<<
>>

НЕОЛИБЕРАЛЬНАЯ СТРАТЕГИЯ ДЕПОЛИТИЗАЦИИ Драко И.С.


Политика начиналась с появления демоса (народа) как активного участника в жизни греческого полиса. Эта группа, не имея сколько-нибудь определенного места в социальной структуре (или, в лучшем случае, занимая подчиненное положение), не только требовала, чтобы ее голос был услышан как равный правящей олигархией или аристократией, но и выдавала себя за непосредственное воплощение общества как такового, в противовес частным (властно-экономическим) интересам элиты.
Именно в этом смысле политика и демократия являются синонимичными понятиями, а главная цель антидемократической политики всегда была и есть деполитизация, т.е. принуждение к тому, чтобы отдельный гражданин считался таковым лишь на основании его участия в общественном (национально-государственном или глобальном) разделении труда, но никак не в связи с его политической позицией.
Маркузе полагал, что тоталитаризм техники и технологий лишает человека и общество политических предпочтений. Глобальный капитализм добивается того же: однообразия политических реакций. И это неудивительно: благодаря технике и технологиям капитал воспроизводится, а современная наука и инженерно-конструкторская мысль могут существовать только при бесконечно увеличивающихся затратах на них. Причем и капиталу, и технологиям безразлично, к какой конфессиональной или этнической группе принадлежит народ, на территории которого они работают или являются «доминирующими экспортерами». Именно политизация, вырывающаяся на поверхность процессов в обществе, а не поиск определенным сообществом этнической или религиозной идентичности, составляет главную угрозу глобальному капиталу: когда народ (та его часть, которую народ действительно признал как отстаивающие его интересы) не позволяет тем, кто владеет или распоряжается значительными финансовыми средствами, бесконтрольно властвовать над его судьбой, тогда и начинается политика и эмансипация от капитала. И тогда, к примеру, непринятие гражданами Ирландии Европейской конституции есть не просто борьба за собственную этническую идентичность или нежелание спонсировать процессы экономической модернизации в Восточной Европе, и даже в первую очередь, не эти два аспекта, а политический акт: бюрократы из Европарламента (суть олигархия и аристократия былых времен) посредством финансовых рычагов планируют выстроить единую Европу, а этого не приемлет часть граждан Евросоюза, настаивающая на том, что ее голос должен повлиять на решение этого политического вопроса (быть может, как раз открытая позиция «нет» ирландцев и есть выражение общего настроения «добрых старых европейцев», в памяти которых еще сохранился первоначальный смысл демократии). Это и есть политика в собственном смысле слова: момент, когда частное требование не является всего лишь частью обсуждения интересов, а нацелено на нечто большее.
С. Жижек отмечает противоположность между этой «субъективацией» части социального тела, которая отвергает свое подчиненное положение в социально-полицейской структуре и требует того, чтобы ее услышали, и сегодняшним стремительным ростом постмодернисткой «политики идентичности», цель которой полностью противоположна: она представляет собой как раз утверждение частной идентичности, соответствующего положения в рамках социальной структуры.
Постмодернистская политика идентичности особых (этнических, сексуальных и т.д.) образов жизни соответствует полностью деполи- тизированному представлению об обществе. Потому, кроме всего прочего, необходимо во что бы то ни стало избежать двух связанных между собой ловушек относительно модной темы «конца идеологий», вызванной нынешним процессом глобализации: во-первых, утверждения, согласно которому главный антагонизм наших дней - это антагонизм между глобальным либеральным капитализмом и различными формами этнического или религиозного фундаментализма; во-вторых, поспешного отождествления глобализации (современного транснационального обращения капитала) с универсализацией. «Подлинным противоречием сегодня является, скорее, противоречие между глобализацией (возникающим рыночным «новым мировым порядком») и универсализмом (соответствующей политической областью универсализации какой-то особой судьбы как примера глобальной несправедливости). Или как теперь модно выражаться: универсализм является модернистским, тогда как глобализация постмодернисткой» [1, c. 138]. Это различие между глобализацией и универсализмом становится сегодня все более явным, когда капитал ради проникновения на новые рынки поспешно отказывается от требований демократии, чтобы не лишиться новых торговых партнеров (пример тому инвестиции в экономику Китая, где о демократии, кажется, даже не говорят). Такое отступление, конечно же, оправдывается «уважением культурных различий», правом (этническим, религиозным, культурным) Другого выбирать образ жизни, который лучше всего ему подходит, - правда, пока это не мешает свободному обращению капитала.
Постмодернистские концепции, как известно, пытаются преодолеть модернизм, но при этом не утруждаются тем, чтобы обосновать свою собственную позицию. По этой причине они кажутся односторонними и чрезвычайно предвзятыми теориями, не способными увидеть положительные аспекты модернизма и понять, как эти аспекты функционируют, находясь в оппозиции к репрессивности и отчуждению (именно в политической сфере). В конце концов, постмодернистские концепции, возвестившие о «конце идеологий», сами идеологичны, так как помогают маскировать реальные противоречия глобальной капиталистической системы и пытаются перевести внимание людей с этих противоречий на утонченный мир симулякров и гиперреальности. Идеологичны они также и в том, что - на фоне «обилия ризоматических плодов» - пытаются сокрыть присутствие «общих человеческих ценностей» в различных культурах. Постмодернисткий релятивизм и деструкция разума делают невозможной веру в лучшее будущее или в возможное разрешение главных социальных проблем современности. Сознательно творимые изменения и политика вообще кажутся потерявшими всякий смысл. Во времена все ускоряющегося технологического прогресса, частоты политических и экономических кризисов и серьезных экологических проблем никакая другая идеологическая форма, кроме постмодернизма, не подходит для защиты системы современного капитализма в целом. Вот почему постмодернизм таким парадоксальным образом, но тем не менее столь успешно, уживается с неолиберализмом: силы рынка на свое собственное усмотрение производят необходимые хаотические изменения и революционизируют все сферы жизни, что не может не приветствовать постмодернизм с его тягой к разнообразию. Неолиберализм, предлагая свободную игру рыночных сил в качестве краеугольного камня своей теории, поощряет и поддерживает как личную рациональность частного производителя, так и всеобщую иррациоанльность системы или непредсказуемость последствий, вытекающих из ее функционирования. Постмодернизм как раз и связан с этим аспектом, и не столько с рациональностью предпринимателя, сколько с иррациональностью результатов, которые приносит рынок. И если так, то какая разница: парламентская республика или диктатура? Глобальный капитализм сам создает свои псевдополитические изоморфизмы. Ответом же на это всевластие рынка может быть только возвращение политики как таковой: когда свои экономические и гражданские права будут отстаивать те, кто до настоящего времени лишен такой возможности.
Литература
  1. Жижек, С. Интерпассивность. Желание: влечение. Мультикультурализм. - СПб.: Алетейя,

