<<
>>

ЧТО ПОКАЗАЛИ АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ РАСКОПКИ


Одной из первых находок, сделанных археологической экспедицией Бибби, был древний колодец у селения Дираз на острове Бахрейн. Если верить легенде, это был самый большой колодец на острове. В ходе его раскопок были обнаружены две известняковые скульптуры длиной около полуметра коленопреклоненных четвероногих — то ли быков, то ли овец.
Точно определить это так и не удалось, поскольку у обеих фигур были отбиты головы. Стояли фигуры когда-то по бокам верхней площадки лестницы на специальных пьедесталах.
Кроме того, было обнаружено несколько образцов красной керамики с параллельными горизонтальными ребрами.
Относится колодец, по всей вероятности, к III тысячелетию до н. э.
Через некоторое время у селения Барбар при раскопке одного из курганов был обнаружен древний храм.
«Пройдя девять метров, — писал позднее Бибби, — мы наткнулись на перпендикулярную траншее стену. В три яруса лежали блоки из превосходного мелкозернистого известняка, гладко обтесанного, чтобы кладку можно было вести без раствора. За стеной продолжалась каменная площадка, а через восемь метров мы уперлись в такую же стену, но здесь она образовала ступень, вознесшую площадку на более высокий уровень. Мы приближались к середине холма, и высота песчаных стен разреза перевалила за
гри метра. Еще шесть метров в толщу холма — и снова мы увидели тщательно обтесанные и подогнанные каменные 5локи, но на этот раз они образовали круг диаметром около :та восьмидесяти сантиметров. Мы дошли до центра...
Разметив участок на десять квадратных метров вокруг гольцевого сооружения в центре барбарского холма, мы эасчистили его вплоть до каменной вымостки...
С высоты трех с половиной метров перед нами открылся энутренний дворик храма».
В центре храма, на продолговатой площадке, находитесь два круга. По всей вероятности, они служили постаментами для статуй. Сбоку от них вертикально стояла каменная плита. Рядом с ней лежала другая. На верхнем эебре обеих плит были обнаружены углубления. Скорее асего, эти плиты служили опорами для какого-то сиденья.
Перед плитами располагался алтарь — каменный куб : квадратным углублением на верхней поверхности. Перед алтарем стоял камень с круглой выемкой, от которой открытый каменный сток спускался к отверстию в окружающей стене.
Таким образом, пришли к выводу археологи, на скамье леред алтарем должно было восседать божество. Сюда пюди приносили жертву на алтарь или совершали возлияния богу.
Действительно, раскопав яму перед алтарем, археологи гашли вперемежку лежащие жертвоприношения. Несмотря *а то, что в яме уже кто-то явно побывал, все же удалось обнаружить лазуритовые бусины, алебастровые вазы, мед- iyio птицу и, самое главное, медную статуэтку человека з той же молитвенной позе, что на печатях Месопотамии
з              III тысячелетии до н. э.
Вероятно, обряды здесь происходили следующим обра- юм. Богомольцы выстраивались в очередь, ожидая, когда крец представит их восседающему на троне божеству. Дождавшись своей очереди, они возлагали жертвоприноше- шя на алтарь и совершали возлияния вином, пивом, молодом или, может быть, даже кровью на камне с углублением. Эдни из них молили о выздоравлении больного ребенка, другие о хорошем урожае или ловле, третьи о благе для :воего сына и наследника и т.
д. Люди, которые были гобогаче, оставляли у стены дворика статуэтку, надеясь, гго она будет напоминать богу о их молитвах.
Что же касается восседающего на троне божества, то,
как предполагают ученые, это вряд ли была статуя, поскольку скамья, вероятно, не смогла бы выдержать вес каменной скульптуры в рост человека.
Очень может быть, что идол был сделан из дерева, а затем обшит медью. Во всяком случае, археологами рядом было обнаружено много погнутых кусков медного листа с рядами дырочек, а также несколько сот медных гвоздиков, которые подходили к этим дырочкам.
Впрочем, как считают археологи, возможны и еще два варианта. Первый: на троне восседал верховный жрец — наместник бога. И второй: жертвы приносились пустому трону и невидимому божеству.
