<<
>>

§ 2. Источники

Исследование основано на нескольких группах исторических источников, при этом внимание было сосредоточено преимущественно на

неопубликованных архивных документах, часть которых впервые подробно анализируется применительно к теме исследования или вводится в научный оборот.

Особый научный интерес представляет обширный фонд «Архив А. Н. Куропаткина» (Ф. 165) , находящийся в Российском государственном

военно-исторического архиве (РГВИА), где была рассмотрена переписка и делопроизводственные документы: различные отчеты и донесения, статьи и записки (в частности: «На Дальнем Востоке. О подготовительных мероприятиях к войне с Японией. 1906»; «Памятные записки полковника Громбчевского от 16 марта 1899 г. по поручению А. Н. Куропаткина, касающиеся дел в Маньчжурии»; «Докладная записка (план) от 15 февраля 1904 г. от Куропаткина к Алексееву об утверждении плана Алексеева, при условии объединения 2-х армий в единую Маньчжурскую армию»; труд подполковника Ф. В. Игнатьева, посвященный А. Н. Куропаткину: «Милитаризм Европы, силы и дислокация главных европейских армий и славянских земель и вероятные театры и комбинации будущей войны (дополнено по 1 января 1902 г.)»; неопубликованный дневник № 13 (8 ноября [118] 1900 г. — 10 декабря 1901 г.), «Посольство в Японию» (1903), рукописи, карты и фотодокументы, относящиеся как к личной, так и к государственной и военной деятельности генерала в указанный период. Внимание было уделено соответствующим неопубликованным дневниковым записям, которые, в сочетании с другими делопроизводственными материалами и дополнительными сведениями, почерпнутыми из различных научных исследований, использовались для сравнительного анализа и для верификации тех или иных фактов или информации, связанных с деятельностью генерала.

Также в РГВИА были использованы документы фонда «Главное управление Генерального штаба» (Ф. 2000), где сосредоточены материалы, относящиеся к деятельности военного и морского министерств, в частности доклады, донесения штаба, телеграммы, депеши, рапорты военных агентов о положении Японии в Корее и в Китае (в том числе, «Положение о ГШ Японской армии от 13 января 1899 г. с приложениями. 14 янв. 1899, Токио. Японцы в роли военных наставников Китая. Его Превосходительству Н. М. Чичагову от военного агента в Токио»), журналы военных действий («Журнал военных действий Управления Генерал-квартирмейстера Штаба Главнокамандующего всеми сухопутными и морскими вооруженными силами, действующими против Японии, с 5-го по 27 февраля 1905 г. Расположение Маньчжурских армий к концу января 1905 г.»), проекты реформирования и развития сухопутных и морских сил Российской империи.

В Государственном архиве Российской Федерации (ГАРФ) была рассмотрена соответствующая делопроизводственная документация из фондов «Коллекция рукописей Царскосельского дворца. 1863-1916» и «Николай II. 1868-1918», как то: всеподданнейшие доклады («Всеподданнейший доклад военного министра Куропаткина А. Н. Николаю II. 14 марта 1900 г.»[119] [120], отчеты («Всеподданнейший отчет о мероприятиях военного министерства, выполненных за пятилетие 1898-1902 гг. (январь 1903 г.)» , записки и доклады по маньчжурскому и корейскому вопросам), которые позволили оценить динамику и направленность деятельности А.

Н. Куропаткина как военного министра и увидеть его реальные достижения.

