<<
>>

2.2.1. Общеоценочная лексика в тексте литературной сказки

В ценностную картину мира включаются не все «живущие» в реальной действительности предметы, события и явления, поскольку не все из них представляют интерес и являются ценностью для человека. Общеоценочные единицы оценивают мир, не конкретизируя его.

Набор свойств, которые отражает общая оценка, является довольно неопределенным в качественном и количественном отношении. Оценочная лексика с общим значением составляет 24,3% от числа анализируемых оценочных единиц. Лексема «хороший» не всегда занимала основное место в ряду общеоценочных единиц. В период ХУП-ХУШ вв. произошли коренные изменения в лексико­семантической группе общей оценки: прилагательное добрый,

функционирующее как доминанта данной группы, сузило сферу значения до выражения этической оценки. Теперь основным в ряду лексем с общеоценочным значением стало прилагательное «хороший».

В Академическом Словаре 1794 года дается следующее определение значения лексемы «хороший» [Академический словарь 1794: 574]:

1) Относительно к животным и к прочим произведениям природы, и к вещам искусством сделанным значит: отменный, превосходный в своем роде. Хороший конь. Хорошая корова. Нарядится в хорошее платье.

2) Относительно к человеку значит: честный, благонравный,

добродетельный. Человек хороший. Знаться с хорошими людьми. Он имеет хорошую душу.

3) Исправный в своей должности, искусный, знающий. Хороший хозяин. Хороший воин. Хороший музыкант. Хороший бытописатель, стихотворец.

4) Пригожий, видный красивый. Хорошее лице. Хорошая девица, женщина.

В Толковом словаре В. И. Даля (1866) дается следующее значение лексемы «хороший»:

Хороший и хоровитый (от краса, краше, кораше?), лепый, красный, прекрасный, красивый, красовитый, басистый, баской, видный, взрачный, казистый, приглядный пригожий, статный, нравный на вид, по наружности; || добрый или путный, ладный, способный, добротный, дорогой, ценимый по внутренним качествам, полезным свойствам, достоинству [Словарь живого великорусского языка 1866: IV 513].

В словаре (МАС IV. С. 620-621.) в ряду значений лексемы «хороший» выявляются новые ЛСВ, которые включают в себя все группы частных оценок.

При анализе словарных статей лексемы «хороший» становится очевидным, что с течением времени значение данного слова расширяется и «покрывает» все частные группы оценок. Литературная сказка, являясь произведением своего времени, отражает все исторические изменения в значении лексемы хороший, которая является доминантой в ряду единиц, обозначающих положительную оценку, которая выражается различными частями речи: адъективными лексемами и наречными эквивалентами (Вольф, 1985). В тексте литературной сказки представлены следующие основные лексические единицы с оценочным значением:

Положительная оценка: хороший (хорошо), неплохой (неплохо), недурной

(недурно), добрый, славный, (славно), ладный, замечательный (замечательно),

чудесный (чудесно), благой, изумительный (изумительно), восхитительный

88

(восхитительно), отличный (отлично), превосходный (превосходно), наилучший, лучший, первоклассный, великолепный (великолепно), классный (классно), сносный (сносно), путный (путно).

Количество употребленных лексем с общим положительным оценочным значением в текстах литературной сказки составляет 82,5% от общего числа всех употребленных общеоценочных единиц, что соответствует тенденциям русского языка: в языковой практике наблюдается преобладание лексем с положительным оценочным значением (согласно Национальному корпусу русского языка (дата обращения: 09.10.2014г.) практически совпадает и процент соотношения положительных и отрицательных единиц - 82% и 18% соответственно (на примере лексем «хороший» и «плохой»)).

Соответственно, общеоценочные единицы с отрицательным значением употребляется в 17,5% случаев и представлены следующими основными лексемами: плохой (плохо), нехороший (нехорошо), дурной (дурно), скверный (скверно), дрянной, ужасный, отвратительный (отвратительно), кошмарный, никудышний, худой (худо), паршивый (паршиво), неважный (неважно).

