ГЛАВА II. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ГЕРМАНСКОЙ РАЗВЕДКИ В ЗОНЕ ПУШТУНСКИХ ПЛЕМЕН В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ


В начале XX в. взрывоопасная ситуация на индо-афганской границе привлекла внимание Германии, которая всеми средствами пыталась ослабить Великобританию. Еще в 1904 г. кайзер Вильгельм II в личном письме российскому императору Николаю II писал: «Граница Индии с Афганистаном — это единственное место земного шара, где весь британский флот ничего не может поделать и где пушки его бессильны отразить вторжение неприятеля»1.

Оценив выгоды, которые реально можно было извлечь, спровоцировав восстание пуштунских племен, немецкий Генеральный штаб и министерство иностранных дел Германии сразу же после начала Первой мировой войны решили направить в Афганистан миссию с целью вовлечь эту страну в войну против Англии2. В Берлине надеялись склонить эмира Хабибул- лу к союзу против Великобритании, гарантировав ему возвращение всех ранее захваченных англичанами пуштунских земель. Берлин рассчитывал, что добьется от Кабула если не военного союза, то разрешения использовать афганскую территорию для развертывания подрывной деятельности среди мятежных патанов. С помощью золота и послания турецкого султана с призывом к джихаду немцы надеялись разжечь мощное антибританское восстание пуштунов.
В начале 1915 г. при поддержке турецкого правительства на Средний Восток отправилась группа немецких военных разведчиков во главе с Оскаром фон Нидермайером, который в 1912 — 1914 гг. участвовал в экспедиции Мюнхенского университета в Иран.
25 апреля 1915 г. группа Нидермайера прибыла в Тегеран, после чего немцы активно приступили к созданию своей шпионско-диверсионной сети в Иране. Нидермайер хорошо понимал, что успеха в Афганистане нельзя добиться без надежного «коридора» между этой страной и Турцией. В связи с этим он не жалел денег на вербовку агентуры в Иране. Его усилия принесли ценные результаты. Так, в г. Исфагане был установлен мощный радиопередатчик, который обеспечил надежную связь группы с германской военной миссией в Стамбуле3. Во многие иранские города О. Нидермайер разослал своих подчиненных и агентов с целью ведения разведки и организации подрывных акций против русских и британских войск. Изучив обстановку на подступах к Афганистану, он предложил прорываться в «страну джихада» через русские и британские кордоны несколькими группами, чтобы свести к минимуму провал этой рискованной операции.
Соперничество между Генеральным штабом и министерством иностранных дел Германии привело к тому, что немецкая миссия в Афганистан оказалась фактически разделенной на две части: «военную» во главе с Нидермайером и «дипломатическую», возглавляемую Вернером фон Хентигом, который в 1913-1914 гг. был секретарем посольства Германии в Тегеране4. В состав группы Хентига входили, кроме немцев, индийские националисты Мухаммад

Баракатулла (личный представитель афганского эмира в Европе), раджа Кумар Махендра Пратап, а также шесть афридиев.
Нидермайер прекрасно понимал, что Россия и Великобритания попытаются перехватить немецкий караван на марше, поэтому выбрал маршрут через пустыню Даште - Кявир. Не жалея людей и верблюдов, он двигался к афганской границе со скоростью 40 - 50 км за один ночной переход5. При жаре в 50 градусов по Цельсию это был довольно высокий темп движения, но именно благодаря ему немцам удалось избежать русского плена.
Все попытки Великобритании и России перехватить немцев в Иране оказались безуспешными. Впрочем, 30 июля 1915 г. небольшому отряду казаков удалось окружить в Каине группу немцев во главе с Вагнером и Пашеном. Целый день между сторонами шла перестрелка, а ночью германский отряд смог уйти. Правда, казаки захватили часть оружия и сундуки с золотыми монетами, которые предназначались для пуштунских племен6. 15 августа русский кавалерийский отряд обнаружил след каравана Нидермайера и начал погоню. Немцы к тому времени опережали казаков на полтора дня и фактически были вне досягаемости. Несмотря на это, преследование миссии Нидермайера - Хентига продолжалось несколько дней и было прекращено лишь в 50 км от афганской границы7.