К сожалению, изображений божеств в Барбарском храме обнаружить так и не удалось. Были найдены только два загадочных фрагмента: часть плеча и часть руки известняковой статуи в рост человека, которые лежали в груде обломков меньшего и более древнего капища, очевидно, разрушенного теми, кто строил этот древний храм. Мало того, как считают археологи, это капище однажды уже навещали грабители и, возможно, самые ценные материалы они унесли с собой.
По всей видимости, медная статуэтка богомольца с большими круглыми глазами и бритой головой относится к периоду между 2500 — 1800 гг. до н. э. А одна из алебастровых ваз имеет отношение к типу, который был распространен в Месопотамии в конце III тысячелетия до н. э.
По мнению археологов, тонкие красные черепки, которые были как правило украшены низкими горизонтальными ребрами с просветом около двух сантиметров, принадлежали шаровидным горшкам с выпуклым дном и высотой тридцать-сорок сантиметров. Эти горшки, если судить по многочисленным осколкам, или были вообще без горла, так что яйцевидный сосуд завершался расширяющимся венчиком, или заканчивались коротким горлом с загибающимся наружу венчиком треугольного сечения.
Необходимо отметить, что барбарские сосуды были очень оригинальные, легко отличимые от сосудов, обнаруженных археологами в других древних странах. Вместе с тем, они очень напоминали сосуды, найденные несколько раньше в Диразском колодце.
Раскопки древнего храма продолжались.
Когда дворик храма был целиком расчищен, миру предстали три стоящие камня — один с объемным изображени
ем бычьей головы. Все три камня имели сквозные отверстия.
Ни у кого из археологов не было сомнения, что здесь происходило заклание жертвенного животного.
Вскоре подтвердилась и догадка археологов, что храм трижды перестраивался, правда, с небольшими перерывами и одним и тем же народом.
По всей глубине раскопа можно было обнаружить одинаковые пузатые горшки, вылепленные из красной глины и украшенные горизонтальными ребрами. А в углу дворика второго по возрасту храма была найдена великолепная бычья голова, сделанная из меди. Как считают ученые, она представляла собой тип, родственный золотым и медным бычьим головам, которые были обнаружены в царских гробницах Ура, относящихся к 2500 — 2200 гг. до н. э.
Таким образом, эта находка позволяла более-менее точно определить возраст храма.
Вскоре барбарский объект изменился до неузнаваемости. К югу от храмового дворика было обнаружено несколько сооружений. Дальше — больше. «От южной стороны стены, — пишет Дж. Бибби, — прямо на юг спускались ступени. Идя по ним, мы испытывали волнение, какое неизменно внушают человеку ступени, ведущие в неизвестность. Однако после восьмой ступеньки лестница внезапно оборвалась. Дальше мы увидели стену, край которой был вровень с верхней площадкой лестницы. Вниз стена уходила намного глубже, чем уцелевшая нижняя ступенька, — на целых три метра. И она удивила нас своим необычным видом. С наружной, южной стороны — искусная кладка из тщательно подогнанного тесаного камня, а обращенная к лестнице внутренняя сторона — неровная, камни совсем не обработаны. Словно она не предназначалась для обозрения.
Так оно и было. Стена эта подпирала террасу; заполнителем служил белый песок. Выходило, что лестница старше стены, по ней поднимались в храм до того, как была сооружена терраса. Оставалось выяснить, куда по ней спускались».
Была расчищена опорная стена террасы, после чего археологи установили, что она продолжается на запад и на север. А вскоре была найдена и вторая лестница, которая шла навстречу первой в юго-восточном направлении. Подножия обеих лестниц могли бы столкнуться, если бы первая не оказалась отсеченной опорной стеной.

Археологи предприняли все усилия, чтобы побыстрее выйти на воображаемую точку соприкосновения двух лестниц, однако эта задача оказалась неосуществимой, поскольку вскоре лапаты наткнулись на кладку колодца.
Судя по найденным в колодце черепкам,-он относился к более позднему периоду, чем сам храм. Ho красота керамики оказалась удивительной. Черепки были обнаружены в большом количестве, и большинство из них представляли собой тонкостенную великолепную посуду. Среди обнаруженных черепков были вазы соломенного цвета, с узким горлом и двумя высокими ручками, почти сохранившийся очень больших размеров круглый горшок на четырех ножках, покрытый синей глазурью, а также несколько широких глазурованных мисок, которые были великолепно расписаны.
Продолжая раскопки, археологи вскоре обнаружили и прямоугольный каменный резервуар, поверх которого был сооружен колодец.
