<<
>>

Заключение

  В рамках данной главы мы постарались подойти к проблеме «гражданственности» в постсоветской России, не вдаваясь в спекулятивные размышления об идеальной сущности «гражданского общества» и не исходя из посылок об отсутствии, неразвитости или ущербности этого явления в России, предполагающих заведомо критическое отношение к российской политической культуре и парализующих любой исследовательский анализ своей безысходностью.
Участвуя в совместном исследовательском проекте «Традиции и инновации в постсоветской России» под руководством А.Б. Гофмана (Институт социологии РАН), мы задались простым и одновременно сложным вопросом. Что объединяет лю- лей в современном российском обществе и какие ценностные ориентиры и формы солидарности — в широком смысле слова — сплачивают людей? Поскольку с 2002 г. мы проводим компаративное исследование социальных практик в области отношения к окружающей среде в России и во Франции, то в рамках данной главы мы решили использовать для анализа наш собственный эмпирический материал, полученный в ходе социологического наблюдения локальных мобилизаций жителей. В частности, мы попытались провести детальный анализ такой формы публичного объединения людей, как митинг протеста. Отбирая данные нашего поля, мы остановились на митинге протеста против строительства многоэтажного паркинга, прошедшего в Крылатском сравнительно недавно: 22 июня 2006 г. Отметим, однако, что в ходе анализа мы не упускали из виду и более старые материалы и архивы, позволяющие нам, в случае необходимости, отмечать изменения форм общественной мобилизации в Крылатском начиная с 2002 г.
Участившиеся в Москве протесты жителей против той или иной стройки или того или иного градостроительного проекта редко воспринимаются всерьез не только властями, но и социологами. В лучшем случае они вызывают улыбку или равнодушие, в худшем — раздражение. Подобная ситуация характерна не только для России, но и для Европы и США, где за подобными формами локальных мобилизаций закрепилось негативное определение NIMBY: not in my backyard («не у меня на заднем дворе»: т. е. стройте, где угодно, но только не у меня под носом). Такая оценка направлена на разоблачение локальных мобилизаций жителей как «мнимой» формы общественного протеста, за которой, на самом деле, скрываются частные интересы собственников жилья или просто нежелание жителей быть потревоженными в привычной среде обитания. Другая крайность, на которую мы постарались указать во вступлении к данной главе, — это сведение любых форм локальных мобилизаций и самоорганизации к «гражданским инициативам» и незамедлительное отнесение их на счет прогресса гражданского общества.
Отказываясь видеть в локальных мобилизациях жителей только преследование личных эгоистических интересов и скрытые замыслы, мы постарались подойти к митингу как к пространству совместного опыта, опыта сосуществования, в котором различные формы публичного действия, публичного обоснования и критики испытываются на прочность, приемлемость и общезначимость для сообщества. Как отмечает А. Б. Гофман, «сегодня многие российские интеллектуалы, политики и журналисты так увлеклись обличениями и разоблачениями, что забыли о других «жанрах деятельности».
Даже если эти обличения справедливы (что бывает далеко не всегда), их удельный вес слишком велик по сравнению с другими жанрами. Очевидно, что гражданское общество на одних обличениях и разоблачениях построить невозможно. Необходимо видеть... всякого рода позитивные и конструктивные принципы, ценности, достижения и примеры»116. Стараясь избежать позиции «критической социологии», направленной на разоблачение скрытых стратегий акторов, мы поставили своей задачей выявить формы координации, обеспечивающие слаженность соприсутствия и совместной деятельности участников митинга, а также общезначимые ценностные ориентиры, объединяющие акторов и позволяющие им достичь согласия по поводу ценного и должного. Для решения нашей задачи мы обратились к методам и подходам социологического направления, противопоставившего себя «критической социологии», и внимательного к ценностным ориентациям действия и «испытаниям» действия на реальность, на адекватность ситуации — французской прагматической социологии Люка Болтански и Лорана Тевено. Применение подходов данного направления позволило нам раскрыть внутреннюю сложность и многогранность митинга как формы публичного опыта, содержание которого отнюдь не сводится к гражданской составляющей. Опираясь на модель градов Люка Болтански и Лорана Тевено, мы рассмотрели, как в ситуации митинга испытываются и реализуются такие принципы координации совместных действий, как «гражданский принцип координации», «рыночный принцип координации», «репутационный принцип координации», «технократический принцип координации», «вдохновенный принцип координации», «патриархальный принцип координации» и «зеленый, или экологический принцип координации». Мы рассмотрели их взаимные столкновения и комбинации, что позволило нам проследить внутренние трения в самом сообществе активистов, в их взаимоотношениях с представителями власти и с рядовыми жителям, а также возможные пути достижения согласия и компромиссов. Мы выявили, в частности, что отношения в рамках сообщества активистов регулируются не только гражданским принципом координации (уважение гражданских прав, солидарность, главенство закона, равенство), но в значительной степени опираются на принципы «патриархального» (тесные соседские, дружеские и родственные связи, привязанность к родной земле) и «вдохновенного мира» (чувственный порыв, ценность духовного общения среди активистов, непосредственного контакта с природой). Это позволяет обеспечить тесную сплоченность сообщества не только на уровне коллективной солидарности и представительства, но и на основе непосредственных связей, что в значительной степени повышает уровень готовности активистов к мобилизации и упрощает их отношения с рядовыми жителями. Однако в диалоге с властью подобные типы связей усложняют отношения, так как подрывают легитимность локальных мобилизаций жителей с точки зрения «общего интереса». Мы постарались заострить внимание на том, что власть стремится к монополизации «общего интереса», разоблачая акции протеста как ноизм жителей-соседей, не видящих дальше своего ... носа, т. е. •двора» («Пусть город живет, как хочет, но Крылатское не трогай- re»117). Для того, чтобы донести свою позицию до власти, общест- иснным объединениям приходится строить свою деятельность на жесткой организации и дисциплине, осваивать законные методы противостояния властям и обоснования гражданского мнения, овладевать принципами технического и экологического обоснования. Сравнивая митинги 2002 и 2006 гг., мы также отметили рост шачения таких принципов координации общественного действия, как «рыночный принцип» и «репутационный принцип». Эти инновационные формы (использование пиара, обоснование протеста с точки зрения зашиты интересов собственников жилья), врываясь и ткань отношений внутри сообщества активистов, вызывают серьезные трения в их среде, заставляй пересматривать модальности публичной деятельности.
 