В ночь с 20 на 21 августа 1915 г. германская миссия прибыла в Афганистан. Обстановка в стране и полосе «независимых» племен Британской Индии была для немцев очень благоприятна. Объявление турецким султаном Мехметом V, который являлся халифом всех мусульман-суннитов мира, джихада против Великобритании и ее союзников было с одобрением встречено населением Афганистана и пуштунами Британской Индии.
Американский историк JI. Адамец в одной из своих работ по истории Афганистана отметил, что турецкая пропаганда среди пуштунских племен об угрозе халифату и исламу была очень эффективна8. Не случайно первый анти- британский заговор, который возник в Индии среди мусульманского духовенства, имел, как было объявлено, своей целью защиту халифа и халифата. Организатором этого заговора стал маулави Абдул Рахим из Лахора, который в г. выехал из Индии в Мекку, откуда с помощью своих сторонников стал готовить восстание пуштунских племен. Люди Абдул Рахима распространяли среди них письмо турецкого губернатора Мекки Халиб-бея с призывом вторгнуться в Панджаб9.
В результате этой пропаганды уже в апреле 1915 г. моманды под руководством видного улема Хаджи Сахиба Турангзая начали боевые действия против английских войск близ Пешавара. Лашкар Турангзая из 4 тыс. момандов, получив оружие и боеприпасы от афганского эмира, совершил ряд нападений на английские форты10. Вскоре к момандам присоединились юсуфзаи Бунера и Свата, вазиры долины р. Точи. Англичане были вынуждены направить в СЗПП дополнительные подразделения канадских войск12.
Нападения на английские форты и военные посты происходили по всей индо-афганской границе. Довольно часто нападавшие укрывались от пресле
дования британских войск на афганской территории. В связи с этим английское командование попыталось добиться разрешения вице-короля Индии на то, чтобы в случае необходимости британские войска могли вторгаться в приграничные районы Афганистана. Однако оно получило категорический отказ, который гласил: «Сейчас не тихие дни 1901 г. и 1905 г., когда мы могли наступать Афганистану на мозоль. Болезненная чувствительность афганцев сегодня является фактором мировой политики, и если в Афганистан вторгнутся регулярные войска, то в стране запылает восстание»13.
О              сложной ситуации 1915 г. на северо-западной границе Индии красноречиво говорит тот факт, что колониальные власти были готовы в крайнем случае начать эвакуацию из приграничных районов14. Вдохновленный первым успехом, Абдул Рахим в августе 1915 г. приехал в Кабул, чтобы при турецкой и афганской помощи подготовить в следующем году всеобщее восстание пуштунов Британской Индии.
Тем временем 2 октября 1915 г. миссия Нидермайера - Хентига въехала в Кабул. Ее прибытие усилило позиции сторонников войны с Англией в Афганистане. Но эмир Хабибулла-хан всеми способами затягивал переговоры с немцами, ожидая дальнейшего развития событий в Европе. Одновременно, уступая давлению сторонников войны с Англией во главе с его братом На- срулла-ханом, он разрешил туркам, в составе германской миссии, которые выполняли задание немцев, выехать в зону пуштунских племен, в районы проживания момандов, афридиев и вазиров15. Эмир также не стал мешать возвращению домой патанов, дезертировавших из частей английской армии во Франции. В Берлине правильно рассчитали, что их возвращение еще больше обострит обстановку в полосе «независимых» племен Британской Индии. Поэтому в 1915 г. британские власти были крайне обеспокоены появлением в Хайбаре дезертиров афридиев, которые, имея опыт войны в Европе, сразу же включились в борьбу против Англии. Набор пуштунов в британскую армию был немедленно прекращен, но было уже поздно16.
В январе 1916 г. Хабибулла-хан, учитывая сильные антианглийские настроения населения Афганистана, заключил договор с Германией. Этот договор был составлен таким образом, что его подписание не мешало эмиру продолжать политику нейтралитета. Однако договор с Германией породил среди пуштунов южных районов Афганистана и полосы «независимых» племен Индии надежду на скорое объявление джихада. Пуштунские племена ждали только сигнала к войне против Англии. Если бы восстали горцы «независимой» полосы, то джихад начался бы и в Афганистане. Чтобы предотвратить эту реальную опасность, Хабибулла созвал в Кабуле совещание самых влиятельных вождей пуштунских племен и мусульманских богословов, которым сообщил, что будет продолжать политику нейтралитета17.