Прошло еще немного времени, и вскоре перед археологами предстала картина истории храма.
Таким образом, первоначально он находился наверху небольшого холма, и от него в южную сторону спускалась лестница, которая вела к источнику у подножия холма, с квадратным водосборником. Через некоторое время площадь храма расширили. До самого источника была сооружена терраса, а снаружи опорной стены была поставлена новая лестница, ведущая к резервуару.
Прошло еще некоторое время, и террасу продолжили до новой южной стены. Ho поскольку источник оказался бы этой террасой закрытым, пришлось выложить на одном уровне с его поверхностью колодец, сохранив таким образом доступ к воде.
Когда же храм перестали использовать, скорее всего, оказался ненужным и колодец, который тогда и засыпали.
Вероятно, в исламском периоде этот колодец кто-то все же обнаружил, и он опять начал функционировать. Ho позднее опять оказался засыпанным песком, в котором уже в нашем столетии и были обнаружены остатки великолепной посуды.

Португальская крепость на протяжении многих веков господствовала над северной частью Бахрейна и северо- западными подходами острову, — еще с тех времен, когда португальцы начали играть главенствующую роль в Персидском заливе и на торговых путях в Индию. В 1498 г., спустя шесть лет после того, как Колумб открыл Америку, Васко да Гама обогнул Африку и направился в Индию. На протяжении следующих двадцати лет португальцы утвердились на всех берегах от мыса Доброй Надежды и до Индии. В 1521 г. они смогли завоевать Бахрейн и с перерывами удерживали его вплоть до 1602 г.
По всей вероятности, где-то сразу после завоевания Бахрейна они и построили на высоком холме на северном побережье острова мощную крепость.
Так, по крайней мере, утверждали многочисленные источники.
Однако многие жители острова, в том числе и его правитель шейх Сульман, считали, что португальцы на самом деле не строили крепость, а только перестроили существовавшую до их прихода арабскую крепость.
Эта почти что легенда тем не менее заинтересовала археологическую экспедицию Бибби, которая недалеко от форта раскапывала барбарский храм. Любопытство Бибби подкреплялось еще и тем, что форт стоял на высоком холме, которые, как известно, довольно часто прячут в себе много интересного.
И вот когда через некоторое время археологи, как пишет Бибби, «ради интереса» раскопали несомненно европейскую прямоугольную угловую башню, оказалось, что она опирается на более древнюю круглую башню, причем, та относилась явно к арабскому типу.
Внутренняя часть этой башни представляла собой обширную полосу камня и нанесенного ветром песка, Kpjrro спадающую от крепостного вала к сравнительно ровной песчаной площадке посредине.
Раскопки были продолжены. И вот несколько лет спустя взорам археологов действительно предстала небольшая исламская крепость. Ее северная стена тянулась вдоль берега, а южная располагалась в неполных шестидесяти метрах от нее.
Были обнаружены и две «ванны» — конструкции длиной чуть меньше метра, с одним прямым концом и одним

округленным. Сделаны они были из толстого слоя глины, снаружи и внутри обмазанного битумом. На дне археологи нашли два скорченных скелета, таким образом установив, что «ванны» не что иное как саркофаги, керамические гробы.
Погребения никак нельзя было отнести к мусульманским — они не были ориентированы в сторону Мекки, как положено хоронить правоверных. Значит саркофаги относились к доисламскому периоду.
Мало того, погребения, как установили археологи, явно появились позже прилегающих стен и пола с отверстиями. И этот пол не был первоначальным — могила пронизывала два пола, так что гроб покоился на третьем.
Все это и подтолкнуло археологов продолжать раскопки.
Один за другим снимались слои грунта, а керамика, обнаруженная в них, отдельно сгруппировывалась и описывалась.
Здесь необходимо отметить, что керамика служит археологам очень хорошим ориентиром. Пускай число комбинаций и видоизменений при работе может быть неограниченным, но на самом деле гончары в каждый отдельный период и в каждой отдельной мастерской в день могли изготовить не больше полутора десятка разнотипных сосудов, которые к тому же нередко обладают похожими признаками, так как сделаны из одного и того же материала, а также на одном и том же круге и обожжены в одной печи. Вероятность того, что гончар одного периода слепит сосуд, который потом можно будет спутать с сосудом, который относится к другому периоду и сделан другим гончаром настолько мала, что ей, как правило, пренебрегают.