В Российском государственном архиве Военно-морского флота (РГ А ВМФ) особое внимание при анализе военной деятельности генерала было уделено фонду «Адмирал Е. И. Алексеев» (Ф. 32. Оп. 1), в котором были исследованы, в частности, журналы совещаний в Порт-Артуре в июне 1903 г., переписка A. M. Безобразова, К. И. Вогака с Е. И. Алексеевым в связи с назначением его наместником на Дальнем Востоке, раскрывающая отношение адмирала к своим назначениям; «Расшифрованные телеграммы и сообщения командующего Маньчжурской армией Куропаткина А. Н. Алексееву Е. И. о ходе военных операций, со сведениями о численном составе русских и японских войск, состоянии и потерях личного состава; об июльском отступлении Маньчжурской армии и о причинах его», а также записки («Обзор сношений России с китайским и японским правительствами, предшествовавших вооруженному столкновению России с Японией. Краткие исторические сведения об исследовании и заселении русскими побережья Тихого океана»; «Записка Безобразова A. M. и др. лиц о политике России на Дальнем Востоке), делопроизводственные материалы («План стратегического развертывания войск на Дальнем Востоке в случае столкновения с Японией, составленный Штабом наместника на Дальнем Востоке»; «Записка генерал- адъютанта Куропаткина А. Н. о значении присоединения к России северной Маньчжурии и установлении границ с Китаем»; «Доклад Егермейстера Балашева по маньчжурскому вопросу») и другие документы периода главнокомандования адмирала в русско-японскую войну. Также был исследован ряд материалов фонда «Главный морской штаб» (Ф. 417. Оп. 1).

В Российском государственном историческом архиве (РГИА) для анализа государственной деятельности генерала А. Н. Куропаткина были привлечены соответствующие документы фонда «Общая канцелярия министерства финансов» (Ф. 560. Оп. 22) и фонда «Архив С. Ю. Витте» (Ф. 1622. Оп. 1), в которых отложился массив дипломатической переписки, а также документы по банковским делам и железнодорожному строительству, позволяющие более объективно и комплексно проанализировать и охарактеризовать государственную деятельность А. Н. Куропаткина.

Другая группа источников — опубликованные документы государственных и военных органов (своды законов, сборники документов, манифесты, указы, бюллетени, делопроизводственные документы). Полное собрание законов Российской империи и Свода законов Российской империи, официальное периодическое издание Военного министерства — «Список генералам по старшинству», сборники дипломатических и военных документов[121] [122] [123] [124] [125] и другие способствовали расширению знания по теме исследования. Подгруппа опубликованных архивных документов охватывает такие вопросы, как боксерское восстание и русско-китайские отношения (публикации журнала «Красный архив» разных лет, И. М. Попова и др.), разведка и контрразведка (И. В. Деревянко, Д. Б. Павлов, С. А. Петров, Е. Ю. Сергеев, Ф. Тауэл, Э. Хармон ), Дальневосточное наместничество

1 ЛЛ

(В. П. Казанцев, Я. Л. Салогуб и др.), русско-японская война (К. О. Саркисов[126] [127] [128] и др.), дипломатия того периода, железнодорожное строительство, также имеюся опубликованные документы, непосредственно относящиеся к генералу А. Н. Куропаткину. В эту группу входят и новые тематические сборники документов и статей, в том числе изданные в связи со 100- и 110-летней годовщинами начала русско-японской войны , а также со 100-летней годовщиной подписания Портсмутского мира[129].

Еще одна группа — это опубликованные и неопубликованные военно­исторические труды самого А. Н. Куропаткина, относящиеся к рассматриваемому периоду, в которых представлено его видение и анализ различных государственных вопросов и военных кампаний, что делает их ценным материалом для данного исследования. После неудачного для России исхода русско-японской войны, до выхода официальных делопроизводственных отчетов, был опубликован его четырехтомный труд

«Отчет генерал-адъютанта Куропаткина» . Задача, поставленная генералом, заключалась в том, чтобы как можно быстрее представить анализ результатов кампании в целях содействия усвоению уроков военных действий и принятию соответствующих необходимых дальнейших мер. От желания оправдываться, хотя он стремился отстоять свое имя, А. Н. Куропаткин был далек, поскольку, как показали его действия после Мукденского сражения и обращение генерала к императору об оставлении его в армии, дело служения родине для него было превыше всего.