<< | >>
Источник: А.Б. Гофман. Традиции и инновации в современной России. Социологический анализ взаимодействия и динамики. — М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН). — 543 с.. 2008 {original}

Еще по теме Заключение:

  1. РАЗДЕЛЫ 103—107. О ВЫЖИДАТЕЛЬНОМ ПОЛОЖЕНИИ ПОСЛЕ ОБЪЯВЛЕНИЯ ВОЙНЫ.1 О ВЫЖИДАТЕЛЬНОМ ПОЛОЖЕНИИ ПОСЛЕ ЗАКЛЮЧЕНИЯ МИРА.* О НАСТУПЛЕНИИ ПОСЛЕ ОБЪЯВЛЕНИЯ ВОЙНЫ.3 О НАСТУПЛЕНИИ ПОСЛЕ ЗАКЛЮЧЕНИЯ МИРА.4 О ПОХОДЕ ОБЪЕДИНЕННЫМИ СИЛАМИ8
  2. Заключение.
  3. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  4. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  5. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  6. Заключение
  7. Заключение
  8. ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ.
  9. ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
  10. VI. Заключение
  11. 6. ЗАКЛЮЧЕНИЕ: ВЫВОДЫ И РЕКОМЕНДАЦИИ
  12. Глава 28. ЗАКЛЮЧЕНИЕ ДОГОВОРА
  13. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  14. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  15. Заключение.
  16. Заключение