<<
>>

Биографический сюжет № 110. Л.А. Козлова

Тонко и точно обозначила в нашем интервью и в регулярной переписке новые, постперестроечные возможности исследований прошлого советской/российской социологии Л.А.Козлова [14], некоторые позиции которой по данной проблематике излагались и обсуждались выше.

В 1989 г.

ею была защищена кандидатская диссертация по истории советской/российской социальной мысли в 19201930-х гг.: социология и истмат, социальная психология, коллективная рефлексология, педология, религиозно-философская социальная мысль. То был период радикальных изменений в социальных науках, ряд рассмотренных ею направлений были тогда на излете, другие только появлялись, но ни одно из них не находилось в состоянии «покоя». Козлова не ставила перед собой задачу «реабилитировать» или покритиковать кого-то из персоналий, было желание спокойно и по возможности основательно описать то, как сразу после революции в идейном корпусе общественных наук или шире - общественной мысли, включавшей самые разные направления, - менялось отношение к человеку как члену общества.

Об этих направлениях историки науки писали и раньше, но интерес к некоторым дисциплинам к какому-то моменту был закрыт, прежде всего, по идеологическим причинам. Никаких особых запретов в этой области в 1970-1980-е гг. уже не было, но в историческом анализе оставались стереотипы и клише, от которых и следовало освободиться.

В начале 90-х, уже после защиты кандидатской диссертации Козлова стала работать в группе Г. С. Батыгина; в его планах был большой проект по реконструкции социологии советского периода - с послереволюционного времени и до наших дней. Предполагалось отойти от принятых в советское время канонов историографии, выяснить неизвестные или забытые факты истории и персоналии. Попробовать найти объяснения происходившему, свободные от принятых в советское время идеологем.

Это исследование было частью более широкого исторического проекта, который с конца 1980-х гг. проходил в СССР и связывался с возможностями непредвзято, вне идеологических ограничений, изучить прошлое, пользуясь открывшимися архивами и свободой слова. Тогда выходило много исторических книг и статей, содержавших настоящие откровения о советском времени и его деятелях. Изучавшие российскую и советскую социологию в советское время, правдиво излагали факты, но лишь доступные, да и возможности интерпретации были весьма ограниченными. Следовательно, существовала принципиальная, фундаментальная недосказанность и неполнота истории. В какой-то момент историческое описание - даже самое прогрессивное - достигло своего предела, и история как жизнеописание, как последовательность значимых фактов пришла в застой, стагнировалась. В рамках советской «парадигмы», пользуясь привычными стереотипами, фактически уже ничего нельзя было добавить к написанному ранее советскими историками социологии.

Команда Батыгина поставила перед собою задачу внимательного исследования фактологического аспекта истории социологии, особенно ее «темных» периодов. Перестройка открыла для этого необходимые возможности, сулившие новые результаты, «расширение» истории социологии, ее реконструкцию. Несколько лет было проведено в архивах, а в середине 1990-х, началось проведение автобиографических интервью с социологами, на глазах и при участии которых прошел большой отрезок истории советской социологии.

Очевидно, что в доперестроечное время «странное» по своей методологии и предметной особенности исследование А.А.

Давыдова тоже не могло возникнуть в рамках Института социологии, тем более - быть доведенным до докторской диссертации и успешно защищенным.

Биографический сюжет № 111. А.А. Давыдов

В 1989 г. А.А.Давыдов, выпускник психологического факультета МГУ и сотрудник Института социологии, защитил кандидатскую диссертацию по традиционно для того времени звучавшей тематике - методолого-методические проблемы измерения ценностей в сфере труда. Но вскоре после этого, вспоминает он, его «схватила намертво» тема «золотого сечения» для анализа социальных систем, что-то притягивало, просматривалась научная перспектива; в вычислительном плане все было просто, но в теме чувствовалась глубина. Он стал работать с учеными Института системного анализа РАН, в частности, с Вадимом Николаевичем Садовским, классиком системного подхода в СССР.

Вот что он рассказывает:

В «Ленинке» я регулярно просматривал научные и научно-популярные журналы по разным наукам, реферативные журналы, новинки книг. Однажды я прочитал научно-популярную книгу А. С. Сонина о симметрии и связанных с нею понятиях [15], и эта работа определила мою научную увлеченность «золотым сечением» на долгие годы. «Золотое сечение» - это одна из мер соразмерности частей в целой системе, где а /Ь = 1.618..., где а - размер большей части, Ь - размер меньшей части. Например, для целого (100%), состоящего из двух частей, «золотое сечение» будет иметь место тогда, когда а=61.8%, Ь=38.2%. «Золотое сечение», как один из общесистемных параметров гармоничного соотношения частей, имеет солидное теоретическое и эмпирическое обоснование в общей теории систем, теории природных и социальных систем [16, С. 1094-1095].

Давыдов продолжал активно работать по планам Института социологии, регулярно публиковался, но тема «золотого сечения» оставалась как наваждение, от которого невозможно было избавиться. На мою просьбу к нему уточнить, были ли какие-либо внутренние предпосылки к размышлениям по этой теме, было ли ощущение дискомфорта, поисков чего-то неосознаваемого он ответил:

Не могу рационально объяснить, почему меня «захватила» эта книга. Так же, как и не могу рационально объяснить свой постоянный интерес к функционированию мозга и космологии. Возможно, социология изначально менее таинственна (как попроще), чем эти темы [16, С. 1095].