Л. А. Сергеева отмечает, что «лексемы, выражающие общую оценку, могут быть сгруппированы в разряды в зависимости от характера оценки, меры оценки, отсутствия или наличия средств субъективной оценки» [Сергеева 2007: 231] Общеоценочные единицы способны отражать градуальные признаки: в различной степени проявляется свойство хороший или плохой. Положительная оценка (хороший) репрезентируются в следующих лексемах в зависимости от степени проявляемого признака:

Первая группа объединяется значением «очень хороший (очень хорошо), превосходит предъявляемые требования»:

К данной группе относятся лексемы, превосходящие в той или иной степени норму для того, чтобы считаться хорошим. Единицы данной группы используются в 17,55% случаях употребления лексем с общеоценочным значением.

наречие:

превосходно: Вот как я превосходно придумала», - думала она про себя. (Гаршин. Лягушка-путешественница)

прекрасно: - Прекрасно! Превосходно! - запищал он, возбужденный открытием. (Губарев. Королевство кривых зеркал)

замечательно: Вовсе незачем ему дожидаться волшебника Алешу, и даже хорошо, просто замечательно, что его нет дома. (Прокофьева. Ученик волшебника)

отлично: — Отлично вышло, — похвалил девушку следователь. (Голь. Жил- был у бабушки)

изумительно: — Уважаемый, дорогой, милый, господин козел еж!

Изумительно! (Кутерницкий. Приключения птицы курицы)

адъектив:

лучший: Хан приставил к царевичу старшину лучшаго (Екатерина II. Сказка о царевиче Хлоре)

Данное значение «самый хороший» может быть выражено с помощью использования аналитической и синтетической формы образования превосходной степени прилагательного:

- Мама... А ведь ты - самая лучшая, правда? (Ракитина. Сережик)

Кот побывал в Китае, посетил Азорские острова и Мексику, но из всех виденных стран Франция произвела на него наилучшее впечатление. (Кутерницкий. Госпожа Странная Мысль)

прекрасный: День был прекрасный и необыкновенно тёплый, не более трёх или четырёх градусов мороза (Погорельский. Черная курица, или подземные жители)

замечательный: А сад, надо сказать, у царя был замечательный. (Успенский. Иван-царский сын и серый волк)

Лексема «замечательный», имея общеоценочное значение, представляет «психологический аналог вкусовых оценок, основание которых коренится в неподдающихся экспликации ощущениях» [Арутюнова 1988: 62] нами не была обнаружена в литературных сказках ХУШ-ХТХвв.

отличный: Везде такая отличная, бархатная зеленая травка и белые цветы. (Вагнер. Песенка земли)

знатный: Средний - Алёша - хлеборобом, знатным комбайнёром стал. (Туричин. Крайний случай)

восхитительный: — Динь-динь, — бабушка подложила Саньке на тарелку ещё кусочек восхитительного пирога и позвала дедушку: — Динь-динь! (Георгиев. Стрёкот кузнечика)

изумительный: И вот, слушайте изумительное, Абунту не изменилась телом, и нрав ее оставался все тог же. (Рерих. Девассари Абунту)

Развитие языка предполагает появление новых лексем, которые активно используются сказочниками в их произведениях. Например, для языка литературной сказки XXI века стали характерны следующие лексемы: первоклассный: - Алеша, миленький, умоляю, - дрожащим голосом проговорил он. - Ты у нас такой первоклассный волшебник. (Прокофьева. Ученик волшебника)

первосортный: - Рухнул такой план... такая первосортная хитрость... (Прокофьева. Остров Капитанов)

Для жанра литературной сказки характерно наличие лексем разговорного характера:

Те ребята понятливые, хвалила их мастерица, а этот вовсе на отличку. (Бажов. Хрупкая веточка)

«На отличку» показывает существующую связь между литературной и народной сказкой, а также самим народом.

Лексемы данной группы занимают крайнюю позицию на шкале качеств. Обозначенные лексемы не сочетаются с интенсификаторами (невозможно употребление «Этот волк очень лучший»).

Выделение определенных предметов и качеств как самых положительных из ряда подобных свойственно различным лексемам на протяжении всего времени существования литературной сказки как жанра.