Помимо того, сходные горшки кроме всего прочего имеют и одну датировку и принадлежат к одной культуре. То есть, у людей, которые пользовались одной посудой, было общее культурное наследие, общие традиции, было какое-то этническое и политическое единство.
Вот почему при раскопках очень большое внимание уделяется керамическим изделиям.
Немало их было обнаружено при раскопках Бахрейнской крепости или, как называли ее археологи в своих отчетах, Кала’ат аль-Бахрейн. Были найдены своеобразные «суповые тарелки» — глазурованная посуда с широким венчиком, китайский форфор, известный под названием селадон (согласно древним арабским и китайским авторам,

он впервые был ввезен в арабский мир во времена династии Сун (900—1150 гг.), почти метровой высоты кувшин для хранения припасов с загнутым внутрь венчиком, черепки тонкостенной желтой посуды с тисненым узором и т. д.
Был обнаружен и третий саркофаг, на дне которого в скорченном положении лежал скелет. Возле него был найден целый набор керамических изделий: плоская, мелкая бронзовая миска, глубокая бронзовая ваза с ручкой на петлях, как у ведерка; «чайное ситечко с ручкой, которая заканчивалась изображением звериной головы; ковш с длинной ручкой, подвешенный на петле к краю миски так, что можно было зачерпнуть вино из узкогорлого кувшина и налить в кубок; черпачок. В «комплекте» присутствовал и кувшин для вина — глубокий глазурованный керамический сосуд с заостренным основанием.
Продолжая раскопки, археологи все больше расчищали площадку с тремя «ваннами-саркофагами». Вскоре она уже смотрелась лишь как альков под лестницей в углу зала, ширина которого составляла больше семи с половиной метров.
Был обнаружен здесь и сохранившийся квадратный каменный постамент одной из двух колонн, которые поддерживали потолок. На место второй колонны указывала немного приподнятая над глиняным полом квадратная каменная платформа.
Таким образом, вырисовывался своеобразный древний «дворец», который, очевидно, появился на свет раньше саркофагов, относящихся археологами к 650 г. до н. э., поскольку они несомненно были опущены в ямы в полу. Вряд ли захоронения производились в то время, когда здание еще было обитаемым, хотя, правда, в истории Двуречья и были периоды, когда покойников хоронили под полом своего дома.
Раскапывая «дворец», археологи наткнулись на интересные находки, которые многое говорят о верованиях древних жителей Дильмуна. Этими находками являлись двенадцать мисок, четыре из которых были закрыты опрокинутыми мисками, а еще четыре — большим черепком. Три последующие вообще оказались ничем не закрытыми, а последняя была закупорена толстым слоем гипса.
В одной из мисок, накрытых черепком, было обнаружено двадцать шесть бусин из агата, аметиста и фаянса. Судя по тому, что рядом лежала застежка в виде маленького

серебряного кольца, эти бусины когда-то представляли собой ожерелье.
На дне семи мисок были найдены свернутые кольцом змеиные скелеты. В трех сосудах лежали отдельные косточки, а в двух был обнаружен только песок, что, конечно же, не говорит о том, что они и первоначально были пустыми. Просто прошло очень большое время, и содержимое не сохранилось.
Более чем в половине сосудов рядом с костьми были найдены единичные крохотные бусины. В основном они оказались изготовленными из бирюзы.
He вызывает сомнения тот факт, что это погребение под полом змей тогда носило религиозный и магический характер. Ведь согласно сказанию о Гильгамеше, змея именно в Дильмуне съела жемчуг, благодаря чему получила бессмертие.
Таким образом, вероятнее всего, древние жители Дильмуна, закапывая под полом своего дома змею, страховали себя от различных болезней и от смерти.
Понятным становится и присутствие деоло змей бусин. Конечно, жемчужин там обнаружить не удалось, поскольку, известно, жемчуг — углекислый кальций с примесью органики — в земле долго содержаться не может. Значит, в мисках без бусин вполне возможно когда и был жемчуг.
Кстати, в то время жемчуг ценился ничуть не меньше, чем ценится сейчас — чем не символ спасения от болезней, старости и смерти?
Заметим, что и позже, в полах других помещений, также довольно часто встречались змеиные захоронения, общве количество которых приблизилось к пятидесяти.
Возможно также, что такое жертвоприношение повторялось каждый год и, кроме того, при рождении или смерти члена семьи, которая жила в этой большой постройке.