Согласно ряду исследований , эти уроки были усвоены не в полном объеме. Даже в наши дни, когда отмечается 100-летняя годовщина Первой мировой войны, опыт русско-японской войны часто недостаточно учитывается, а военно-стратегический анализ и прогноз А. Н. Куропаткина в отношении Германии и его деятельность по разработке военных планов на западных границах совсем сбрасываются со счетов. Однако генерал, неустанно работая над повышением боеготовности и ростом военного потенциала Российской империи и будучи сторонником дипломатического урегулирования конфликтов, в том числе и Дальневосточного, неоднократно на посту военного министра предупреждал о том, что «Германия — это страшный сосед» . В работе над «Отчетом» генералу оказывали помощь офицеры Генерального Штаба, в частности, полковник Л. М. Болховитинов. Другие более поздние опубликованные работы генерала, такие как трехтомное сочинение «Россия для русских. Задачи русской армии» (СПб., 1910), «Китайский вопрос» (СПб., [130] [131] [132] 1913), «Пролог русско-японской войны 1904-1905 гг.» (Л., 1924) и другие, актуальны и в наше время и способствовали реконструкции исторических событий и обнаружению новых фактов, давая возможность проследить эволюции взглядов А. Н. Куропаткина. В этих работах генерал, исходя из технико-экономического обоснования и большого и многостороннего опыта, изложил свое видение военного стратегического прогнозирования, путей предупреждения геополитических рисков и оптимизации границ, а также мер для повышения боеготовности и обеспечения государственной безопасности.

В эту подгруппу входят также опубликованные записки, доклады и отчеты лиц командного состава, принимавшего участие в русско-японской войне, например генералов К. Н. Смирнова, А. А. Фока, А. М. Стесселя, О.- Ф. К. Гриппенберга, А. В. Каульбарса и др.[133]

В качестве источников рассматривались также известные военно­исторические работы таких авторов, как: А. А. Свечин, А. Е. Снесарев, А. А. Керсновский, А. А. Строков и др., а также иностранных авторов Г. Дельбрюк, К. Клаузевиц, Г. Мольтке, Д. Бюлов, А. Мэхэн и др.

Использовалась группа источников личного происхождения. Здесь прежде всего следует отметить опубликованные в советское время М. Н. Покровским отрывки дневников самого А. Н. Куропаткина («Красный архив». 1922, 1925, 1927, 1935), что позволило сохранить бесценную документальную информацию и поддержало в дальнейшем исследовательский интерес. Опубликованные части дневников содержат малоизвестный и, как

признано многими исследователями, достоверный материал , который помогает восстановить события первой половины кампании, однако прочтение его в отрыве от контекста и при искусственно созданном историками М. Н. Покровским[134] [135], С. Л. Будкевичем[136] и др. негативном образе генерала, может привести к предвзятым выводам.

Важным событием в источниковедении можно считать издание в 1994­1996 гг. ранее не опубликованных частей дневников генерала, подготовленных к печати И. В. Карпеевым и Е. Ю. Сергеевым; особенно важны «Японские дневники» А. Н. Куропаткина, а также фрагменты неопубликованных мемуаров «70 лет моей жизни»[137]. Как было указано выше, Р. В. Сапрыкин и

A. В. Папазов также опубликовали фрагменты архивных документов, освещающих другие этапы деятельности А. Н. Куропаткина, — все это значительно изменило сложившееся традиционное представление о генерале. В целом, общепризнано, что дневники А. Н. Куропаткина — это уникальный и достоверный источник, проливающий дополнительный свет на многие исторические события.