После окончания этого совещания эмир направил личное письмо пуштунским племенам Британской Индии, в котором призывал их к выдержке и обещал помощь оружием. О начале джихада эмир писал следующее: «Мы очень довольны вами и вашей готовностью к джихаду, который, если соблаговолит

Аллах, начнется следующим летом»18. В конце своего послания к племенам Хабибулла-хан добавил, что выступит против Великобритании только тогда, когда к берегам Индии приплывут германские корабли. Эта оговорка свидетельствовала о твердом желании афганского правителя сохранить мир с Великобританией.
Нидермайер и Хентиг еще не догадывались о двойной игре Хабибуллы и полагали, что все его заявления о нейтралитете служат лишь прикрытием для подготовки войны с Англией или, по крайней мере, восстания пуштунских племен по «линии Дюранда». Эмир своими действиями создавал видимость таких приготовлений. В начале 1916 г. с помощью немцев он укрепил некоторые приграничные крепости и приступил к реформе афганской армии. В короткий срок германские офицеры во главе с Нидермайером организовали несколько военных школ для подготовки командного состава эмирских войск и построили оборонительную линию вокруг Кабула.
После этого по разработанному немцами плану афганская армия провела маневры с целью отразить вероятное наступление британских войск19.
Из Кабула немцы смогли наладить антибританскую деятельность среди пуштунских племен. Много позже, оказавшись после поражения Третьего рейха в советском плену, Нидермайер дал следующие показания о своей деятельности в Афганистане в годы Первой мировой войны: «Нам удалось организовать повстанческое движение отдельных племен против англичан. В племена была внедрена немецкая агентура, которая провела большую работу по разжиганию ненависти в этих племенах к англичанам. Обычно мы вербовали вождей племен. При вербовке использовалась личная материальная заинтересованность (вождям племен мы преподносили ценные подарки) и демагогическая агитация. Было также налажено тайное снабжение оружием враждебных англичанам племен. За время нахождения в Афганистане я нелегально встречался с вождями племен, проникавшими в западные части Индии»20.
Немцам удалось также установить контакт с ваххабитским «Комитетом сподвижников священной войны», в рамках которого Германия обязалась предоставить этой организации огромные суммы денег и вооружение, чтобы спровоцировать антибританское восстание в зоне пуштунских племен.
Обрадованный первыми успехами, Нидермайер составил докладную записку в Берлин, в которой изложил план действий германской агентуры в полосе «независимых» племен Британской Индии. Перед возможным наступлением немецких и турецких войск в Иране будущей весной он планировал:
Провести дополнительные фортификационные работы на индо-афганской границе.
Организовать нападения на английские форты и транспортные колонны.
Развернуть антибританскую пропаганду в Индии.
Для успешной реализации своих замыслов Нидермайер просил Генеральный штаб выделить в его распоряжение 1 млн. фунтов стерлингов, 2 самолета и новый мощный радиопередатчик для связи с Турцией21.

Немцы очень спешили спровоцировать восстание пуштунов и поэтому даже стали готовить заговор с целью свержения Хабибуллы. С их стороны это было крупной ошибкой, которой воспользовались англичане. Они сообщили
об              этом эмиру, который сразу же прервал все отношения с германской миссией22. Англия, в свою очередь, пообещала афганскому правителю увеличить ежегодную субсидию до 2,4 млн. рупий и выплатить ему до 60 млн. рупий после войны. Коварство немцев и британское золото заставили Хабибуллу принять решение об их высылке. В мае 1916 г. немцы вынуждены были покинуть Афганистан23.
Британская и российская разведки сразу же организовали охоту за Нидер- майером и Хентигом, но тем удалось избежать двойной опасности. Спасло их то, что покинули Афганистан разными путями. Нидермайер выбрал маршрут Кабул - Мазари-Шариф - Балх - Герат - Мешхед - Тегеран. В Иране он мог рассчитывать на помощь своих «друзей». Так все и вышло: переодевшись купцом, Нидермайер смог достичь Турции, а затем спокойно вернуться на родину. Об опасности его «путешествия» говорит тот факт, что из трех десятков офицеров, сопровождавших его, в Германию вернулось лишь несколько человек. В марте 1917 г. кайзер Вильгельм II вызвал Нидермайера к себе для доклада и наградил его орденом24.
