Наказание: социальный процесс и институты

  Хотя очень важно понимать, что культурное измерение общества построено на основе зла в той же мере, что и на основе добра, это никоим образом не означает, что проблему социального зла можно понять просто посредством рассуждений (in discursive terms).
Напротив, организации, власть и прямые столкновения лицом к лицу имеют решающее значение для определения того, как и по отношению к кому применяются бинарные репрезентации добра и зла. Хотя эти социальные процессы и институциональные силы не изобретают категории зла и добра - одна из основных моих мыслей как раз состоит в том, что они не реагируют исключительно на интерес, власть и потребность, - они все же оказывают сильное влияние на то, как эти категории понимаются. Однако важнее всего то, что они определяют, какими будут «реальные» последствия зла для общества во времени и пространстве.
Социальные процессы и институциональные силы, которые конкретизируют и применяют ре
презентации, касающиеся реальности зла, можно назвать «наказанием». В своей книге «О разделении общественного труда» (1933) Дюркгейм впервые предположил, что преступление «нормально» и необходимо, потому что только наказание позволяет обществу отделить стандартное поведение от такого, которое считается отклонением от нормы. В моей терминологии, я утверждаю, что наказание есть социальный посредник, с помощью которого практики акторов, групп и институтов осмысленным и действенным образом соотносятся с категорией зла. Именно через наказание зло натурализируется. Наказание придает злу «существенность», приводит к тому, что зло кажется проистекающим из фактического поведения и фактических идентичностей, а не навязанным с помощью культуры и общества[172].
Наказание принимает как обыденные, так и более спонтанные формы. Бюрократические итерации зла называются «преступлениями». В терминах организаций, в каждой конкретной ситуации примеры преступных действий четко определены гражданским и уголовным правом, и применимость этого права к определенной ситуации твердо устанавливается судом и полицией. Оскверняющий контакт с гражданским правом ведет к денежным штрафам; нанесение ущерба своей репутации посредством контакта с уголовным правом
ведет к заключению под стражу, полной изоляции от общества и иногда даже к смерти.
Далекие от обыденности итерации зла понимаются и оцениваются не столь широко. Они скорее связаны с процессами «заклеймения позором», чем с преступлениями[173]. То, что Стэнли Коэн впервые обозначил как моральные паники, представляет собой текучие, быстро формирующиеся кристаллизации понятия зла в отношении неожиданных событий, акторов и институтов. Например, принадлежащие истории ведьмовские процессы и более современная охота на ведьм, направленная против коммунистов, стимулируются неожиданным переживанием слабости в пределах группы. В противоположность этому, паники по поводу «волн преступлений» развиваются в ответ на хаотическое и дезорганизовывающее появление новых, ранее считавшихся непорядочными социальных акторов в гражданском обществе[174].
Какой бы ни была конкретная причина моральных паник и несмотря на их явно иррациональную сущность, они тем не менее имеют очевидные последствия как в культурном, так и в социальном смысле. Сосредоточиваясь на новых источниках зла, паники проводят чересчур резкую границу между осквернением общества и добром. Это культурное прояснение подготавливает почву для очистительного организационного

ответа, для процессов по делам преступников, для изгнания и для заключения под стражу.
Скандалы представляют собой менее эфемерную, но все же далекую от обыденности форму социального наказания. Скандалы суть публичные принижения отдельных лиц и групп за поведение, которое считается оскверняющим для их положения или должности. Чтобы поддерживалось различие между добром и злом, поведение отдельного лица или группы «проясняется» посредством его символизации как движения от чистоты к опасности. Благодаря религиозному наследию западного гражданского общества такое уклонение обычно выглядит как «отпадение от благодати», как личное прегрешение, как упущение, вызванное индивидуальной испорченностью и утратой личной ответственности. В дискурсе гражданского общества самый большой «грех» - это неспособность достичь и поддерживать собственную автономию и независимость[175]. В контексте настоящего обсуждения скандал создается, потому что гражданское общество требует более или менее постоянных «возрождений» (“revivifications”) социального зла. Эти ритуалы принижения варьируются от по видимости банальных (бульварные газеты, которые тем не менее требуется систематически принимать во внимание с социологической точки зрения) до глубоко серьезных, граж- данско-религиозных событий, порождающих судорожный отклик во всей стране: дело Дрейфуса, которое чуть не подорвало Третью республику во Франции, и «Уотергейтское дело», которое опро
кинуло режим Ричарда Никсона в Соединенных Штатах Америки, представляли собой попытки закрепить и наказать социальное зло на уровне системы. Повторю: скандалы, как и моральные паники, имеют не только культурные, но и глубокие институциональные последствия, и их отголоски варьируются от лишения определенных лиц их должности или общественного положения до глубоких и систематических изменений в организационной структуре и режиме.
В скандалах и моральных паниках нет ничего фиксированного или определенного. Культурные демаркационные линии необходимы, но не достаточны для их появления. Будут ли то или иное лицо или та или иная группа наказаны, определяется исходом борьбы за культурную власть, борьбы, которая зависит от неустойчивых коалиций и мобилизации ресурсов материального, а не только идеального свойства. Это справедливо не только в отношении создания паник и скандалов, но и в отношении их развязки. Паники и скандалы заканчиваются тем, что очистительные ритуалы проводят новую резкую границу между злом и добром, переход к которой становится возможен вследствие акта наказания. 
<< | >>
Источник: Александер Дж.. Смыслы социальной жизни: Культурсоциология. 2013

Еще по теме Наказание: социальный процесс и институты:

  1. 17.2. СОЦИАЛЬНЫЕ ИНСТИТУТЫ И МЕХАНИЗМ СОЦИАЛЬНОЙ ЗАЩИТЫ РАБОТНИКА
  2. 5.5. Семья как социальная группа и социальный институт
  3. 5.3. Отступление. Ситуация наказания и приемы расположения к себе — совместимы ли? 5.3.1. Наказание: понять или принять?
  4. 5.3.5. Наказание и... комплименты, или Техника разговора-наказания
  5. 3.5. Социальные институты
  6. Раздел III СОЦИАЛЬНЫЕ ИНСТИТУТЫ
  7. 3.6. Институционализация и развитие социальных институтов
  8. Глава II НА УКА КАК СОЦИАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ
  9. Социальные институты: итоги и перспективы изучения
  10. 3.4. Институты и механизмы социальной справедливости
  11. Итоги изучения социальных институтов
  12. § 3. Социальный институт: общие представления
  13. СОЦИАЛЬНЫЕ ИНСТИТУТЫ: ОБЩЕСТВЕННЫЙ СТРОЙ
  14. 2.2.5 Наука как социальные институт
  15. Перспективы изучения социальных институтов
  16. 2.Литература как социальный институт.
  17. Эволюция социальных институтов и типы обществ