2005.
<< | >>
Источник: Коллектив авторов. Мировоззренческие и философско-методологические основания инновационного развития современного общества: Беларусь, регион, мир. Материалы международной научной конференции, г. Минск, 5 - 6 ноября 2008 г.; Институт философии НАН Беларуси. - Минск: Право и экономика. - 540 с.. 2008

Еще по теме НЕОЛИБЕРАЛЬНАЯ СТРАТЕГИЯ ДЕПОЛИТИЗАЦИИ Драко И.С.:

  1. Латинская Америка: неолиберальный вариант модернизации
  2. Основные стратегии межличностной борьбы Стратегия первая - принуждение
  3. Лекция VII От стратегии мира к стратегии роста
  4. Фредерик Дж. Ловрет. Секреты японской стратегии, 2000
  5. 2 Теория конструирования стратегий
  6. КИТАЙСКАЯ СТРАТЕГИЯ ПОБЕДЫ
  7. КАПИТАЛИСТИЧЕСКИЕ ВЫБОР И СТРАТЕГИЯ
  8. СТРАТЕГИЯ
  9. 3.2. Методологические стратегии и категории социологии
  10. Глава 6. Стратегия главнокомандующего Гранта
  11. Глава 2 СТРАТЕГИЯ БЕЗОПАСНОСТИ ЖИЗНЕДЕЯТЕЛЬНОСТИ
  12. ЖИЗНЕННАЯ СТРАТЕГИЯ
  13. Лекция VI - ї Стратегия мира
  14. УС Стратегия вторая - уничижение
  15. О какой стратегии ты говоришь?
  16. 3.1. О стратегии парламентской деятельности
  17. Лекция IV Мир ядерного стратега
  18. СТРАТЕГИЯ[488]