Некоторые из коллег Давыдова, в частности, математики, восприняли его поиски критично, другие - со скептической ухмылкой. Но были и те, кто пытался разобраться в его начинаниях. В целом, большинство относилось к ним безразлично, поскольку были незнакомы с данной проблематикой, или негативно. Никто не препятствовал заниматься «золотым сечением», воспринимая это как чудачество научного маргинала. Но Давыдова активно поддержал В.А.Ядов. Сначала он был рецензентом его монографии [17] по этой теме, опубликованной в 1994 г., а потом написал предисловие к ней. Он отметил, что ни чего в построениях Давыдова не понимает, но допускает, что в них что-то есть. Вторым рецензентом этой работы был В.Н. Садовский, которого Давыдов считает своим научным учителем в области системного подхода. В 1996 г. итоги работы по «золотому сечению» были оформлены в докторском исследовании и успешно защищены в Институте системного анализа.

Основная идея модульного анализ социума состоит в признании наличия механизмов, обеспечивающих связь между размерами и функциями частей в социальных системах. В приводимой ниже таблице этот механизм иллюстрируется для системы из двух частей, хотя созданные Давыдовым алгоритмы позволяют производить расчет пропорций между частями системы для любого числа элементов21.

Соответствие пропорций и функций в социальных системах Размеры двух частей Пропорция Функция 5

О

5

О 50:50=1 Статичное равновесие 51,5 : 48,5 51,5 48,5=1,062 Динамическое равновесие 55,3 : 44,7 55,3 44,7=1,237 Развитие новых элементов 61,8 : 38,2 61,8 38,2=1,618 Развитие новых свойств 69,1 : 30,9 69,1 30,9=2,236 Развитие новых отношений 76,4 : 23,6 76,4 23,6=3,237 Баланс сохранения и развития 83,3 : 16,7 83,3 16,7=4,998 Сохранение сложившихся отношений 89,4 : 10,6 89,4 : 10,6 = 8,434 Сохранение сложившихся свойств 94,4 : 5,6 94,4 : 5,6 = 16,857 Сохранение сложившихся элементов 99,7 : 0,3 99,7 : 0,3 = 297,2 Динамический коллапс Примечание: золотое сечение - 61,8:38.2=1,618 (ряд Фиббоначчи).

Согласно теории Давыдова, данные пропорции выступают в качестве аттракторов (притягивающих режимов функционирования), своего рода указателей особенностей функционирования социальных систем. «Переход» от одной пропорции к другой осуществляется «скачком», причем наиболее вероятно к соседней пропорции. Это подтверждают результаты обширных эмпирических исследований по различным показателям (экономика, демография, культура, политика, общественное мнение и т.д.) для разных стран на протяжении длительного периода времени.

Работы Давыдова трижды выдвигались на ежегодную премию РАН им. М.М.Ковалевского по социологии, но безуспешно. В первый раз выдвигал Н.И. Лапин, во второй раз - Институт системного анализа РАН, социологический факультет МГУ и Н.И. Лапин. В последний раз - Институт социологии РАН и Институт системного анализа РАН. Члены экспертной комиссии по премии ему откровенно говорили, что они его работу не понимают и потому не могут оценить полученных эмпирических результатов и разработанных компьютерных систем. В тоже время журнал «Социологические исследования» и другие издания Института социологии РАН, статьи о «золотом сечении» в социальных системах постоянно публиковали.

Представители четвертого поколения отечественных социологов первыми осваивали еще одну форму деятельности, чрезвычайно важную для развития новой социологии, Речь идет об издании независимых профессиональных журналов, о чем, естественно, их старшие коллеги не могли даже мечтать в молодые годы. Допускаю, что в разных городах России издается целый ряд независимых социологических журналов, в том числе - онлайновых, и может быть собран богатый материал для освещения многих аспектов этой темы. Здесь же ограничусь рассмотрением воспоминаний тех, о деятельности кого рассказывается в этом разделе.

<< | >>
Источник: Докторов Б.З.. Современная российская социология: Историко-биографические поиски. В 3-х тт. Том 1: Биографии и история. - М.: ЦСПиМ. - 418 с.. 2012

Еще по теме Биографический сюжет № 110. Л.А. Козлова:

  1. Биографический сюжет № 39. Л.А. Козлова
  2. Биографический сюжет № 13. В.А.Бачинин
  3. Биографический сюжет № 25. Э.В. Беляев
  4. Биографический сюжет № 8. Т.З. Протасенко
  5. Биографический сюжет № 82. Ю.Н. Толстова
  6. Биографический сюжет № 92. М.Е. Позднякова
  7. Биографический сюжет № 14. Ж.Т. Тощенко
  8. Биографический сюжет № 17. Л.Г.Ионин
  9. Биографический сюжет № 89. А.Б.Гофман
  10. Биографический сюжет № 51. Л.Е. Кесельман
  11. Биографический сюжет № 42. В.Я. Ельмеев
  12. Биографический сюжет № 30. Ю.Н. Толстова
  13. Биографический сюжет № 99. М.А. Тарусин
  14. Биографический сюжет № 85. И.И. Травин