разделов, консервирующий патриархальные семейные отношения. Делая соответствующее представление в Государственный совет о необходимости разработки этого закона, министр внутренних дел граф Д. А. Толстой указывал, что, по его мнению, «семейные разделы являются... одной из основных причин упадка экономического благосостояния крестьян557.

321

21 П. А. Зайончковский

При обсуждении этого вопроса в Соединенном присутствии департаментов Законов и Государственной экономии Государственного совета была также высказана мысль, что большая патриархальная семья является основой экономического процветания деревни. «Не подлежит сомнению,— указывалось в решении,— что такая рабочая семья, которая представляла бы собою тесно сплоченный союз родственников, подчиняющихся главенству старшего члена и трудящихся в общую пользу, явилась бы идеалом как в нравственном, так и в экономическом отношении, возможное приближение к которому было бы весьма желательно в интересах государственных»558. Закон вводил новый порядок, по которому семейные разделы могли производиться только с согласия старшего в семье, а разрешение на раздел давал сельский сход большинством 559/з голосов2.

14 декабря 1893 г. был издан закон, весьма ограничивавший право крестьян распоряжаться своей надельной землей, досрочно ими выкупленной. По закону560полностью запрещался залог досрочно выкупленных надельных земель. Продажа этих земель, принадлежавших общине, могла производиться лишь с согласия местных властей. Если же выкупленная досрочно надельная земля принадлежала отдельным крестьянам, то она могла продаваться только в тех случаях, если покупатель принадлежал к данному сельскому обществу. Закон этот имел реакционный характер, ограничивая право крестьян распоряжаться своей собственностью, прикрепляя их таким образом к земле.

Закон 14 декабря 1893 г. находился в явном противоречии с «Положениями 19 февраля 1861 г.», предоставлявшими крестьянам возможность становиться полными собственниками земли. Этот же закон нарушал основной буржуазный принцип собственности — право свободно распоряжаться приобретенным имуществом561.

В конце 80-х — начале 90-х годов правительство Александра III проводит ряд контрреформ, направлен- ных к исправлению «великого зла», сделанного в прошлом. «Если в реформах прошлого царствования,— писал Пазухин,—мы усматриваем великое зло в том, что они разрушили сословную организацию, то задача настоящего должна состоять в восстановлении разрушенного»562.

Были проведены реформы, значительно усиливавшие роль дворянства в местных органах власти. Эти реформы, точнее контрреформы, должны были ликвидировать те буржуазные преобразования, которые были Из трех законоположений — закон 12 июля 1889 г. о земских начальниках, новое земское положение (1890) и новое городовое положение (1892)—непосредственное отношение к крестьянам имели два первых. Положение о земских начальниках подчиняло целиком органы крестьянского общественного управления власти дворян- помещиков. Земским начальникам вверялась судебная власть над крестьянами. Это означало по существу реставрацию феодальных прав дворянства в деле опеки над крестьянами. По закону 12 июля 1889 г.563 земский начальник, назначавшийся из числа дворян-помещиков, становился вершителем судеб крестьянства. Он проверял решения сельских и волостных сходов, имел право приостановить их действие, утверждал и отстранял от должностей представителей сельской и волостной администрации. Ему предоставлялось также право наложения на крестьян денежных штрафов и присуждения их к краткосрочному аресту в административном порядке. Это право распространялось и на должностных лиц крестьянского общественного управления. Земскому начальнику вверялась и судебная власть над крестьянами — передавались функции мировых судей.

323

21*

Жалобы на действия земских начальников рассматривались в уездном съезде земских начальников, во главе которого стоял уездный предводитель дворянства564. Таким образом, крестьянство вверялось полностью бесконтрольному «попечению благородного дворянства».

«Положение» 12 июня 1890 г.565 усилило роль дворянства в земских учреждениях и фактически ликвидировало выборность крестьянских представителей566.

Все рассмотренные нами законы значительно усиливали феодальные пережитки в деревне, задерживая тем самым процесс капиталистического развития.

Резюмируя рассмотренные нами вопросы, можно сделать ряд выводов.