Лексемы данной группы чаще всего используются в текстах литературной сказки и составляют 63,3% от всех случаев употребления лексем с общим оценочным значением. наречие:

положительно: - Что со мной? Я положительно засыпаю, - смущенно улыбнулся капитан Тин Тиныч. (Прокофьева. Остров капитанов)

Данная лексема употребляется в литературных сказках XXI века. хорошо: Хорошо кума принаряжена: шерсть пушистая, золотистая; на груди жилет, а на шее белый галстучек. (Ушинский. Лиса Патрикеевна) путно: Да знаете ли вы, что к Морю-Океану еще никто путно не добирался, а если и добирался, то плохо приходилось. Что вздумали! (Ремизов. Посолонь) ладно: Спервоначалу ладно говорили, слова сыпали гладкими льдинками на снег, да покажись Анисье, что сватья сказала кисло слово. (Писахов. Ледяная колокольня) адъектив:

хороший: — Посмотри, какой хороший, добрый дядя Волк сидит в окошке, — успокаивал сынишку Заяц. (Шер. Попался волчок на крючок)

С. Обнорский отмечает, что «в обороте «безыскуственной», живой народной речи, очевидно, не было и нет слова хороший; не даром здесь мы встречаемся с рядом иных его лексических эквивалентов - со словами ладный, добрый, красный, баской и мн. др» (цит. [по Дронова 2006: 83]). Литературная сказка, как ближайшая родственница народной, отображает все соответствующие «лексические эквиваленты» лексемы «хороший», которые бытовали в повседневной речи людей.

благой: люди счастливыми улыбками встретили благую весть о приближении Солнца, их любимого, светлого короля...(Чарская. Сказки голубой феи)

В русском литературном языке прилагательное благой в значении, выражающем общую оценку «хороший», является устаревшим. Стоит отметить, что исследователями подчеркивается наличие у производных корня благ- и блаж- противоположных значений, что не имеет однозначного истолкования в науке.

путный: — Эх ты, «было — не было»... Слова путного от тебя не услышишь! (Успенский. Вниз по волшебной реке)

стоящий: К мочальникам, что даровое липовое лыко дерут-мочат, в мочалу треплют, а из мочалы стоящие кули ткут. (Пермяк. Тайна цены) славный: Какой у вас славный домик - ни дать ни взять - сахар на зелёной тарелке. (Благинин. Чудесные часы)

ладный: Настало воскресенье. День был такой ладный. Тепло; солнышко светит. (Вагнер. Без света)

Л. П Дронова, отмечает, что «в ареале современного употребления прилагательное *1аёпъ]ь выражает разнообразные оценки: чаще эстетическую, а также наряду с утилитарной - этическую, общую» [Дронова 2007: 81]. Данный вариант употребления лексемы является примером общеоценочного значения в семантической структуре слова.

милый:- Неужели я увижу наконец милых посетителей зоопарка, а милые посетители увидят меня? - растроганно лепетал слон Галилей.(Прокофьева. Ученик волшебника)

добрый:Сшил бы себе добрую шубу (Левшин «Русские сказки». О племяннике Фомке)

Лексемы добрый, добро восходят к корню *dobb-/*doba-. М. Фасмер соотносит рассматриваемый корень с индоевропейской основой *dhabh, которая имеет значение «подходящий, годный» [Фасмер I: 520]. В старославянском и древнерусском языках значением лексемы доба также, по-видимому, является «пора, срок, подходящее время» (ср.: доба «время, пора, случай» [САР: 1806, т1]). Данный корень является родственным и производным для слов

«удобный» и «надобный». Следовательно, можно говорить об изначальной в значении слова праксеологической оценки.

Сильным толчком к развитию общей положительной оценки дало

соединение корня *dobb-/*doba- и индоевропейского корня *аг, имеющего

значение «соединять», «сплачивать», «подходить». Соединение двух корней

со сходной семантикой создает как бы новый этап положительного значения.

Значение «удобное времени, подходящая пора для какого-нибудь действия»

сглаживается и отходит на второй план, уступая место в сформировавшемся

слове добръ общему оценочному значению «хороший». Данная лексема добръ

(как общеоценочное прилагательное) активно не используется в литературных

сказках Х1Х-ХХ1вв, что, безусловно, свидетельствует о переходе из

общеоценочного разряда снова в группу частных оценок, отражающую теперь

этические требования и основания к объекту оценки. Лексема «добрый»

постепенно утрачивала общеоценочную семантику, что, по мнению Л. П.

Дроновой, было связано с «втягиванием в сферу влияния иной культуры, иных

смысловых оппозиций, и это сказалось на его функционально-семантических

особенностях: в истории русского языка оно получило стилистическую

маркировку и стало употребляться преимущественно в функции этической

оценки». [Дронова 2007: 36]. Иная культура приходит с принятием Киевской

Русью христианства. Усваивая лексический пласт церковнославянского языка,

русская культура вбирает в себя и ментальные особенности, связанные с

этическими ценностями. Дионисий Ареопагит писал: «Само Божество есть

Добро по существу, и все сущее причастно Добру, как творения - солнцу».

