<<
>>

Биографический сюжет № 105. В.И. Ильин

Интересным и невозможным для социологов первых трех поколений является и путь в социологию В.И. Ильина [7], и развитие направленности его исследований. Его вхождение в социологию не было случайным, оно вытекало из стремления понять логику прошлого и настоящего.
Обучаясь на историческом факультете ЛГУ, он уже в первой половине 70-х почувствовал необходимость более глубокого, теоретического понимания общества. Ильин пытался получить ответы на философском факультете, расположенном в том же здании, но марксистско- ленинская философия поднимала его на такие высоты, «с которых земной мир становился неузнаваемым», а слова «социология» он не находил, встречались лишь «разнообразные варианты теологии», называвшейся «научный коммунизм». Поиски привели его в отделы специального хранения Публичной и университетской библиотек, так «железный занавес» для него рухнул задолго до перестройки. Особых проблем с допуском к «антисоветской» литературе не было, необходимо было лишь придумать подходящую тему и написать заявление, заверив его у научного руководителя и в деканате. В итоге он подготовил дипломную работу «Структура леворадикального сознания студенческого движения США в 1968-1970 гг.» На защите ему сказали, что его исследование имеет сомнительное отношение к истории, но он расценил эти слова как комплимент.

Окончив в 1975 г. университет с красным дипломом, Ильин узнал от коллеги по котельной, где он подрабатывал кочегаром, что заведующий кафедрой истории КПСС в Сыктывкарском университете ищет преподавателей с перспективой аспирантуры в Ленинграде. Так он отправился на Север, думал поработать там пару лет, но как и многие задержался до 2001 г.

В Сыктывкаре было две возможности: преподавать зарубежную историю или историю КПСС. Первый вариант ему не показался серьезным, изучать Запад приходилось исключительно по советским публикациям, иных там не было. Он остановился на втором варианте, ему представилось, что это откроет для него партархивы и даст ему ключи к пониманию советской системы. Он вступил в КПСС, для него открылись партийные архивы и упростился путь в аспирантуру, правда, по истории партии. Поработав в архивах, он понял, вся партийная тайна состоит в ее отсутствии.

В аспирантуре истфака ЛГУ (1977-1980 гг.) его научный руководитель на все его попытки найти серьезную нишу отвечал: «Сначала защити диссертацию, а потом уже занимайся наукой» [7, С. 144]. Ильин провел более двух лет в спецхранах, изучая англо-американскую литературу по истории и теории советского общества. И однажды нашел книгу Дж. Хафа о механизме функционирования партийных органов на уровне регионов и предприятий [8]. Так родилась тема кандидатской диссертации, ее методология и методика. Созрело решение проверить схему Хафа в эмпирическом исследовании архивных материалов первичных партийных организаций Коми АССР и понять, в чем состоит менеджерский смысл существования партийных организаций на предприятиях. Тема оказалась для него интересной, но результаты надо было переводить на язык истории партии, который и в те годы ассоциировался у него с шаманскими заклинаниями. На кафедре истории партии ЛГУ его тему перевели на этот язык: «Деятельность КПСС по вовлечению трудящихся в управление производством».

После защиты диссертации в 1980 г.

Ильин вернулся в Сыктывкар на кафедру истории КПСС; для занятий наукой ситуация становилась тупиковой. За пять лет он вымучил пару статей; писать «как надо» не мог, как мог - было нельзя. Но тут заведующий кафедрой философии и научного коммунизма отправил его в Институт повышения квалификации при ЛГУ. Когда он вернулся, перестройка уже становилась политическим процессом. Он отмечает: «И большая политика повернула мою биографию: в 1987 г. появилась возможность на историческом факультете Сыктывкарского университета заменить курсы истмата и научного коммунизма «марксистско-ленинской социологией» [7, С.145].

В 1990-м Ильин попал на полугодовые Высшие социологические курсы Советской социологической ассоциации, на которых выступали Ю. Н. Давыдов, В. А. Ядов, О. И. Шкаратан,

Б. Г. Грушин, А. Б. Гофман, и др., преподавали заметные фигуры западной социологии: З. Бауман, М. Кастельс, Э. Гидденс, С. Кларк и др. Здесь Ильин получил свое формальное социологическое образование и после курсов рискнул называть себя социологом.

