<<
>>

Основные подходы РПЦ к миссионерской и катехизаторской деятельности

 
В голове каждого священника РПЦ есть примерный список стратегических приоритетов его деятельности. Первое место в нем, безусловно, занимают строительство, реставрация и украшение храма (а также колокольни, дома притча, просфорной, сторожки и т.п.), затем — организация благолепной службы с правильными, отточенными движениями его самого и других священников и диаконов, грамотным чтением псаломщика и красивым пением хора.
Следующее дело —

аккуратное и своевременное исполнение треб. Важны и эффективно работающий свечной ящик, и поиск дополнительных источников для финансирования прихода, и выстраива- » ние отношений с наиболее активной частью воцерковленных. Вероучительная работа с прихожанами, а тем более катехизаторская и миссионерская деятельность с теми, кто в храм пока не ходит или посещает его два-три раза в год, в этом списке занимают едва ли пятую позицию.
Тот же список приоритетов у благочинных и епархиальных управлений. Достаточно часто священникам предъявляют претензии в связи с плохим видом храма, нарушением порядка службы или отсутствием церковного мира на приходе, но очень трудно найти случай, когда бы они порицались и тем более наказывались за отсутствие при приходе воскресной школы или провал катехизаторской деятельности, хотя ритуальные сотрясения воздуха по этому поводу на епархиальных собраниях (например, в Москве) не редкость.
Архиепископ Запорожский Василий (Злотолинский) — один из самых активных в РПЦ борцов с сектантами. С его подачи в Восточной и Центральной Украине во второй половине 1990-х гг. была основана сеть Центров помощи жертвам деструктивных сект «Диалог», пытающихся выявлять «секты» и выдвигать против них судебные иски. Однако и он охотно оправдывает духовенство, смотрящее на миссионерскую и катехизаторскую работу сквозь пальцы. Признавая низкий уровень проповеди у большинства священников, он осенью г. в интервью серверу «Православие в Украине» заявил: «...грамотные священники-проповедники... все-таки должны... поднять на должный уровень и духовную жизнь в своем селе, и хозяйство своего храма, и нормально поддерживать свою семью»[329]. Таким образом, даже этот архиерей не собирается освобождать немногие квалифицированные кадры в своей

епархии от повседневных тягот ради миссионерства, катехизации и даже борьбы с сектами.
Для большинства воцерковленных вера — понятие не книжное (т.е. прочитанное и усвоенное), а ритуальное. Она основана не на изучении, толковании и осмыслении Библии, а на прививаемом с детства исполнении ритуалов. Происходящее на службе, соблюдение основных таинств и постов объясняется ссылками не на текст главной книги христианина, а на обычаи, поддерживаемые авторитетными носителями знания — священниками или приходскими активистами. Именно поэтому человек, формально исполняющий ритуалы (например, носящий крестик и поедающий кулич на Пасху), уже считается православным, хотя он может не знать ни «Отче наш», ни где родился Спаситель, ни что надо делать в храме, если уж он туда случайно попал.
Именно таково понимание веры у большей части «православного» населения России и стран бывшего СССР. Целые города (и немаленького размера), созданные за годы советской власти, вообще не имели ни одного православного храма, однако духовенство РПЦ считает, что если там большинство населения составляют этнические славяне, то миссия среди них не нужна.
Привести людей в Церковь должен один вид храма, и потому основные усилия прикладываются для строительства собора максимально возможного размера и с как можно более блестящими куполами.
По мнению руководителя Миссионерского отдела архиепископа Белгородского Иоанна (Попова), зона его ответственности — малочисленные народы Русского Севера, Сибири и Дальнего Востока, среди которых, как в XVII—XIX вв., и будут работать миссионеры, подготавливаемые в белгородской миссионерской семинарии. По его словам, «миссионеры товар штучный» и на Россию ныне вполне хватает одного выпуска семинарии в год — 10—15 человек Этой же цели способствует отправка семинаристов на летнюю практику в Сибирь. Остальная часть работы по воцерковлению населения

России лежит, по его мнению, на Отделе по религиозному образованию и катехизации. Максимум компромисса, допускаемого архиепископом Иоанном, — это отправка миссио- gt; нерских экспедиций в некоторые районы Севера для массового крещения населения, которое ранее просто не имело возможности для этого по причине удаленности от ближайших храмов[330]. По отдаленным железнодорожным станциям Русского Севера для этих же целей курсирует принадлежащий отделу специальный поезд[331].
В некоторых крупных северных и сибирских (Красноярской, Новосибирской, Сыктывкарской), а также южнороссийских (Волгоградской, Ростовской) епархиях проводятся свои аналогичные акции — как правило, по рекам идет теплоход с духовенством и иногда архиереем. Такое миссионерство, многократно описанное в епархиальной прессе и областных СМИ, скорее говорит о желании продемонстрировать присутствие на канонической территории. После того как корабль прибывает на отдаленную пристань, духовенство служит литургию, в течение пары часов производится крещение десятков людей (в том числе перекрещивание тех, кого окрестили сектанты'), раздаются бесплатные бумажные иконки. Затем теплоход уплывает, а люди расходятся. Говорить о восстановлении нормальной приходской жизни в этом случае не приходится, но то, что сделано, уже неплохой результат для священника. Людей крестили, тем самым хотя бы отчасти спасли, привели к Богу, а что до создания приходов и нормальной жизни общины, то Божьим промыслом все это как- нибудь и когда-нибудь образуется. И действительно, иногда даже после такого миссионерства возникают группы верую

щих, которые при известной настойчивости и способности оплатить присутствие священника получают возможность создать приход и начать строить храм.
Впрочем, само духовенство видит эту картину другими глазами. Например, на епархиальном собрании Москвы в 1998 г. Патриарх в своей речи всячески хвалил опыт миссионерских групп, состоящих из студентов московского ПСТБИ: «За 1 — 2 недели такой деятельности удавалось буквально оживить местное население. Унывавшие, опустившиеся без церковной жизни люди через неделю пребывания миссионерской группы толпами шли к молодым миссионерам и просили о Крещении, Причащении Святых Христовых Таин. Выступления миссионеров передавали по местному радио и телевидению, умилительным выражениям благодарности не было конца. lt;...gt; Замечательно, что приезд православной миссионерской группы сразу же парализует деятельность сектантов — народ всегда выбирает Православие»[332].
Если с точки зрения церковного руководства работа с неверующими людьми в неэкстремальных регионах России и других государств СНГ дело рук катехизаторов, а не приходского духовенства, посмотрим, что они делают для выполнения этой задачи. 
<< | >>
Источник: Митрохин Н. Русская православная церковь: современное состояние и актуальные проблемы.. 2004

Еще по теме Основные подходы РПЦ к миссионерской и катехизаторской деятельности:

  1. МИССИОНЕРСКАЯ И КАТЕХИЗАТОРСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ. КНИГОИЗДАТЕЛЬСТВО
  2. § 6. Виды катехизаторско-миссионерской деятельности
  3. Крестные ходы и миссионерская деятельность
  4. § 2. Миссионерская деятельность среди корейского населения на территории России
  5. Введение. Миссиология. Основные принципы миссионерского служения. Периодизация
  6. 3. ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ РПЦ
  7. Глава 26. Миссионерская деятельность протопресвитера Александра Шмемана и протопресвитера Иоанна Мейендорфа
  8. ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ РПЦ
  9. СОЦИАЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ РПЦ
  10. Часть II ГОСУДАРСТВО И ОБЩЕСТВО В СФЕРЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ РПЦ
  11. Отношение к внешней межконфессиональной деятельности внутри РПЦ