Русская культура синтезирует понятие добра в христианской культуре с

народным видением. В церковнославянской литературе, как отмечает Л. П.

Дронова, «востребованным» из оценочных значений является значение

положительной оценки моральных качеств человека, что, в свою очередь,

сказывается на семантике общеоценочных слов, вызывая определенные

смещения в значении слова: «добрый активно употребляется в значении

положительной оценки с позиций христианской морали и участвует в

94

формировании нового синонимического ряда (добрый - преподобный, праведный, истинный, чистый (перен.), безгрешный, непорочный и др.)» [Дронова 2007: 33]. С началом демократизации литературного русского языка уже в XVI в. лексема хороший систематически используется вместо общеоценочного аналога добрый, который уже в XVII-XVIII вв. был определен как церковнославянизм и использовался для выражения оценки моральных качеств человека [Дронова 2007: 33]. Следовательно,

закономерным является наличие в литературной сказке (начиная с XIX в.) основного значения добрый - частнооценочного, но в семантической структуре данного прилагательного остались «отголоски» общеоценочного значения, что подтверждается текстами сказок более позднего периода: Доброго тебе здоровьичка. (Успенский. Вниз по волшебной реке)

а не в добрый час и его самого подняли мертвого в царевом кружале под лавкою. (Сомов. Сказка о Никите Вдовиниче)

Третья группа объединяется оценочным значением «в основном хороший, практически удовлетворяет предъявляемым требованиям».

Данная группа лексем характеризует явление, в котором сосуществуют несущественные отрицательные и преобладающие положительные свойства. Лексемы данной группы редко употребляются в литературных сказках и составляют 1,76% от всех случаев употребления лексем с общим оценочным значением. наречие:

неплохо: Все шло у стариков как по маслу: и в избе хорошо, и на дворе неплохо, скотинка зиму перезимовала, птицу выпустили на двор. (Даль. Девочка Снегурочка)

недурно: Бегать я таки мастер и прыгаю недурно (Ушинский. Жалобы зайки) удовлетворительно: Но сегодня она даже кивнула и пробурчала «Весьма удовлетворительно», а ведь Бабушка предупреждала Лизу, что в устах строгой преподавательницы это наивысшая похвала! (Егорушкина. Настоящая принцесса)

адъектив:

неплохой: Что же, ведь и полдюжины воробьиных яиц - неплохой завтрак. (Бианки. Красная горка)

приличный: — Вполне приличный человек, хотя, пожалуй, и не без странностей и плохих поступков. (Чернецов, Яковлев. Разбитая сказка) Отрицательная оценка:

Первая группа объединяется значением «очень плохой, в крайней степени не соответствующий предъявляемым требованиям»:

Лексемы данной группы используются в 3,17% случаев употребления в текстах лексем с общим оценочным значением.

худший: Она сгребла всю мелочь в горсточку и вытащила ее из кармана. Худшие опасения подтвердились. (Егорушкина. Настоящая принцесса) ужасный: Поведение его стало совершенно ужасное. (Крапивин. Стража Лопухастых островов)

отвратительный: Вы вспоминали те отвратительные, грязные вертепы, в которых живут эти бедные дети. (Вагнер. Без света)

кошмарный: Он замер, зажмурился и понял, что сию секунду с ним от ужаса случится кошмарная постыдная беда. (Крапивин. Стража Лопухастых островов)

жуткий: Он глубоко и прерывисто вздохнул, будто вырвался из жуткого плена. (Крапивин. Стража Лопухастых островов)

Многие из перечисленных лексем выражают не только рациональную, но и эмоциональную оценку, так как эмоциональность свойственна именно тем единицам, которые называют высокую степень признака [Балли 2003: 258].