В группе источников личного происхождения были рассмотрены воспоминания государственных и военных деятелей того периода и корпус текстов по русско-японской войне (С. Ю. Витте, А. Ф. Редигер,

B. А. Сухомлинов, А. А. Половцев, Н. А. Епанчин, Д. П. Парский, А. И. Деникин, А. А. Игнатьев, Н. А. Левицкий, Е. А. Никольский, М. В. Грулев, В. А. Апушкин, В. Н. Клембовский, Е. И. Мартынов,

А. И. Любинский, Ф. П. Рёрберг и др.). Эти работы не раз были рассмотрены и прокомментированы исследователями. Автор данного исследования склонна соглашаться с оценками этих работ, данными И. В. Деревянко, И. В. Лукояновым, А. В. Николенко, Н. А. Антипиным и др.). В рамках данного исследования эти работы, являющиеся источниками ценных сведений фактического характера, были рассмотрены при изучении жизни и деятельности А. Н. Куропаткина и, учитывая их субъективность, были подвергнуты критическому анализу и сопоставлены с другими историческими материалами и документами (как, например, в случае воспомининий о А. Н. Куропаткине А. И. Деникина и В. А. Сухомлинова). Большое количество ссылок на мемуары повышает вероятность необъективного научного заключения. Как было отмечено, характеризуя личность и деятельность генерала А. Н. Куропаткина, ряд исследователей основновывали свои выводы на выдержках из различных мемуаров, также ранее вошедших в ряд работ, которые переходили из одной публикации в другую без должного критического анализа. Не умаляя ценности предшествовавших исследований и признавая за авторами право на их взгляды и выводы, как отмечалось выше, в отдельной статье[138] автором данного исследования был рассмотрен (на примере очерка Ю. Ф. Субботина[139]) ряд наиболее частнотно применяемых к генералу характеристик и общих оценок его деятельности и установлена их релевантность.

Как частично уже было отмечено в историографическом анализе, особняком стоят воспоминания и публикации С. Ю. Витте, которые в значительной степени способствовали историческомиу «искажению» образа генерала А. Н. Куропаткина, как, например, в случае инспирированных им публикаций Рославлева, известного также как Колышко, и др. Работы

147 1 до

историков Б. А. Романова , Б. В. Ананьича и Р. Ш. Ганелина о публицистической деятельности С. Ю. Витте и других авторов показали сложность взаимоотношений С. Ю. Витте и А. Н. Куропаткина и развернувшуюся между ними в прессе полемику, не раз заканчивавшуюся тем, что А. Н. Куропаткин вызывал С. Ю. Витте на дуэль. После войны бывший министр финансов, редко о ком отзывавшийся положительно, стал одним из главных оппонентов генерала А. Н. Куропаткина.

Другая группа — это работы военных корреспондентов разных стран, приписанных к русской или японской армиям. В силу своей политизированности труды военных корреспондентов еще более усугубили проблему трактовки личности и деятельности А. Н. Куропаткина. Эта тема еще недостаточно разработана, хотя имеются важные труды в этом направлении[140] [141] [142]. Значительный интерес представляют изданные в Лондоне в 2000 г. отчеты офицеров, приписанных к японской армии, и других иностранных корреспондентов[143]. Среди аккредитованных лиц насчитывалось более 100 человек. Их передвижение было ограничено, а работы подвергались цензуре, вследствие чего им была присуща односторонность повествования, в зависимости от того, к какой армии они были приписаны. Многие сами признавали, что владели неполной информацией. Так, Джек Лондон[144], рискуя жизнью, предпочел отложить перо и использовать камеру. В отчественной литературе часто цитируется работа главного британского военного корреспондента, приписанного к японской армии, генерал-майора сэра Яна

Гамильтона[145] [146], в которой события освещены с точки зрения враждебной России стороны. О работе корреспондентов написано много зарубежными авторами . В связя с А. Н. Куропаткиным следует упомянуть работу Дугласа Стори «Кампания с Куропаткиным»[147], опубликованную в Лондоне. В ней прослеживается редкая положительная оценка стратегических действий генерала А. Н. Куропаткина, а также личных качеств адмирала Е. И. Алексеева. Среди них, в силу не перегруженного критикой тона повествования, также выделялся русский корреспондент Н. Э. Гейнце (1852-1913)[148]. Его работа — это дневник событий в Ляояне — месте, где происходило сражение, возглавляемое А. Н. Куропаткиным и которому генерал предавал большое значение.