Все упомянутые выше находки позволили археологам выделить семь городов (культур) «утраченной цивилизации», которые позже были описаны Бибби в его книге «В поисках Дильмуна».
Вот какое деление приводит известный археолог: «Город I. Датировка — точно не известна, происхождение — тоже. Вероятно, это начальный этап в развитии городища. (Хотя в древнейших слоях «цепочечного горизонта» видна смесь совсем разнородной керамики — с одной стороны, красная, тонкостенная, с примесью гравия, орнамент «цепочка», с другой стороны, толстостенная, с примесью соло-
IS              Всемирная история, т. I
мы желтая «кухонная посуда»... Может, глубже, в толще холма, кроется более древний город?).
Город II. Датировка — вероятно, что-то около 2300 г. до н. э. Происхождение — от города I. Возможно, перемены ограничились сферой керамики, но скорее всего дело не свелось только к этому. Город II существовал достаточно долго, чтобы образовать пять слоев в телле, воздвигнуть и дважды перестроить Барбарский храм и обзавестись сотней тысяч курганов. Интересно, сколько на это ушло лет? Сто, триста, пятьсот?
Город III. Представлен только мусорной ямой с «карамельной» посудой. Однако здесь нам на помощь пришли книги. «Карамельная» посуда была прекрасно известна по Месопотамии как касситская керамика. Касситы вторглись в Двуречье с гор персидского Луристана около 1750 г. до н. э.; постепенно расширяя свои владения, они захватили всю долину Евфрата и Тигра, от области севернее нынешнего Багдада до Персидского залива. Правлению касситской династии был положен конец, когда эту территорию около 1200 г. до н. э. завоевали ассирийцы. А до тех пор свыше пятисот лет керамика Южной Месопотамии, даже в районах, не подчиненных касситам, отличалась поразительной однородностью, оставаясь неизменной из поколения в поколение. И она оказалась тождественна нашей «карамельной» посуде...
Теперь мы могли... определенно сказать, что любой период, предшествующий городу III, во всяком случае, предшествует 1200 г. до н. э».
«Ванны-саркофаги» археологи причисляли к периоду города IV, а «период аттической посуды, или «любителей кукурузных хлопьев», стал в итоге городом V... Исламская крепость с ее керамикой... теперь стала городом VI, а самый последний обитаемый горизонт в наших раскопках — яма, где португальцы добывали камень для своей крепости, — получил наименование города VII. Естественно, и сама португальская крепость относилась туда же».
Одним из самых интересных итогов многолетних раскопок было обнаружение на северном берегу острова укрепления города «барбарского» периода.
Большие грубо обтесанные камни стен были схвачены гипсовым раствором. Ho, к сожалению, за четыре тысячи с лишним лет, которые прошли со времени сооружения этого укрепления, оно очень пострадало и по меньшей мере
последние две тысячи лет оно исполняло роль карьера, где брали строительный материал.
Вся внешняя, северная сторона оказалась искромсанной, большой участок ее был разобран на всю толщину добытчиками камня.
Однако внутренняя сторона сохранилась лучше. От нее вела улица «барбарского» периода.
Улица была прямая и ровная. Ширина ее составляла более чатырех метров. По обе стороны находились каменные стены построек. Справа была сплошная стена, с небольшими контрфорсами. Слева два дверных проема открывали доступ внутрь домов. Улица оказалась тупиковой. Она упиралась в городскую стену, которая в этом месте была выложена из прямоугольных камней. Крепились камни зеленой глиной.
Планировка города была продумана очень тщательно. Об этом говорила и строгая ориентация улиц, и то, что в конце тупика, в углу, который был образован левой стеной дома и городской стеной, находился колодец. Перед колодцем, посреди улицы, размещался обмазанный глиной бассейн диаметром в один метр.
Как считают археологи, это был общественный пункт водоснабжения. По всей видимости, какой-то раб регулярно наполнял из колодца бассейн, откуда жители улицы брали воду для питья и стирки.
На этой же улице археологи нашли круглую печать, около двух с половиной сантиметров в диаметре. Одна ее сторона была плоской, и на ней просматривалось резное изображение двух человеческих фигур. Другая сторона была с шишечкой, пронизанной отверстием, которое позволяло подвешивать печать на веревочке. Выпуклость была украшена тремя гравированными черточками и четырьмя окружностями. В центре каждой окружности была точечка. Сделана печать была из стеатита, мягкого минерала, довольно жирного на вид, отчего он получил более распространенное название «мыльный камень».