Вторая группа объединяется значением «плохой, не соответствующий предъявляемым требованиям». Употребление лексем данной группы составляет 13,37%. номинатив:

негодяй: - Конечно! Один негодяй прогнал другого. (Олеша. Три толстяка) наречие:

плохо: - То есть, плохо я это дело сделал (Успенский. Иван царский сын и серый волк)

дурно: ...дурно ты сотворил, что у соседняго царя увез сына, и беды нам не миновать, буде не поправишь своего поступка... (Екатерина II. Сказка о царевиче Хлоре)

худо: И на этот раз кончилось дело худо. (Шварц. Два брата) адъектив:

Широко используются в тексте литературной сказки слова, образованные с помощью отрицательной приставки не, прибавленной к производящей основе, которая имеет положительный аксиологический знак:

Например:

неладное случилось с детьми. (Ремизов. Посолонь)

- Да что тебе нужно, негодная тварь? - зарычал он. (Мамин-Сибиряк. Сказка про Комара-Комаровича - длинный нос и про мохнатого Мишу - короткий хвост)

В данном примере обнаруживается общая оценка праславянского уровня - *godьnъ (]ь). Л. П. Дронова отмечает, что «реализуясь в славянских языках в широком спектре частных оценок, слав. *godьnъ на общеславянском уровне представляет общую мелиоративную оценку» [Дронова 2007: 72].

плохой: А листок был плохой: желтый, сухой. (Бианки. Приключения Муравьишки)

дурной: Клянусь моим лучшим повидлом, у меня гоблинов не водится! Не подумайте дурного! (Егорушкина. Настоящая принцесса и Бродячий Мостик) скверный: И бедное создание с ужасом увидело, как скверные липкие лапы цепляются за ветви куста, на котором она росла. (Гаршин. Сказка о жабе и розе)

никудышний: Это значило: "К сожалению, можно даже сказать - к прискорбию, он для нас никудышный помощник". (Прокофьева. Ученик волшебника)

худой: ...неприлично перенимать нам худое обхождение, пусть перенимают у нас люди Золотой Орды человеколюбивое обхождение с людьми и иныя добродетели, и да будет у нас всякого добра образец... (Екатерина II. Сказка о царевиче Февее)

дрянной: Не обращайте вы на этих дрянных комаришек внимания. (Мамин- Сибиряк. Сказка про Комара Комаровича - длинный нос и про мохнатого Мишу - короткий хвост)

дурацкий: Крот закатил глаза к потолку и прошипел: — Дурацкая служ-ж- жба! (Ракитина. Когда с листьев облетели деревья)

Третья группа - «в основном плохой, не совсем удовлетворяющий предъявленным требованиям»:

Эта группа лексем выражает оценку явлений, в которых вместе с преобладающими отрицательными качествами сосуществуют и положительные. Лексемы данной группы реже других используются в текстах литературной сказки (0,49%). наречие:

неважно: Но ошпаренное пятнышко еще побаливало, и Ласточка

жаловалась, что она неважно скользит и цепляется за воздух. (Прокофьева. Остров Капитанов) адъектив:

неважный: - Тебе хорошо! - сказал он Барбосу. - Ты в доме живёшь, а вот я живу в конуре. Теснота, понимаешь! И крыша протекает. Неважные условия! (Носов. Бобик в гостях у Барбоса)

Л. А. Сергеева отмечает, что понятие нормы существует только для явлений, оцениваемых положительно, следовательно, положительный или отрицательный знак характерен для позитивных действий, событий и явлений. [Сергеева 2007: 36] Нельзя, например, сказать: Они хорошо (плохо) издеваются.

Положительная оценка может быть выражена не только с помощью

отдельных лексем, но и с помощью фразеологических единиц:

98

— У меня нет слов! — воскликнул он. (Шер. Попался волчок на крючок)

- А мы шерсть острижем, будет хвост что надо! - захохотали пираты. (Прокофьева. Остров капитанов)

Все шло у стариков как по маслу: и в избе хорошо, и на дворе неплохо, скотинка зиму перезимовала, птицу выпустили на двор. (Даль. Девочка Снегурочка)

По сравнению с прежними подарками этот был, конечно, так себе. (Яковлев. Разбитая сказка)

Живут душа в душу... (Мамин-Сибиряк. Серая Шейка)

Выражение отрицательной оценки явлений или событий на лексическом уровне может также производиться с помощью фразеологических единиц:

Ну, в добрый час молвить, в худой промолчать — вся нечисть подземная, вся тьма кромешная. (Сомов. Сказка о Никите Вдовиниче)

В то утро Оля вела себя из рук вон плохо. (Губарев. Королевство кривых зеркал)

Хотя молчать и тащить хоть бы и легкую лягушку три тысячи верст не бог знает какое удовольствие, но ее ум привел уток в такой восторг, что они единодушно согласились нести ее. (Гаршин. Лягушка-путешественница)

Следует отметить, что для фразеологических единиц невозможно распределение по зонам интенсивности положительного/отрицательного признака на оценочной шкале.