Еще одна группа — это периодические издания, такие как: «Московские ведомости», «Гражданин», «Русские ведомости», «Исторический вестник», «Вестник Маньчжурской Армии», «Разведчик», «Русский инвалид», «Военный сборник», «Известия Восточного института», «Новое время», «Биржевые ведомости», а также иностранные периодические издания: «Le Correspondant», «Le Figaro», «McClure’s Magazine», «The Slavonic Review», «The New York Times», «Auckland Star» и другие. Они представляют богатый материал, например, для анализа развития отношений между Россией и Англией накануне русско-японского конфликта[149], а также по вопросам Дальнего Востока — в

«Историческом вестнике», помимо других, писал В. Д. Черевков . Помимо этого они позволили установить, что при жизни А. Н. Куропаткина было опубликовано два некролога: один — после взятия Плевны, другой — 10 февраля 1921 г.[150] [151]

Характерны довоенные статьи В. А. Панова, во время русско-японской войны мэра г. Владивостока, который во владивостокской газете «Дальний Восток» публиковал свои статьи и, в частности, писал, что в русско-японскую войну генерал А. Н. Куропаткин не мог оторваться от железной дороги, постоянно ставя ее защиту на первый план: «Русский Дальний оказался великолепным японским „ломом“, при помощи которого был свергнут со своего основания русский же Порт-Артур. Южно-маньчжурская дорога послужила прекрасным подспорьем японскому наступлению на русскую армию в Маньчжурии; благодаря ей генерал Куропаткин ни разу не мог отступить настолько, чтобы спокойно сосредоточить свои войска, оставив между собой и неприятелем достаточное расстояние Но генералу Куропаткину пришлось выступить уже тогда, когда „факт свершился^ и оставалось считаться с его следствиями, а граф Витте был непосредственным творцом самого факта и всех его логических следствий. В этом огромная разница»[152]. Из «Почтово­телеграфного журнала» можно было узнать, что под командованием А. Н. Куропаткина, в то время занимавшего пост начальника Закаспийской области (1890-1898), был осуществлен огромный рискованный проект по строительству Средне-Азиатской железной дороги, проходящей по пустыне[153].

Другая группа — это фотодокументы и изобразительно-графические материалы, представленные картами, гравюрами, фотоальбомами и плакатами. В архивах находятся фотографии генерала, сделанные в разное время и свидетельствующие о многосторонней деятельности генерала и незаурядности его личности[154].

Еще одна группа источников — интернет-ресурсы, которые позволили использовать документальные материалы и базы данных, в том числе периодической печати, ряда отечественных, в частности Центрального государственного архива кинофотофонодокументов г. Санкт-Петербурга, а также и иностранных архивов (например, работы слушателей Академии Г енерального штаба США первой трети XX столетия по русско-японской войне 1904-1905 гг.)[155].

Чрезвычайно важным и полезным оказалось для автора данного исследования личное знакомство с краеведом Ю. Г. Поповым и посещение (дважды) бывшего имения генерала и могилы А. Н. Куропаткина, которая была найдена и восстановлена в 1970-х годах группой его учеников, в с. Шешурино, Тверской (ранее Псковской) области. Автором этих строк были сделаны фотографии могилы генерала, а также больницы, школы, телеграфа и других объектов, построенных на средства генерала, и видеозапись тех мест и того, что осталось от его имения на берегу Наговского озера, в котором в последние годы советской власти находилась психоневрологическая больница, в том числе церкви, где его крестили, и услышать рассказы о генерале местных жителей (См. Приложение № 1. «Генерал А. Н. Куропаткин. К 165-летию со дня рождения» и фотография его могилы[156]).