Хотя, отмечает Ильин, исходный импульс для его занятий социологией шел от шестидесятников, он не стал бы специалистом без помощи Западных фондов и зарубежных коллег. Ключевая роль в этом процессе им отводится Саймону Кларку, профессору Уорвикского университета (Великобритания), инициировавшему множество проектов по изучению трудовых отношений и рынка труда России. В частности, благодаря ему был организован Институт сравнительных исследований трудовых отношений, имевший филиалы в нескольких российских городах нашей страны. Также очень многое было сделано Майклом Буравым, профессором Калифорнийского университета в Беркли. Начиная с 1991 г. он ежегодно приезжал для проведения полевых исследований в Сыктывкар. Там же Ильин познакомился с видным датским экономистом О. Соренсеном, изучавшим стратегии российских предприятий. Соренсен организовал его стажировку в Данию и Швецию, где он и написал свою книгу «Поведение потребителей» [9]. Благодаря фонду Фулбрайта Ильин почти два года провел в США, исследую жизнь американцев - не столько в тиши библиотек, сколько в бесчисленных интервью в семьях, на предприятиях, в тюрьмах и т. д. Ю. Фельдхофф из Билефельдского университета (Германия) внес огромный вклад в процесс европеизации социологического образования на факультете социологии СПбГУ. Он помог Ильину неоднократно выезжать в Германию для проведения полевых исследований повседневной жизни немецких переселенцев из стран, ранее входивших в Советский Союз. Результаты многочисленных исследований Ильина стали основой его книги по социальному неравенству и докторской диссертации, защищенной по этой теме [10].

Главное в концепции Ильина - отказ от понимания неравенства как объективного и очевидного феномена, свой подход к раскрытию природы неравенства он обозначает как деятельностно-конструктивистский. В работах первой половины 90-х он трактовал государство в качестве творца почти всех основных групп общества. В книге о «Социальном неравенстве» широкий круг форм социального неравенства рассматривается как порождение деятельности уже не только государства, но и индивидов, строящих свою судьбу. При обсуждении механизмов социальной иерархии он исходит из того, что за пределами борьбы за физическое выживание многие важные жизненные ресурсы теряют объективный характер: нужное одним излиш не для других. Тогда классические схемы изучения социальной стратификации, идущие от Маркса и особенно от Вебера, теряют свое значение. Власть, собственность, престиж перестают быть универсальными критериями, возникает значительно более широкий круг индикаторов социального неравенства, из которых ни один не является общепризнанным и не занимает фиксированного места в некоей иерархии ценностей. Их индивидуализация ведет к нарастанию релятивизма этой иерархии. Отсюда следует размывание коллективной субъектности как механизма формирования и воспроизводства социального неравенства.

Разумеется, все эти конструкции даже при очень сильном камуфлировании в советское время не могли быть вынесены для публичного обсуждения.

Рассказанное Ильиным объясняет, почему он относит себя к спасенным перестройкой: он оказался готовым к начавшимся в стране переменам, был настроен на освоение Западного теоретического и эмпирического опыта. Проблематика, которую он разрабатывал, оказалась интересной и для зарубежных специалистов, а его подготовка, в том числе языковая, позволили ему достаточно быстро и эффективно включиться в международное сотрудничество ученых. Что мне особенно хотелось бы подчеркнуть, что все это было им сделано, будучи преподавателем провинциального Сыктывкарского университета. В Петербург он переехал после защиты докторской диссертации.

При всей уникальности профессиональной траектории Ильина, в развитии постперестроечной деятельности других представителей его поколения обнаруживается описанная им коллизия: участие в международных проектах и как следствие - выход на изучение той проблематики, которая мало и совсем с иных методологических позиций исследовалась в СССР, и обращение к тем методам, которые слабо, редко использовались советскими социологами ранее.

<< | >>
Источник: Докторов Б.З.. Современная российская социология: Историко-биографические поиски. В 3-х тт. Том 1: Биографии и история. - М.: ЦСПиМ. - 418 с.. 2012 {original}

Еще по теме Биографический сюжет № 105. В.И. Ильин:

  1. Биографический сюжет № 14. Ж.Т. Тощенко
  2. Биографический сюжет № 25. Э.В. Беляев
  3. Биографический сюжет № 82. Ю.Н. Толстова
  4. Биографический сюжет № 92. М.Е. Позднякова
  5. Биографический сюжет № 17. Л.Г.Ионин
  6. Биографический сюжет № 89. А.Б.Гофман
  7. Биографический сюжет № 51. Л.Е. Кесельман
  8. Биографический сюжет № 42. В.Я. Ельмеев
  9. Биографический сюжет № 30. Ю.Н. Толстова
  10. Биографический сюжет № 99. М.А. Тарусин
  11. Биографический сюжет № 85. И.И. Травин