Между зонами отрицательного и положительного знака на оценочной

шкале располагается зона нейтрального, которая заключает в себе значение «в

основном удовлетворяющий предъявляемым требованиям». Данная зона

составляет 9,71% от числа употребления лексем с общим оценочным

значением. Вопрос, что представляет собой зона нейтрального, является

сложным. Но следует различать зону нейтрального восприятия и зону

безразличия, в которой находятся предметы, события и явления

действительности, не представляемые для субъекта оценки никакой ценности.

Лексические единицы нейтральной зоны шкалы обозначают определенные

99

ценностные объекты восприятия, для которых характерно в равном соотношении наличие «хороших» и «плохих» признаков. Л. А. Сергеева считает, что нейтральная зона на шкале оценок больше тяготеет к отрицательной оценке. На языковом уровне нейтральная зона «прорисована» хуже, чем зоны положительной и отрицательной оценки. Нейтральность гораздо чаще «появляется» в текстах литературы конца XX - начала XXI вв., что, безусловно, отражает расшатывание аксиологической шкалы литературной сказки. Нами отмечено увеличение нейтральной зоны в текстах литературной сказки XXI века на 23%.

Зона нейтральной оценки представлена следующими основными единицами:

обыкновенный: Жил Алеша в обычном доме, в самой обыкновенной квартире. (Прокофьева. Ученик волшебника)

обычный: А город жил своей обычной жизнью (Егорушкина. Настоящая принцесса и Бродячий Мостик)

Данное значение соотносится со значением «такой как всегда, ничем не примечательный», которое репрезентируется в следующих лексемах: привычный: Волк проговорился: елка, береза, большой муравейник, кузница, направление — вон туда. Сейчас осмотрюсь, — и Алексей привычно начал взбираться на ель. (Голь. Жил-был у бабушки)

Таким образом, общая оценка «хороший/плохой» и наречный эквивалент «хорошо/плохо» в русских литературных сказках представлены дифференцированными лексическими единицами.

В диахроническом аспекте, как было показано на примере литературной сказки, не все лексемы изначально выражали общую оценку и оценку вообще. Так, Т. А. Чернякова выделяет следующие этапы формирования оценочного значения у слова (цит. по [Дронова 2007: 19]):

На начальном этапе происходит развитие оценочных коннотативных сем на

основе дескриптивного признака, который является на этом этапе первичным

в структуре значения слова. Оценочная сема является вторичной.

100

На следующем этапе в результате постоянной актуализации оценочной семы происходят очевидные изменения в характере и соотношении дескриптивных и оценочных сем в значении слова: оценочная сема теперь является ядерной. Назначением дескриптивного компонента является обозначение основания оценки.

На заключительном этапе из-за ослабления (или даже утраты) связи оценочного значения с дескриптивным значением происходит размытие критериев возникновения аксиологических смыслов. Начинает развиваться общеоценочное значение. Это отмечается в основном в связи с увеличением круга существительных, которые сочетаются с данным прилагательным. Теперь общеоценочное значение выражает «чистую» оценку, «забыта» опора на когда-то дескриптивное значение в его структуре. Данную модель автор схематически представляет следующим образом:

Дескриптивное значение ^ II. Дескриптивное значение, осложненное оценочной коннотацией ^ III. Частнооценочное значение ^ IV. Общеоценочное значение.

Для литературной сказки важным является выявление не только особенностей характеристики оценки, но и также определение объекта оценки, в роли которого могут выступать различные предметы окружающей действительности и их качества, объединенные нами в группы: «Персонаж», «Предмет», «Природа» и «Пространственно-временная группа».

Наиболее разнообразной является группа Персонаж:

1. Внешняя характеристика:

Я слуга одного молодого короля, который хорош, как день, могуч, как горный орел, и богат, как три царя Холода, вместе взятые. (Чарская. Сказки голубой феи)

2. Поведенческая характеристика:

- Ты добрый мальчик, - продолжала курочка, - но при том ты ветрен и никогда не слушаешься с первого слова, а это нехорошо! (Погорельский. Черная курица, или Подземные жители)

3. Физическая характеристика:

Оля хорошо плавала. Спасаясь от Нушрока, она бесстрашно бросилась в реку. (Губарев. Королевство кривых зеркал)