Наступление нового этапа реализации реформы (по истечении девятилетнего срока со дня издания «Положений 19 февраля») не внесло чего-либо принципиально нового. Отказы крестьян от наделов не получили, да и не могли получить массового распространения. Не говоря уже о том, что отказы от наделов были обставлены целым рядом ограничений, затруднявших крестьянам их осуществление, на это имели право только те крестьяне, которые к тому времени не выкупили еще своих наделов.

Основным результатом реформы явилось развитие капитализма в деревне, главным выражением которого был процесс разложения крестьянства. Однако процесс этот всячески задерживался наличием феодально-крепостнических пережитков, обусловленных грабительским характером реформы. Это находило свое выражение в сохранении кабальных форм эксплуатации — отработок.

После отмены крепостного права крестьянское движение в деревне по-прежнему имело место. Однако размеры его после окончания составления- уставных грамот невелики. Собственно, на протяжении 70-х годов наиболее активную роль играют государственные крестьяне. На них и падает наибольшее число крупных волнений со второй половины 60-х годов.

В кбице 70-х годов крестьянское движение дает некоторый, правда весьма небольшой, рост. Однако в этот период в деревне в силу целого ряда причин складывается напряженная обстановка. Это в какой-то мере ускорило проведение в начале 80-х годов ряда реформ (понижение выкупных платежей, введение обязательного выкупа, отмена подушной подати), настоятельная потребность в которых диктовалась всем ходом экономического развития.

Однако реформы эти не смогли существенно повлиять на положение крестьянства. К тому же на протяжении 80-х и начала 90-х годов правительство, воспользовавшись благоприятной для себя обстановкой, значительно усиливает феодальные пережитки в деревне, проводит ряд законов, ограничивающих права крестьян и усиливающих над ними власть дворян-помещиков. Но политика, рассчитанная на усиление феодально- крепостнических пережитков, все же не могла принести заметных плодов. В деревне бурно протекал процесс развития капитализма

<< | >>
Источник: Зайончковский П. А.. Отмена крепостного права в России. Изд. 3-е, переработ, и доп. М., «Просвещенно.. 1968

Еще по теме Дальнейший ход реаляэацнн «Положений 19 февраля» в 70-е в 80-е годы:

  1. Дальнейший ход событий говорит сам за себя
  2. Е. Дальнейший ход иудейского бунта в Киеве. — Евреи и Витте. — «Великая революция» и ее заслуги пред всемирным кагалом. — Еврейский иезуитизм
  3. Обнародование «Положений 19 февраля» и крестьянское движение весной 1861 г.
  4. 4. ДАЛЬНЕЙШЕЕ УКРЕПЛЕНИЕ МЕЖДУНАРОДНОГО ПОЛОЖЕНИИ СОВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВА.
  5. Бугаев А.. Очерки истории гражданской войны на Дону (февраль 1917 г. - февраль 1918 г.). - Ростов н/Д. - 400 с., 2010
  6. Обострение внутриполитического положения в годы мирового экономического кризиса (1929—1933)
  7. 26 ФЕВРАЛЯ (13 ФЕВРАЛЯ СТ. СТ.), ВОСКРЕСЕНЬЕ. Неделя сыропустная. Воспоминание Адамова изгнания. Прощеное воскресенье. Глас 4-й.
  8. ФЕВРАЛЯ (5 ФЕВРАЛЯ СТ. СТ.), СУББОТА. Вселенская родительская (мясопустная) суббота.
  9. Глава вторая. ХОД ОПЕРАЦИИ
  10. Ход развития
  11. ХОД ОПЕРАЦИИ
  12. ХОД ОПЕРАЦИИ
  13. ХОД ОПЕРАЦИИ
  14. Ход эксперимента
  15. Ход революции
  16. ОБЩИЙ ХОД ОПЕРАЦИИ
  17. ОРГАНИЗАЦИЯ И ХОД ОПЕРАЦИИ
  18. 7. ОСНОВЫ ОРГАНИЗАЦИИ АРМИИ И ХОД БОРЬБЫ
  19. Общий ход развития русской педагогии и ее главные периоды
  20. Общий ход развития русской педагогии и ее главные периоды