Хентиг избрал более длинный, но и более безопасный путь - через Гиндукуш и Китай в США, откуда он с дипломатическим паспортом комфортно прибыл в Германию. Видимо, у него был надежный канал связи с Китаем, через банки которого он получал деньги для своей деятельности в Афганистане. В то время американские доллары были еще экзотической валютой для Центральной Азии. А доверенный человек Хентига в Кабуле располагал крупной суммой денег именно в долларах США и снабжал горцев Вазиристана оружием даже после отъезда своего шефа. Впоследствии оставшиеся средства также были переведены из Кабула в Китай.
Неудача миссии Нидермайера - Хентига в Афганистане уже не могла остановить подготовку Германии к «Великому индийскому походу». Автором плана этого похода был начальник немецкого Генерального штаба Эрих Люден- дорф, который предложил сформировать из мусульман и индусов, взятых в плен на Западном и Восточном фронтах, специальный корпус для наступления на Индию. Его предложение было принято, и близ Берлина были созданы специальные лагеря, где к концу 1916 г. находилось 50 тыс. индийцев, пуштунов, арабов и 40 тыс. мусульман из российского Туркестана. Германское командование предполагало создать из этих военнопленных корпус для наступления через территорию Закаспия на Хиву, Бухару и Афганистан.
После захвата этих государств Германия планировала установить над ними свой протекторат и сразу же начать наступление на Индию. В Берлине считали, что существенной помощью наступающим германским войскам будет восстание 110 тыс. пленных немцев в российском Туркестане25.
После отъезда немцев английские колониальные власти в Индии и афганский эмир объединили свои усилия для предотвращения всеобщего восстания
приграничных пуштунских племен. Это была очень трудная задача, так как слух о начале джихада против Великобритании уже разнесся по всей индо-афганской границе. Открыто опровергнуть его Хабибулла не мог, опасаясь вызвать гнев афганцев против себя. По этой же причине он не рискнул пресечь бурную деятельность своего брата Насрулла-хана и турецких агентов среди пограничных племен летом 1916 г.
Турки, значительное число которых осталось в Афганистане после отъезда Нидермайера и Хентига, успешно развернули среди пуштунов Афганистана и Британской Индии агитацию в защиту халифата. В июле 1916 г. главный комиссар СЗПП и политический агент в Хайбаре Георг Рус-Кеппел сообщил в Симлу25 о турецкой активности в Баджауре и Тирахе. В этом же месяце турки прибыли в Южный Вазиристан и районы близ Чамана26. Их деятельность среди племен масудов и вазиров была успешной: в Вазиристане в любой момент могли начаться антианглийские выступления.
В Южном Афганистане сложилась такая же взрывоопасная обстановка: мусульманское духовенство Кандагара приняло решение о начале джихада. Местные афганские власти в приграничных районах поддержали этот призыв кандагарских улемов27. Так, временный губернатор Хоста Шах Бузург, нарушив приказ эмира поддерживать мир на границе, в августе 1916 г. организовал вторжение крупного отряда на территорию Британской Индии28. В самом Вазиристане с октября 1915 г. вспыхнуло крупное восстание вазиров под руководством Фазл Дина. Весь 1916 г. британское командование безуспешно пыталось ликвидировать это восстание, которое грозило переброситься в другие районы полосы пуштунских племен29. Только проанглийская политика афганского эмира позволила британским властям отсрочить восстание масудов.
Хабибулла-хан срочно послал своих эмиссаров к приграничным племенам и объявил им, что «самовольное объявление священной войны против Англии... без его санкции является незаконным»30. Это предупреждение эмира, которого восточные пуштуны признавали своим духовным наставником, удержало племена Вазиристана от начала джихада.
Тем же летом 1916 г. очень опасная для англичан обстановка сложилась в районе Хайбара. На границе Пешаварского округа уже год продолжалось восстание горных момандов под руководством Турангзая, против которого английское командование бросило 9 тыс. войск, но так и не смогло добиться успеха31. Для усиления блокады горных момандов Англия в результате сговора с ханами равнинных момандов создала при их содействии момандскую милицию. Эта мера позволила британским властям защитить Пешавар от рейдов отрядов Турангзая.