Здорово ты, оказывается, прыгаешь! (Сутеев. Палочка-выручалочка)

4. Характеристика деятельности:

Аля очень старалась написать хорошо. (Токмакова. Аля, Кляксич и буква)

5. Психическая характеристика:

У нее было чудесное настроение. (Прокофьева. Ученик волшебника)

6. Ментальная характеристика:

Вот как я превосходно придумала», - думала она про себя. (Гаршин. Лягушка- путешественница)

Группа Предмет (в данной группе объектом общеооценочной лексики являются предметы, созданные персонажем):

1. Характеристика постройки и его компонентов:

Зато хоромы хороши! - подумала муха. (Михайлов. Лесные хоромы)

2. Характеристика предметов быта:

Есть замечательные старинные часы. (Благина. Чудесные часы)

3. Характеристика личных вещей персонажа:

Кораблик получился очень хороший, просто лучше и быть не может. (Прокофьева. Остров Капитанов)

Пространственно-временная группа:

1. Пространственная характеристика:

Всё, что он видел под собой, казалось ему необыкновенно замечательным, красивым и милым. Ещё бы: ведь это была его родина, и он долго, очень долго её не видел! (Бианки. Оранжевое горлышко)

Для жанра русской литературной сказки характерно отражение «первобытного», мифологического, видения мира, в котором пространство имело большое значение.

2. Временная характеристика:

Какое ужасное время! (Олеша. Три толстяка)

102

Г руппа Природа:

1. Характеристика растений:

А листок был плохой: жёлтый, сухой. (Бианки. Приключения муравьишки)

2. Характеристика погоды:

Как в воскресный день ветер хороший случится, так и жди в гости. (Бажов. Синюшкин колодец)

Таким образом, объектом общеоценочной лексики могут выступать разные предметы и явления окружающего мира. И литературная сказка, существуя уже более двух столетий, отражает основные тенденции смены доминантных единиц общеоценочной группы, а также «новые» общеоценочные лексемы русского языка.

<< | >>
Источник: Токмакова Светлана Евгеньевна. Эволюция языковых средств передачи оценки и эмоций (на материале литературной сказки XVTTT-XXT веков). 2015

Еще по теме 2.2.1. Общеоценочная лексика в тексте литературной сказки:

  1. Лекция 18 ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ЛЕКСИКА. ПОЭТИЧЕСКИЕ ТРОПЫ. МЕТОНИМИЯ. СТИЛИСТИЧЕСКОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ИСТОРИЧЕСКОЙ ЛЕКСИКИ
  2. Токмакова Светлана Евгеньевна. Эволюция языковых средств передачи оценки и эмоций (на материале литературной сказки XVTTT-XXT веков), 2015
  3. СКАЗКИ, ПРЕДАНИЯ, БЫЛИЧКИ И БЫВАЛЬЩИНЫ СКАЗКИ ЦАРЕВНА-ЛЯГУШКА
  4. Поэтический текст как риторический образец. «Текучесть» текста, заимствования и центоны
  5. Глава XIV НОМИНАТИВНАЯ И ЛЕКСИКО-ЭКСПРЕССИВНАЯ ФУНКЦИИ РЕЧИ
  6. ЛЕКСИКО-МОРФОЛОГИЧЕСКАЯ ВЫРАЗИТЕЛЬНОСТЬ СЛОВ
  7. ЗАВАРЗИНА ГАЛИНА АНАТОЛЬЕВНА. РУССКАЯ ЛЕКСИКА ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ: ИСТОРИЯ ФОРМИРОВАНИЯ И СОВРЕМЕННЫЕ ПРОЦЕССЫ РАЗВИТИЯ, 2014
  8. Правильность текста и правильность корпуса текстов Откровения, вероисповедная ось Писания
  9. Любова Светлана Г еннадьевна. ЛЕКСИКА ЭМОЦИОНАЛЬНОЙ ПРИВЯЗАННОСТИ В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ (семантика, функционирование, лексикографическое описание), 2015
  10. Волшебные сказки
  11. Новеллистические сказки
  12. СКАЗКА
  13. Прибаутки, докучные сказк
  14. Философские сказки
  15. Сказки из коллекции Сергея Ивановича Долженко
  16. Религиозные сказки
  17. СКАЗКИ РЕПКА
  18. Сказка о Фоме Брендакове
  19. Сказка про жаронки3
  20. Сказка о трех апельсинах