В 2012 г. вышли в свет мемуары семьи Калитиных[157], близких родственников семьи Арбузовых и Куропаткиных. Были представлены автобиографические рукописи двоюродного брата А. Н. Куропаткина генерала Петра Петровича Калитина (1853-1927), его дочери Натальи и внука Николая, подготовленные к печати их прямым потомком Д. Ю. Логуновым. В воспоминаниях Натальи Петровны Краузе (ур. Калитиной) упоминалось о «дяде Куропаткине», который, через вдову его сына Ольгу Ивановну (ур. Кубелик), прислал адрес отца и мужа Натальи Петровны в Германии, а также о племяннике генерала Леониде Павловиче Куропаткине, который ездил на похороны А. Н. Куропаткина в Шешурино, что косвенно подтвердило информацию, собранную краеведом Ю. Г. Поповым. Остается надежда узнать о судьбе внуков генерала Алексее и Георгие (1916 и 1919 г. рожд.). Также подтвердился факт, что по линии П. П. Калитина командующий 2-й Маньчжурской армией генерал А. В. Каульбарс был родственником А. Н. Куропаткина.

В 2014 г. вышла вторая публикация Д. Ю. Логунова, посвященная непосредственно генералу Петру Петровичу Калитину (1853-1927)[158], младшему брату погибшего в русско-турецкой войне Павла Петровича Калитина (1853-1877), героя Болгарии, похороненного в монастыре в Казанлыке. Оба были двоюродными братьями А. Н. Куропаткина. Память о погибшем Павле Петровиче Калитине А. Н. Куропаткин хранил всю свою жизнь — как видно из фотодокументов, в квартире генерала висел его портрет. В 2007 и 2014 годах обоим братьям Калитиным их прямым потомком Д. Ю. Логуновым были установлены памятники в г. Холм Новгородской области[159] (бывшей Псковской), где у них было имение. Книги содержат комментарии и фотодокументы.

Приведенный перечень использованных в данной диссертации источников не является полным, так как объем рассмотренных источников был большим, но в совокупности представляется вполне достаточным для научно­обоснованного освещения предмета исследования, решения намеченных задач и достижения поставленной цели.

Анализ историографии и источников показал, что существует ограниченность в историографическом подходе к трактовке личности и деятельности А. Н. Куропаткина как государственного деятеля и полководца. Имеющиеся нарративы большей частью представлены мемуаристикой, свидетельствами и критическими работами офицеров или стоящих ниже по рангу, или по тем или иным причинам не располагавших всей полнотой информации об обстановки, или же находящихся в оппозиции к линии, проводимой генералом; при этом точка зрения самого генерала часто воспринималась как субъективная или оправдательная, а его личности приписывались не свойственные ей характеристики, что на протяжении XX века оказалось зафиксированным в исторической памяти.

<< | >>
Источник: Белозерова Ольга Александровна. ГОСУДАРСТВЕННАЯ И ВОЕННАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ А. Н. КУРОПАТКИНА НАКАНУНЕ И В ПЕРИОД РУССКО-ЯПОНСКОЙ ВОЙНЫ. 1903-1905 гг.. 2015

Еще по теме § 2. Источники:

  1. ИСТОЧНИКИ КОРМЧЕЙ СБОРНИКИ 14 ТИТУЛОВ (СИНТАГМА И НОМОКАНОН) КАК ОСНОВНОЙ ИСТОЧНИК КОРМЧЕЙ
  2. Источники и литература Источники
  3. Источники
  4. § 1. Об источниках метафизики
  5. источники
  6. Источники
  7. I. ОБ ИСТОЧНИКАХ НАШЕЙ ВЕРЫ
  8. Часть первая ИСТОЧНИКИ
  9. Глава 1. Литература и источники
  10. ИСТОЧНИКИ И МЕТОДИКА ИХ ИССЛЕДОВАНИЯ
  11. ИСТОЧНИКИ
  12. Источники
  13. Источники истории психологии
  14. Источники неприятностей
  15. ИСТОЧНИКИ ПРОГРЕССА
  16. ЦИТИРОВАННЫЕ ИСТОЧНИКИ [6]
  17. Источники психогений
  18. УКАЗАТЕЛЬ ИСТОЧНИКОВ