Британские власти успешно противодействовали антибританской деятельности турок среди афридиев. В июле 1916 г. в это племя также прибыли турецкие эмиссары с эскортом из дезертиров афридиев32. Турки предложили аф- ридиям принять османское подданство и начать джихад против Великобрита
нии, но получили вежливый отказ. Лишь при условии получения реальной помощи афридии были готовы поднять антибританское восстание.
К весне 1917 г. английским войскам так и не удалось подавить восстания момандов и вазиров, а в марте уже поднялись на борьбу и масуды. Афганский эмир оказался в трудном положении: восстание в Вазиристане могло перерасти в мятеж всех пуштунских племен против Англии и него самого. Поэтому Хабибулла срочно отправил британским властям в Индии письмо с просьбой не предпринимать против масудов крупных карательных экспедиций, так как «это может помешать ему предотвратить всеобщее восстание пограничных племен, которое может вовлечь обе страны в войну»33.
Обстановка в Вазиристане была настолько опасной, что англичанам все же пришлось пойти на риск и летом 1917 г. начать крупное наступление в долине р. Хайсоры. Два месяца английские войска под командованием генерала Бейнона при поддержке авиации вели боевые действия против масудов. Только 10 августа джирга масудов приняла решение прекратить сопротивление и заключить мирное соглашение с Великобританией34. В 1917 г. англичанам с помощью авиации удалось подавить восстание момандов. С этого момента вплоть до окончания Первой мировой войны крупных восстаний на северо-западной границе Британской Индии не было35.
Подводя итоги событий 1914 - 1917 гг. на индо-афганской границе, становится ясно, что Германия попыталась использовать освободительную борьбу пуштунов с целью ослабления Великобритании. Частично это ей удалось: перед угрозой мятежа племен на индо-афганской границе Англия не только не сняла ни одного полка с индо-афганской границы, но и была вынуждена перебросить туда войска, предназначавшиеся для отправки в Европу.

<< | >>
Источник: Тихонов Ю.Н.. Политика великих держав в Афганистане и пуштунские племена (1919 - 1945).. 2007

Еще по теме ГЛАВА II. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ГЕРМАНСКОЙ РАЗВЕДКИ В ЗОНЕ ПУШТУНСКИХ ПЛЕМЕН В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ:

  1. ГЛАВА II. Деятельность германской разведки в зоне пуштунских племен в годы Первой мировой войны
  2. ГЛАВА XIV. НАЧАЛО ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СОВЕТСКОЙ ВОЕННОЙ РАЗВЕДКИ В ЗОНЕ ПУШТУНСКИХ ПЛЕМЕН: ДЕРЗКОЕ «ТУРНЕ» В. ЛОСЕВА
  3. ГЛАВА XXVIII. МЕРЫ ВЕЛИКОБРИТАНИИ ДЛЯ ПОДДЕРЖАНИЯ СТАБИЛЬНОСТИ В ЗОНЕ ПУШТУНСКИХ ПЛЕМЕН В НАЧАЛЕ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
  4. ГЛАВА XXV. Авантюра Шами Пира: первая операция спецслужб Третьего рейха в зоне пуштунских племен
  5. АМУРСКИЕ КАЗАКИ В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ, РЕВОЛЮЦИЙ 1917 г. И ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ
  6. Государственный аппарат России в годы первой мировой войны
  7. ГЛАВА XXXV. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ СПЕЦСЛУЖБ СТРАН «ОСИ» В АФГАНИСТАНЕ И ВОНЕ ПУШТУНСКИХ ПЛЕМЕН В1942 -1943 ГГ.
  8. Глава XIV КИТАЙ ПОСЛЕ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ (1918-1927)
  9. 1. Обострение противоречий мирового развития в 1930-е годы. Начало Второй мировой войны
  10. ГЛАВА I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПУШТУНСКИХ ПЛЕМЕН
  11. ГЛАВА XXXVIII. ВОССТАНИЕ ПУШТУНСКИХ ПЛЕМЕН 1944 -1945 ГГ. В АФГАНИСТАНЕ
  12. 6. РОССИЯ НАКАНУНЕ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
  13. В годы Мировой войны