<<
>>

БЕЛАЯ УТОЧКА


Один князь женился на прекрасной княжне и не успел ещё на неё наглядеться, не успел с нею наговориться, не успел её наслушаться, а уж надо было им расставаться, надо было ему ехать в дальний путь, покидать жену на чужих руках.
Что делать! Говорят, век обнявшись не просидеть.
Много плакала княгиня, много князь её уговаривал, заповедывал не покидать высока терема, не ходить на беседу, с дурными людьми не ватажиться, худых речей не слушаться. Княгиня обещала все исполнить. Князь уехал; она заперлась в своем покое и не выходит.
Долго ли, коротко ли, пришла к ней женщина, казалось, такая простая, сердечная!
—Что, — говорит, — ты скучаешь? Хоть бы на божий свет поглядела, хоть бы по саду прошлась, тоску размыкала, голову простудила.
Долго княгиня отговаривалась, не хотела, наконец подумала: по саду походить не беда, и пошла.
В саду разливалась ключевая хрустальная  вода.
—Что, — говорит женщина, — день такой жаркий, солнце палит, а водица студеная — так и плещет, не скупаться ли нам здесь?
—Нет, нет, не хочу!
А там подумала: ведь, скупаться не беда! Скинула сарафанчик и прыгнула в воду. Только окунулась, женщина ударила ее по спине.
—Плыви,— говорит,— белою уточкой!
И поплыла княгиня белой уточкой.
Ведьма тотчас нарядилась в ее платье, убралась, намалевалась и села ожидать князя.
Только щенок вякнул, колокольчик звякнул, она уж бежит навстречу, бросилась к князю, целует, милует. Он обрадовался, сам руки протянул и не распознал её.
А белая уточка нанесла яичек, вывела деточек, двух хороших, а третьего заморышка, и деточки её вышли — ребяточки; она их вырастила, стали они по реченьке ходить, злату рыбку ловить, лоскутики собирать, кафтаники сшивать, да выскакивать на бережок, да поглядывать на лужок.
—Ох, не ходите туда, дети! — говорила мать.
Дети не слушали; нынче поиграют на травке, завтра побегают по муравке, дальше-дальше, и забрались на княжий двор.
Ведьма чутьём их узнала, зубами заскрипела; вот она позвала деточек, накормила, напоила и спать уложила, и там велела разложить огня, навесить котлы, наточить ножи.
Легли два братца и заснули, — а заморушка, чтоб не застудить, приказала им мать в пазушке носить,— заморышек-то и не спит, всё слышит, всё видит.
Ночью пришла ведьма под дверь и спрашивает:
—Спите вы, детки, иль нет?
Заморышек отвечает:
—Мы спим — не спим, думу думаем, что хотят нас всех порезать, огни кладут калиновые,  котлы высят кипучие, ножи точат булатные!
—Не спят.
Ведьма ушла, походила, походила, опять — под дверь:
—Спите, детки, иль нет?
Заморышек опять говорит то же:
—Мы спим — но спим, думу думаем, что хотят нас всех порезати; огни кладут калиновые, котлы высят кипучие, ножи точат булатные!
—Что же это всё один голос?
Подумала ведьма, отворила потихоньку дверь, видит: оба брата спят крепким сном, тотчас обвела их мёртвой рукой — и они померли.
Поутру белая уточка зовёт деток; детки нейдут. Зачуяло ее сердце, встрепенулась она и полетела на княжий двор.
На княжьем дворе белы, как платочки, холодны, как пласточки, лежали братцы рядушком. Кинулась она к ним, бросилась, крылушки распустила, деточек обхватила и материнским голосом завопила:

Кря, кря, мои деточки!
Кря, кря, голубяточки!
Я нуждой вас выхаживала,
Я слезой вас выпаивала,
Темну ночь не досыпала,
Сладок кус не доедала!

—Жена, слышишь небывалое? Утка приговаривает.
—Это тебе чудится! Велите утку со двора прогнать! Её прогонят, она облетит да опять к деткам!

Кря, кря, мои деточки!
Кря, кря, голубяточки!
Погубила вас ведьма старая,
Ведьма старая, змея лютая,
Змея лютая, подколодная;
Отняла у вас отца родного,
Отца родного — моего мужа,
Потопила нас в быстрой реченьке.
Обратила нас в белых уточек,
А сама живёт — величается!

«Эге!» — подумал князь и закричал:
—Поймайте мне белую уточку!
Бросились все, а белая уточка летит и никому не дается; выбежал князь сам, она к нему на руки пала. Взял он её за крылышко и говорит:
—Стань белая береза у меня позади, а красная девица впереди!
Белая береза вытянулась у него позади, а красная девица стала впереди, и в красной девице князь узнал свою молодую княгиню.
Тотчас поймали сороку, повязали ей два пузырька, велели в один набрать воды живящей, в другой говорящей.
Сорока слетала, принесла воды. Сбрызнули деток водою — они встрепенулись, сбрызнули говорящею — пни заговорили.
И стала у князя целая семья, и стали все жить-поживать, добро наживать, худо забывать.
А ведьму привязали к лошадиному хвосту, размыкали по полю: где оторвалась нога — там стала кочерга, где рука — там грабли, где голова — там куст да колода; налетели птицы — мясо клевали, поднялися ветры — кости разметали, и не осталось от ней ни следа, ни памяти!
<< | >>
Источник: В. Аникина. Русский фольклор / Сост. и примеч. В. Аникина. — М.: Худож. Лит.;1985. — 367 с.. 1985

Еще по теме БЕЛАЯ УТОЧКА:

  1. Белая армия
  2. Белая армия.
  3. БЕЛАЯ ИДЕЯ
  4. Белая идея
  5. Крестьянство и белая армия.
  6. 5. Белая горячка (Delirium tremens)
  7. 2. ДАЛЬНЕВОСТОЧНАЯ (БЕЛАЯ) АРМИЯ (27.04.1920-26.09.1921)
  8. ПОЧЕМУ ПРОСВЕТЛЕНИЕ?
  9. ЧАСТУШКИ ЛИРИЧЕСКИЕ ПОПЕВКИ
  10. ОБРАЗНЫЙ ПАРАЛЛЕЛИЗМ
  11. ОБЩЕСТВО
  12. Общество
  13. ПЕРЕВОРОТ 1929 г.
  14. ПРАВИЛА ПОВЕДЕНИЯ В ГИМНАЗИИ
  15. Наши в городе
  16. ОБРАЗЫ-СИМВОЛЫ
  17. Среднеазиатская мозаика
  18. НЕБО И ЗЕМЛЯ
  19. ПЕРЕЛОМ
  20. Примечания