Такие печати были широко известны в У ре, откуда следовал вывод, что или жители Ура бывали в Дильмуне, или же дильмунцы посещали У р.
Вскоре были обнаружены еще две печати, правда, каждая из них представляла собой несколько другой тип. Одна из них была также круглой, стеатитовой, с высокой продырявленной шишечкой, украшенной одной резной линией. Шишечку окружало широкое кольцо, а на ее лицевой
стороне был изображен бык. Ho в отличие от первой печати на этой были выгравированы скорпион и человеческая ступня. Третья печать оказалась несколько меньших размеров, всего чуть более сантиметра в поперечнике. Вырезана она была из черного стеатита. Сзади высокую чашечку украшала двойная гравированная линия, а на лицевой стороне был изображен не бык, а козел или газель. Кроме того, над этим рисунком красовался еще один козел и звезда.
Конечно, общее сходство этих печатей было налицо, однако причину некоторых различий еще придется устанавливать.
Необходимо отметить и еще одну любопытную деталь, обнаруженную во время раскопок.
Оказывается, большинство вещей, найденных археологами, были изготовлены из материала, которыми сам Бахрейн не располагал.
Так, например, стеатитовые печати, а также, возможно, миски могли быть изготовлены на острове, но сам стеатит на нем не обнаружен. Попасть сюда он мог из различных мест — например, из Ирана или Омана, а также из других, более отдаленных районов.
Медные рыболовные крючки, найденные здесь археологами, а также множество кусочков необработанной меди — также «чужого» происхождения. Медь, вероятно, добывалась в Омане, но кроме этого ее можно было привезти из Индии или Ирана.
Эти, как и многие другие предметы, свидетельствовали только об одном: Бахрейн вел очень широкую торговлю. И не удивительно, если принять во внимание, что Бахрейн и Дильмун — одно и то же.
Об этом же свидетельствуют и клинописные документы, на некоторых из них, пожалуй, стоит остановиться подробнее.
<< | >>
Источник: А. Н. Бадак, И. Е. Войнич, Н. М. Волчёк и др.. Всемирная история: Каменный век— Мн.: Харвест; М.: ООО «Издательство АСТ»,.— 528 с.. 2002

Еще по теме ЧТО ПОКАЗАЛИ АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ РАСКОПКИ:

  1. GSM : Что показало вскрытие
  2. 2 Единство в многообразии сущности вещей, показанное на том, что есть необходимого в законах движения
  3. Как происходило твое социологическое крещение? Что тебе тогда показалось интересным в новой науке?
  4. ГЛАВА I, в которой показано, что первооснова государственного благополучия — есть утверждение Царства Божия 205
  5. ГЛАВА V, в которой показано, что наказание и вознаграждение — суть две вещи, совершенно необходимые для руководства государством
  6. Раздел II, в котором показано, что государь должен быть силен своей высокой репутацией, и предложены самые необходимые средства для достижения этой цели
  7. Раздел VIII, в котором в немногих словах показано, что последней составляющей могущества должно быть для государей владычество над сердцами своих подданных
  8. Раздел VII, в котором рассмотрено, как Король должен относиться к своим советникам, и показано, что добиться от них хорошей службы можно вернее всего хорошим, к ним, отношением
  9. Раздел I, в котором показано, что лучшие из государей имеют нужду в хорошем Совете, а качества, коими должен обладать хороший советник, сведены к четырем основным: способности, порядочности, мужеству и усердию
  10. И. Тургенев ПЕРГАМСКИЕ РАСКОПКИ
  11. ГЛАВА Ш, в которой показано, что государственные интересы должны быть единственной целью для правителей государств, или, по крайней мере, этим интересам должно отдаваться предпочтение перед интересами частными
  12. АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ
  13. Глава 2. АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ СВИДЕТЕЛЬСТВА ОБ ОСНОВАНИЯХ РЕЛИГИОЗНОСТИ ЧЕЛОВЕКА
  14. § 1. ИССЛЕДОВАНИЯ АНТРОПОГЕНЕЗА И ПРОБЛЕМА ИНТЕРПРЕТАЦИИ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ИСТОЧНИКОВ
  15. Указатель археологических культур и этнических названи